Бездушный 2 (СИ)
— А что с Питнором? — спросил Иххор. — Его выбросило чрез дыру?
Ответил ему охотник.
— Нет. Насквозь пробило ветками дерева. Он внутри, только, кажется, уже умер, — сказал он.
Ничего не говоря, торговец с трудом поднялся на ноги и поковылял к разрушенному отсеку. Забраться внутрь ему стоило огромного труда, но он всё же справился с этим. К нам он вернулся только через десять минут.
— Мёртв, — сказал он и надолго смолк. Так и сидел до самой темноты, смотря на угли костра в глубокой ямке, выкопанной для того, чтобы уменьшить заметность.
Дежурить выпало мне, охотнику и Орисе. Прочие из-за своего состояния не увидели бы опасности до момента, когда уже было бы поздно поднимать тревогу. Утром узнали, что последний выживший умер. Он так и не пришёл в себя. После завтрака я вручил охотнику арбалет с пятью болтами к нему, и тот отправился выслеживать добычу. Выждав полчаса, я последовал его примеру. Женщине сказал, что хочу осмотреться в округе и не стану далеко удаляться от нашего лагеря. На удивление та спокойно приняла это. Вообще, она выглядела и вела себя отлично. Ещё вчера успела прийти в себя после крушения и собраться. Выглядела точь-в-точь, как охотник. Не в том смысле, что чувствовала себя в лесу, как рыба в воде, с этим всё обстояло с точностью наоборот, а поведением, реакцией на опасность, отсутствием лишних нервных движений, взглядов и слов. Даже я признавался себе, что на её фоне кажусь нервным и дёрганым порой.
«И кто же ты такая, а? Уж точно не та, за кого себя выдаешь», — вновь пришла мне в голову мысль.
Отдалившись от места крушения на километр, я достал второй арбалет и стал искать подходящую цель. Таких здесь хватало. В основном это были птицы. Для того чтобы стать основой для обеда и ужина они были излишне мелкие, зато отлично подходили в качестве источника марок. Наконец, я приметил некрупную птаху размером с сороку и цветом оперения как у перепёлки. Она сидела на стволе дерева и ковырялась клювом в складках коры, что-то иногда оттуда доставая и быстро проглатывая. До неё было метров тридцать, что слишком далеко для уверенного попадания из моего оружия. Активировав тихий шаг с мимикрией, я сократил дистанцию вдвое, прицелился и спустил тетиву.
Реакция птицы оказалась молниеносной. Она сорвалась с дерева одновременно с щелчком распрямившейся дуги. Ей чуть-чуть не хватило, чтобы увернуться от болта. Тот пробил крыло и прочно приколол птицу к дереву. Она, было, забилась, но тут же затихла, явно от боли из-за резких движений.
Щёлк!
Вторым болтом я снёс ей голову и прекратил мучения.
'Вы нанесли смертельный урон существу Белой ветви
Вы получаете: 2 больших марки общего развития
16 малых марок общего развития
22 крошечных марки общего развития
3 больших марки усиления навыка Лёгкий скелет
4 больших марки усиления навыка Цепкие когти
1 малую марку Цепкие когти
1 жетон Лёгкий скелет
1 жетон с навыком Цепкие когти'.
— Ого! — я непроизвольно присвистнул, когда увидел количество трофеев, полученных с одной мелкой птички. С учётом разборки ненужных мне талантов эта «перепёлка» даст мне пятьсот-шестьсот марок. Десяток таких птах — это новая ступень Возвышения. Или увеличение ступеней имеющихся талантов. Кстати, как раз их и стоит поднимать. В первую очередь нужно повысить резерв с энергией, чтобы подольше использовать активные способности.
Болты пришлось оставить в дереве, так как до них было метров семь-восемь от земли. Лезть туда — это только терять время. Если получится, то заберу на обратном пути, а нет, так и чёрт с ними. В инвентаре лежит достаточный запас болтов, чтобы не горевать над потерей пары из них.
Следующий час я потратил на охоту на птиц. «Перепёлок» больше не встречалось, а с прочих убитых я получал в среднем по три сотни марок. Тоже неплохо, если вспомнить ту добычу, которую получал по ту сторону горного хребта. Прибил штук восемь и решил возвращаться.
Недалеко от лагеря вдруг из-под ног выстрелила тонкая ветка. Именно на неё я подумал в первое мгновение. И даже успел подумать, что сам виноват, зацепив её ногой, чем заставил распрямиться, сбив стопор — корешок, травинку или сухую ветку, удерживающий её до нашей встречи. Машинально закрылся левой рукой, защищая лицо, куда летела ветка. И лишь после этого опознал в ней змею с тёмно-коричневой шкуркой, покрытой мелкими неровными чёрными и бурыми пятнами. При длине тела около метра толщина у гадины оказалась смехотворной, тоньше, чем мой мизинец, а головка примерно с фалангу большого пальца. Однако опасность представляли не габариты тела. Змея оказалась ядовитой. Боль от её укуса была такая адская, что заставила меня громко заорать. Будто в мышцы сначала вонзили зазубренные электроды, а затем пустили по ним ток. Я схватил тварь пальцами правой руки чуть пониже головы и сдавил так сильно, что почувствовал, как ломаются под ними тонкие змеиные косточки и расползается плоть как мягкая глина.
'Вы нанесли смертельный урон существу Белой ветви
Вы получаете: 2 великих марки общего развития
6 больших марок общего развития
58 малых марок общего развития
44 крошечных марки общего развития
3 больших марки усиления навыка Гибкий скелет
4 больших марки усиления навыка Ядовитый укус
1 большую марку усиления навыка Быстродействующий яд
1 жетон с навыком Гибкий скелет
1 жетон с навыком Быстродействующий яд
1 жетон с навыком Ядовитый укус'.
С момента атаки прошло меньше минуты, а я уже с трудом держался на ногах и плохо видел мир вокруг себя. Возник эффект туннельного зрения, а краски обесцветились, остались только чёрные и белые тона. Укушенную руку разрывала боль, словно с неё снимали кожу. При этом пошевелить ей я не мог, она висела как плеть.
— Твою же мать, — с трудом прошептал я немеющими губами. С трудом доковылял до ближайшего дерева и сел под ним, опёршись спиной о ствол. Сейчас вся надежда была только на Регенерацию. Даже будь в лагере лекарь или противоядие, добраться до них у меня не было сил. Несколько раз возникало удушье. Самый сильный приступ случился минут через пять после укуса. Тело полностью отказалось повиноваться. В том числе и дыхание пропало.
Яд подействовал очень быстро. И также быстро растворился, а затем вышел из моей крови. Прошло не более десяти минут, как я вновь смог встать на ноги. Они подгибались, зрение плавало, слух тоже подводил. Подцепив труп змеи, я медленно поплёлся в сторону лагеря. Через сотню шагов самочувствие ещё сильнее улучшилось. Не то кровь быстрее побежала по жилам от движения, не то регенерация работала всё эффективнее, полностью настроившись на устранение яда.
— Иван, что с тобой? — воскликнула Ориса, когда я вышел на полянку, образовавшуюся после падения отсека гондолы. Потом её взгляд скользнул по моему трофею. — Это же лимин и лия! Она тебя укусила⁈ — в её глазах появилось странная эмоция, будто взглянула она на меня, как на покойника.
— Да, — с трудом произнёс я. — Помоги добраться до шалаша, мне нужно отлежаться.
Путь до лагеря забрал все мои силы.
— Да-да, сейчас, — спохватилась женщина и метнулась ко мне. Подставила плечо, закинула мою правую руку себе на шею, а левой рукой обхватила за талию. — Змею брось.
— Что? А-а, да, — я разжал пальцы, выпуская свою добычу.
Оказавшись среди товарищей по несчастью, я проигнорировал все вопросы, лёг на охапку травы и веток с листвой и закрыл глаза. Несколько раз меня окликнула Элия и коснулась то руки, то груди. Потом оставила в покое, видя полное отсутствие реакции с моей стороны. Ни сон, ни чернота от потери сознания ко мне не пришли. Я находился в состоянии полудрёмы, слыша окружающий мир, но не имея сил и желания хоть на что-то реагировать. Девяносто девять процентов этого шума оказались для меня бесполезны и неинтересны. Но было и кое-что интересное. Как сквозь подушку услышал разговор Орисы и охотника, вернувшегося с промысла.