Мама для Совенка (СИ)
— Вы не правы, Юлия Андреевна, — покачал головой величество, — знания — хорошо, но в академии они не основное. Там моему сыну понадобятся мужество, сила воли и желание справится с внутренним огнем. Вот в этом вы ему поможете, подчинив собственный дар. Хотя понимаю — человеку с Земли принять магию непросто.
Что-то в интонации царапнуло, и Юля спросила:
— Вы были на Земле?
— Доводилось, — подтвердил Рельгар. — Обязанность короля хотя бы единожды удостоить визитом миры, с которыми нас связывают портальные врата. Но ваш… — он недовольно нахмурился, развернулся к окну, выдерживая паузу и скорее всего проглатывая матерные слова. Проглотил и начал с истории: — Портал на Землю был проложен отступником Йеридом семьдесят шесть лет тому назад. Увы, преступная гениальность Йерида нам тогда дорого обошлась, а когда мы его прижали, отступник смог уйти, несмотря на блокировку врат. Ученые до сих пор не понимают, как ему удалось пробить пространство в немагический мир. Все, на что их хватило — пройти по его следам. Тот город назывался Ленинград, и в то время у вас шла страшная война.
Юля вспомнила стоящие в лесу у трассы на Шлиссельбург скрытые невидимостью врата. Она, Кайлес, Совенок, а еще чемоданы, сумки и куча барахла. С одной стороны — портал из Юлиной квартиры, с другой — врата в чужой мир и проносящиеся мимо легковушки, с гулом проходящие фуры. Занятный такой сюр…
Если сложить слова его величества о войне, Ленинграде, добавить сюда Шлиссельбург с Невским пяточком, за который дрались особенно жестоко, то товарищу отступнику можно лишь посочувствовать — бежал от одних проблем, чтобы нарваться на другие.
— Когда его нашли, он умирал. Ваше оружие, — король неодобрительно пожевал губы, — бесчеловечно жестоко.
Захотелось высказаться — как будто у вас иначе, но Юля промолчала. Что она знает об их войнах? Хотя в милосердие этого мира верилось с трудом. Одна их традиция прогулки по пыточным после ужина чего стоит… Но магов понять можно — мины, зенитки, бомбы с неба… Под что они попали? Словом, там было достаточно смертоносного и железного, чтобы заклеймить недружелюбный мир — от греха подальше.
— Но портал вы не закрыли, — констатировала Юля.
— Не смогли, — развел руками его величество, — но координаты уничтожили. Правда, оказалось, кто-то из поисковой группы не выполнил приказ.
И в немагический мир — экзотика! — потянулись любопытствующие, пощекотать себе нервы, — подумала девушка.
— Когда поняли, что происходит, координаты разошлись слишком широко, чтобы можно было что-то запретить. Пришлось назначать хранителя, который отправлял особо ретивых домой и проводить исследования.
— Кайлес, — догадалась девушка.
— Да, — подтвердил король, — долгие годы мой племянник, — в голосе зазвучало явное неодобрение, — отвечает за ваш мир. Собрал целую команду последователей, которые пытаются соединить технику с магией.
И снова венценосное неодобрение. На взгляд Юли — совершенно беспочвенное. А почему бы и нет? Соединить, развить, взять лучшее. Позиция величества ясна — «Счастлив тот народ, чья история скучна», но на одной скуке прогресс не построишь. С другой стороны — это же перекраивать весь подход, налаживать производство…
— А теперь у него есть ваша поддержка, — и Юле достался испытующий взгляд, от которого так и фонило намеком: не стоит недостойным дарить благосклонность ассары, — но я впечатлен вашими деловыми качествами. Заключить договор, сделать ассарство работой…
И было непонятно — то ли Юлю похвалили, то ли намекали на очевидную дурость… Но явно констатировали непривычность подхода.
— Только раскройте тайну — почему Совенок?
Юля рассмеялась.
— Никакой тайны. Это первое, что пришло в голову, когда увидела Альгара. Он действительно напоминал совенка — маленький, взъерошенный, с круглыми глазами…
— Хм, — его величество задумчиво потер подбородок, — я видел изображения ваших сов. Хорошо, — хлопнул себя по бедру и резко сменил тему: — Ваш дар сейчас активно развивается. Я в курсе, что Четвертый объявил себя покровителем, но мой совет — не торопитесь. Вы, конечно, взрослая женщина и сами можете принимать решения, но мы не знаем, как скажутся отношения с мужчиной для новорожденного дара.
Юля ощутила, как щеки начинают гореть. Нервно сглотнула. О чем это сейчас величество толкует? О сексе? Подумала и сама не поверила себе. Это же средневековье. Король, варвар, магия, драконы. Какой тут может быть секс?!
Но дети у них прекрасно рождаются, — тут же возразил внутренний голос. Ага, в темноте спальни при полном одеянии… Вспомнился Четвертый, его явная заинтересованность и ловкость, с какой он соблазнял… И очень захотелось спросить в венценосный лоб, как эти самые отношения скажутся на репутации ассары, но его величество не тот человек, с кем стоило обсуждать потенциального любовника… Слуги не вариант, Кайлес далеко, остается Седьмая… Если она, конечно, появится после демонстрации иномирного белья консервативному супругу.
Впрочем, со слов его величества выходило, что для близких отношений в этом мире нужен развитый дар. Облом, однако. Еще и покровительство всплыло. Как чувствовала Юля, с ним нечисто.
— Простите, я вас смутил? — удивился его величество.
И Юля подумала, что их мир с его развязной открытостью дает превратное представление о себе… А ведь далеко не все столь открыты, как видится со стороны.
— Еще раз извините, если задел ваши чувства.
Его величество как опытный полководец менял направление диалога на ходу.
— И в качестве извинений готов исполнить одну вашу просьбу, в пределах разумного.
*free-zone — свободная зона
*Купа Купыч — герой фильма и книги «Республика ШКИД»
Глава 24
«Держитесь, Юлия Андреевна, от мужчин подальше, пока не научитесь сигареты без спичек прикуривать», — проговорила Юля своему отражению в зеркале. Ухмыльнулась — не ожидала? Она тут испереживалась за репутацию, за моральное падение, а выход оказывается рядом. Сплошные плюсы, а не магия.
Ага, плюсы, — мрачно не согласилось отражение. Память подкинула картинку с поцелуем. Пришлось согласиться, что Четвертый целовался как настоящий варвар — горячо, дико, заводяще, до слабости в ногах и тумана в голове. Бывший по сравнению с ним казался снулой рыбой. А еще честно сознаться, что вряд ли она устоит, прояви Фильярг чуть больше напора. Как говорится: «Я — кремень, я — неприступная крепость… ровно до одного крышесносного поцелуя». Мелькнула мысль попросить в качестве желания магический пояс верности. Для гарантии. А то будет как с тортиком — нельзя, вот нельзя: диета, новое платье, отпуск, а потом бац — и соблазнилась.
Хотя… Если вспомнить последние танцы с бубном, похоже, Четвертый в курсе подставы. Не сдержала улыбку — кому-то бегать и бегать в душ, а она не станет торопиться… Мысль о вынужденной сдержанности варвара внезапно оказалась очень приятной, а еще она рождала внутри нестерпимый зуд — пошалить. Теперь-то можно, да? — нетерпеливо подпрыгивал внутри мелкий пакостник, жаждущий мести. За жесткий допрос, за порезанное горло, за ужин в темноте…
Юля плеснула в лицо холодной водой — после встречи немного потряхивало, и напряжение отпускало медленно. Как-то не верилось, что она видела вживую целого короля! Вот бы сфотографироваться и выложить в инсте… Мечты-мечты.
С желанием торопиться не стала, чем заслужила удивленный взгляд. Его величество, похоже, привык, что подданные круглосуточно думают о том, чтобы такое попросить у монарха. Разбуди ночью — сразу озвучат в цифрах, деталях и именах. А тут взяли паузу на раздумья. Но возражать не стал, милостиво отпустив.
Промокнув лицо полотенцем, Юля спустилась вниз — читать.
С лестницы заметила, что любимый угол дивана занят. Вскинула брови — сюрприз. И ни одна «собака»: ни шоколадная, ни невидимая не предупредила. Внутри зашевелилось неприятное предчувствие…