Касание пустоты (СИ)
— Это же ведь не смертельно? Перелом руки? — Райли испытующе смотрел на врача.
— Наверное. Мне раньше не приходилось видеть таких травм. Но это всего лишь перелом руки, да. Мы ввели Алексея в искусственную кому. Пусть побудет в ней какое-то время.
— Тебе надо поспать. — Райли встал и протянул Виктору руку.
— Нам всем надо, — согласился тот. И остался сидеть. — Еще немного посижу и надо помочь убрать операционную.
— Алексей на аппаратах? Надо, чтобы кто-то был с ним?
— Да, мы распишем дежурство. Сейчас там биолог, Мелисса. Почти медик. — Виктор слабо улыбнулся. — Иди, отдыхай.
Вечером следующего дня медики сообщили, что у Алексея дважды за прошедшие сутки останавливалось сердце, сменили состав обезболивающих, но он все так же был в искусственной коме.
Китайские медики переехали в медицинский блок и по очереди дежурили в реанимации.
Жизнь на базе будто замерла. Все ждали новостей. Даже погода устаканилась, накрыв резервацию пасмурным небом и сковав морозом, от чего снежный покров превратился в глазированный заледеневший наст.
* * *Доктор Боровский три дня никак не выказывал своего отношения к происшедшему, после чего вызвал в лабораторию капитана и Райли. Вид у Ярослава был воинственный.
— Коллеги, я с уважением отношусь к международному сотрудничеству в исследовательской деятельности, — пафосно начал он. — Но то, что произошло с Алексеем — прямая вина вас, как организаторов. Это безалаберность и несоблюдение очевидных норм техники безопасности.
Райли хотел у него что-то спросить, но Аджид его остановил.
— Спасибо, — кивнул Боровский. — Потеря Алексея, конечно ужасна. Но я считаю, что останавливать исследования нельзя. Все стороны заинтересованы как можно скорее раскрыть тайну ваших аномальных изменений. И вы в первую очередь, не так ли?
Райли снова попытался что-то сказать, но остановился сам. Плотно сжал челюсти.
— Мне понятно ваше раздражение, — пожал плечами Боровский. — Я собрал вас, чтобы сообщить, что провел переговоры с координационным советом. Совет пока отложил принятие решения о целесообразности создания института Эванса, но наделил меня полномочиями наравне с вами заниматься исследованиями здесь. Я подготовил план исследований, готов вас с ним ознакомить.
— Не надо, — Райли встал. — Исследуйте что хотите.
Не дав капитану удержать себя, он вышел из лаборатории. Бесцельно спустился вниз, завернул в гостиную, долго стоял перед чайной стойкой, но так ничего себе и не выбрав, ушел. В коридоре накинул куртку, дошел до жилого блока, поднялся на террасу, нашел кирпич, за которым были спрятаны сигареты Алексея. Достал одну и с удовольствием раскурил. Здесь его и нашла Лео.
— Что случилось? — спросила она, перехватывая пачку, которую он не успел убрать.
Райли рассказал. Без эмоций, монотонным голосом. Потом, откинув голову назад, глубоко затянулся, через минуту выпустил густое облачко дыма и резко развернулся к Лео.
— Знаешь, что противно? Этот выскочка прав. Мы как дети, играли с открытыми способностями, не понимая их природы, без системы и проработанных гипотез. Ничего удивительного, что в итоге доигрались.
— Да, только инструкцию по эксплуатации пространственных переходов нам никто не выдал, а благодаря Алексею, мы продвигались в исследованиях с невероятной скоростью.
— Цель оправдывает средства? — Райли неприязненно отстранился.
— Не знаю, — Лео смотрела куда-то вдаль. — Я утром разговаривала с Ву Жоу. Он забрал все наши результаты. Говорит, на основании них китайские физики смогут сформулировать выводы, подкрепив их собственными исследованиями и нашими ранними медицинскими. Считает, что благодаря этим выводам нас скоро отсюда выпустят.
Они помолчали некоторое время, потом Лео развернулась к Райли.
— Не надо отказываться от исследований Боровского. Если Ву Жоу прав и мы близки к тому, чтобы нас выпустили, надо приложить все возможные усилия, чтобы ускорить наступление этого момента.
— А как же Алексей?
— А ему больше, чем кому-либо из нас нужно, чтобы нас выпустили. Акихиро и команда, конечно, хорошие врачи. Но Алексею будет лучше в специализированной травматологической больнице, где смогут использовать наноматериалы для остеосинтеза.
— Наши тоже могут, просто там такие повреждения, что нанотехнологии пока беспомощны. Я разговаривал с Акихиро.
— И все равно, — упрямо качнула головой Лео.
— Что ты от меня хочешь? — Райли затушил окурок.
— Договорись с Боровским. Давай вернемся в лабораторию. Ву к вечеру скинет синопсис к выводам, направим усилия Ярослава на подтверждение этих выводов.
Райли молчал. Смотрел перед собой. Потом сделал шаг к выходу с террасы.
— Райли? — Лео беспомощно смотрела ему вслед.
— Хорошо, — не оборачиваясь откликнулся Эванс. — Я подойду к Боровскому.
* * *— Абы кто в экспериментах, конечно, не нужен, вот пусть будет Лео, — Боровский внимательно изучал рейтинг способностей. — Вы согласны? Райли?
Райли сухо кивнул.
Боровский открыл файл нового лабораторного журнала. Выяснилось, что там уже расписан поминутный тайминг всех действий «объекта исследований».
— Никакой самодеятельности, — он кивнул на журнал. — Зовите Лео. Сегодня сделаем тестовые замеры, по их итогам составим вместе, — он выделил это слово, будто кидая мостик к примирению, — план на завтра.
Лео была великолепна. В точности выполнила все шаги программы. И так легко отрабатывала задания, словно это она все предыдущее время кидалась мукой.
При оценке результатов первого дня, соотнеся их с предыдущими исследованиями, Райли предположил, что разрывы пространства должны быть связаны с гравитационными аномалиями. Вызвал по коммуникатору Ву Жоу и они вместе накидали схему прибора, способного измерять гравитационные волны.
А вечером Лео стояла у стекла реанимационной палаты и смотрела на Алексея, опутанного медицинской техникой. Акихиро, деликатно держался рядом, скроля какую-то медицинскую информацию на планшете.
— Ты можешь обещать, что он останется жив?
Тот, оторвался от планшета, с минуту смотрел на Алексея, потом повернулся к Лео и грустно покачал головой.
— Почему? Это перелом руки. От перелома руки не умирают!
— У него сердце не справляется. Мы подняли уровень обезболивающих, но пока положительной динамики нет. Я не хочу тебе врать, извини. Мы делаем, все возможное.
Акихиро пожал Лео руку. И ушел. А она осталась стоять там же, у стекла.
* * *На следующий день в лаборатории от команды медиков дежурил незнакомый Лео китаец. Он пришел раньше всех и сейчас, спрятав руки за спину, с интересом разглядывал оборудование. Лео заметила его, уже зайдя в помещение. Слегка улыбнувшись, она протянула ему руку.
— Привет. Меня зовут Лео, а тебя?
— Хенг. — Китаец явно знал, что делать. Уверенно достал датчики монитора состояния и начал цеплять их на девушку.
— Мы не продвинулись так далеко, как вы, — сказал Хенг слегка помедлив. — Хотя тоже начали подозревать, что дело в каких-то пространственных аномалиях. Полагаем, что вас зацепил какой-то мощный процесс в большом космосе. Ваши тела срезонировали с вызванным им возмущением пространства и сохранили остаточные колебания, как струна, поймавшая звук колокола. А потом вы как-то научились управлять этим. Странно то, что наш мозг, похоже, уже знаком с подобными процессами — иначе вы сразу ушли бы в распад. Видимо, похожие колебания, бывают и на Земле, раз живые организмы успели к ним приспособиться. Но более слабые — поэтому временами сил не хватает и контроль срывается.
— Интересная теория, — Лео поправила датчик на запястье. — А где Виктор или Акихиро? Им привычнее то, что мы будем делать.
— Отсыпаются… Ночью пришлось сделать Алексею еще одну операцию, закончили только полтора часа назад. Повторно провели остеосинтез диафиза плечевой кости. Поставили аппарат Илизарова.
