Нина

Он тоже встал, загораживая ей выход:
- Нет, постой. Эти деньги - для Петьки.
- Нам не нужны твои деньги! - закричала она, не в силах больше сдерживаться, и разрыдалась.
Трясясь всем телом и прижимая ладони к лицу, она опустилась на пол. Слёзы текли неудержимо, они капали сквозь пальцы на грязный линолеум пола… Нина рыдала так, словно у неё только что умерли все самые близкие люди… Да ведь так оно и было. Она только что похоронила своё будущее…
- Саша, Саша… Ну что же мне делать… - она подняла к нему заплаканное лицо.
Он стоял перед ней на коленях и ласково гладил по мокрой щеке.
- Нинуля, спокойно. Мы всё начнём сначала. Соберись.
Когда она немного пришла в себя и умылась холодной водой, Саша сказал:
- Тебе и в самом деле пора ехать, Нинуля. Вот деньги. Возьми билеты в любой турфирме, на чартер Москва - Стамбул. Для меня - на ближайший. Для тебя и для Петьки - на следующий. И я вас там встречу.
Он протянул ей пачку долларов и паспорт.
- Меня теперь зовут Прохоренко Сергей Геннадьевич. Постарайся запомнить. Теперь тебе придётся называть меня Серёжей при посторонних.
Нина, молча, положила паспорт и деньги к себе в сумочку и, не прощаясь, ушла. 
  
Глава 51
 
- Барсук, я Орлан. Вижу объект. Подъезжает к агентству. Выходит из «фордешника». Её встречает тёлка. Высокая, в джинсах, коричневая косуха, волосы светлые, короткие.
- Что делают? - спросил Воронин в рацию.
- Ничего. Болтают. Поцеловались. Тёлка садится в «фордешник». Объект идёт к «Вольво». Есть, Володя её принял. Отъехали. Направляется в сторону шоссе. Сопровождать?
- Орлан, оставайся на месте. Принимаешь «форд» под контроль. Как понял?
- Понял, иду за «фордом».
Воронин выключил рацию и посмотрел на Михаила, ожидая дальнейших распоряжений.
- Зачем следить за «фордом»? - спросил Колесник.
- На всякий случай. И чтобы ребят не расхолаживать. А то застоялись. Пусть побегают, разомнутся.
Михаил Колесник уже и сам был не рад, что затеял слежку за Ниной. Воронин развернул бурную деятельность, подключив группу негласного наблюдения. Его радостное возбуждение было вполне объяснимо. Кроме того, что он мог ещё раз доказать свою преданность, у его ребят появилась прекрасная возможность заработать неплохие премиальные.
- Всё. Рабочий день окончен. Летим в детский сад, забираем Петьку и - домой, - распорядился Михаил. - Только надо Володю опередить, чтобы не столкнуться нос к носу.
- Есть, - Воронин быстро достал мобильник. - Володя? Поступила вводная. Не гнать. Понял? Найдёшь подходящую пробку? Молодец.
Михаил представил, как будет нервничать Нина в пробке, торопясь забрать сына, и сердце его дрогнуло. Но он не стал звонить ей и предупреждать. Он был слишком зол на неё за всё, что ему теперь придётся делать.
Володя, видно, нашёл очень хорошую пробку, потому что Нина приехала на дачу только тогда, когда Михаил с Петькой уже мыли посуду после ужина.
Вид у неё был виноватый.
- Здравствуйте, мои хорошие!
- Привет! - отозвался Петька, вытирая тарелку. - Но я с тобой, мама, разговаривать не хочу!
- Вот те раз! Что случилось?
- А где ты пропадаешь? Мы же с Михаилом волнуемся!
- Петенька, у меня были дела.
Она забрала у него тарелку и поставила её в сетку.
- А ты, милый, тоже со мной не разговариваешь?
- Разговариваю. Но - сухо, - ответил он, снимая кухонный фартук.
Она прижалась к нему сзади:
- Какие вы у меня хозяйственные. Всё чисто, просто сверкает. Не обижайтесь на меня. Я вас очень люблю. У меня был очень трудный день.
Не поддаваясь на её ласку, Михаил взял Петьку за руку:
- Пойдём, брат, спать. Отбой. Ниночка, извини, не составлю тебе компанию. Что-то я сегодня устал. У меня тоже был трудный день.
Он сам уложил Петьку, сказав ему волшебное слово «Отбой». Потом устроился в кабинете, обложившись папками и включив компьютер. Михаил рассчитывал просидеть здесь до глубокой ночи, чтобы лечь, когда Нина уже заснёт.
Но она сама пришла к нему.
- Ты сказал, что пошёл спать…
 
- Вспомнил о делах. Ложись, не жди меня. Это надолго.
Нина стояла в дверях, не решаясь подойти к нему.
- Я хотела тебе сказать… я хотела попросить, чтобы ты не сердился. Я всё-таки нашла машину и ездила сама. Это не потому, что я хотела показать характер, ты не думай. Это просто… так было надо.
- Зачем, Нина? - спросил он, не оборачиваясь.
- Я тебе не могу сказать. Просто - поверь мне.
Он пожал плечами:
- Это какие-то из пионерского лагеря ответы!
- Я ничего больше не могу сказать. Ты просто должен мне верить.
- А у кого ты взяла машину?
- О! У одной своей старой подруги. Очень хорошая и талантливая девочка. Она приехала из провинции, как и я, и я ей в своё время помогла. Она оказалась благодарной.
- А как её зовут, эту девочку? - спросил он, следя за интонациями. - У неё, наверное, даже прозвище есть.
- Никакого прозвища. Её зовут Варя.
Михаил повернулся к ней. Нина смотрела на него без тени смущения. «И глазом не моргнула, - подумал он. - Сказать ей, что я всё знаю про этого Дядю Сэма? Нет, тогда придётся объяснять, откуда информация. Не надо пока ничего объяснять. Рано или поздно она сама во всём признается».
- Да. - Он снова погрузился в чтение документов. - Я понимаю. Варя.
Нина всё ещё не уходила.
- Ты не сердишься на меня? - робко спросила она.
- Нет. Термин «сердиться» - это тоже из пионерского лагеря. Извини, мне надо ещё поработать. Завтра важное совещание.
Он услышал, как её шаги удаляются по коридору, и устало опустил голову на руки. «Нина, Нина, что ты со мной делаешь?»
Ночь он провёл в кабинете, так и не решившись встретиться с Ниной в постели. Спал в кресле. Если, конечно, эти беспокойные часы можно было назвать сном…
К утру ему всё было ясно. К чёрту все эти параноидальные подозрения. Всё гораздо проще. Скорее всего, у Нины просто есть любовник. Возможно, тот самый Сэм. И скорее всего, Нина решила с ним порвать. Ей нужно время, чтобы всё утрясти. Такие вещи не делаются за пять минут. Наверное, у них были достаточно серьёзные отношения. Что ж, в таком случае не стоит ей мешать. Только бы не затянулся этот процесс прощания. Только бы она нашла в себе силы действительно расстаться, порвать раз и навсегда. Потому что Михаил не из тех, кто позволит снова наставлять ему рога…
Утром Нина выглядела просто великолепно. Свежая, энергичная, с тщательно уложенными волосами, она излучала скрытую силу и обаяние. Михаил невольно залюбовался ею.
Даже Петька не мог не заметить её преображения.
- Красивая у меня мамка, - сказал он. - Она всем нравится.
- Да, красота - страшная сила, - кивнул Михаил.
Нина, явно польщённая, отмахнулась:
- До красоты ещё далеко. Но приятно получать комплименты сразу от двух мужчин. Если вы уже сменили гнев на милость, то я, пожалуй, поеду в город вместе с вами.
- А если не сменили?
- Тогда поеду на электричке. Или верхом.
- У тебя какие-то дела в городе?
- Да. Много дел.
- Хотелось бы узнать. Если не секрет. Может быть, опять потребуется тяжёлая артиллерия в лице Нефтемашбанка?
- Нет, милый, сегодня я справлюсь сама. Мне в агентстве сделали интересные предложения. Хочу обсудить их подробнее. Может быть, придётся поездить по студиям, отметиться, напомнить о себе. В общем, куча дел.
Михаил вытер губы салфеткой и встал из-за стола.
- Тебя отвезёт Воронин. Не забудь, тебе надо встретиться со следователем.
- Я постараюсь.
Он достал из портмоне деньги и положил на стол:
- Возьми. У тебя же совсем нет денег. Чтобы снова не пришлось одалживаться, у старых знакомых. Я виноват, что не подумал об этом раньше.
- Спасибо, - её улыбка погасла. – Но, я ни у кого не одалживалась. С чего ты взял?
Не вдаваясь в объяснения, он повернулся и вышел из столовой.