Хозяйка "Доброй феи" и последний из драконов (СИ)
Темные волосы аккуратно заплетены в затейливую пышную косу, а в ушках сверкают и переливаются на свету маленькие бусинки. Подарок мамы.
Тут раздается звонок в дверь. Чьи-то голоса, шушуканье, и сдавленный крик мамы. Леночка вертится перед зеркалом, но одним ухом прислушивается к происходящему.
Они ждут папку. Как раз сегодня он должен прилететь из Сибири, где уже месяц как был в затяжной командировке.
Леночка в конце концов не выдержала, и с криком:
-- Папочка приехал! -- выбежала из комнаты.
На пороге действительно стоял отец, и
держал в руках игрушку, розового плюшевого мишку, мягкого, с блестящим черным носиком пуговкой.
Долгожданный подарок на День рождения! О таком медвежонке Леночка мечтала уже целый месяц.
-- Папочка! -- взвизгнула девочка, и бросилась к отцу.
Тот вручил ей подарок, подкинул в воздух, и, сказав:
-- С Днем Рожденья, дочка! -- крепко поцеловал в щечку.
-- Мамочка, смотри! Смотри, что мне папка привез! -- счастливо закричала девочка, прижимая медвежонка к груди.
Мать молчала, и Леночка остановилась. В тревоге посмотрела на маму. На той лица не было.
Обычно улыбчивая и радостная, она стояла, опустив руки и глаза ее были широко открыты. И в глазах тех девочка углядела и смятение, и растерянность, и боль. Такую сильную, что Леночка сама запнулась и сердце ее замерло.
-- Мама, мама, ты что? Что случилось? -- сказала девочка, подходя к матери и обнимая ее.
Та с трудом проговорила:
-- Все хорошо, Леночка. Все просто замечательно... Просто твоему папе прямо сейчас нужно срочно уехать.
-- Ненадолго, милая, -- произнес, неловко улыбаясь, отец. Только в глазах его не было и тени той улыбки. Он потрепал девочку по головке, и отстранился.
-- Ну-у…-- чуть на расплакалась Леночка, прижимая к себе медвежонка, -- В мой День рожденья? Заче-ем…
И она жалобно посмотрела на мать, ища в ней поддержку.
Мама подошла к Леночке, подчеркнуто не смотря на отца, и сказала:
-- Надо, детка. Так получилось, -- слова ее были как камни, такие же неживые.
Тут девочка бросила подарок на пол, расплакалась и убежала прочь.
Конечно, папочка больше не приехал. Вы же понимаете, да?
Вечный командировочный, инженер-наладчик какого-то там оборудования, нашел себе другую женщину. Там, в Сибири…
Но Леночка до сих пор не могла понять, зачем он приехал тогда. Именно в ее День рождения.
Она безмолвно сидела, и в конце концов отмерла, удивленно заметив, что прошло целых два часа.
Глаза у девушки были сухие, сердце… Сердце, казалось, билось через раз.
Леночка горько усмехнулась, откинулась на кресле и стала, отталкиваясь ногой, крутиться на нем, все быстрее и быстрее.
Так, как когда-то давно папка ее раскачивал на старых скрипучих качелях, а она смеялась и просила:
-- Выше! Выше!
Папка смеялся тоже.
-- Как же это… Я взрослая женщина. Владелица агентства. А до сих пор не могу его понять… И до сих пор люблю…, -- осознание этого факта накрыла Леночку с головой.
Она вспомнила молодого мужчину в кафе, в той розовой рубашке, и усмехнулась, поняв, что этот вот цвет, который она сначала ненавидела, а потом… потом просто перестала замечать...вот он, крючок.
И не только цвет. Звук его голоса? Нет… Фигура? -- Ведь что-то явно было еще! Не могло меня так накрыть от одного только цвета, -- с досадой подумала Леночка, и набрала номер своей одногруппницы Ольки.
Олька была ее жилеткой, вполне профессиональной. А Леночка - Олькиной. В свое время девушки договорились звонить друг другу, когда будет совсем паршиво на душе.
Ведь так важно, когда есть человек, с которым можно поделиться и рассказать обо всем, что тревожит.
Да просто поплакаться, пожаловаться.
Эти моменты были редки, но обе знали, что могут друг на друга положиться.
Олька, к счастью девушки, взяла трубку почти сразу.
-- Оль, говорить можешь? -- сразу спросила Леночка, и голос ее звучал так глухо, что Олька сразу поняла - что-то случилось.
-- Десять минут есть, -- ответила она торопливо, потому что ждала клиента, который должен был вскоре прийти.
-- Хватит, -- благодарно сказала Леночка, и рассказала о случившемся с ней истерическом припадке и вырвавшимися на волю воспоминаниям.
-- Одного не пойму, что меня спровоцировало, кроме цвета этого. Вот в чем вопрос-то, -- посетовала девушка. Ты как думаешь?
Олька, счастливая жена и мать троих детей, между прочим, ответила почти мгновенно:
-- Ты же знаешь, Лен, что тут разбираться и разбираться… Но одно могу сказать твердо.
Знаешь что, плюнь-ка ты на агентство.
Плюнь.
От полученного совета Леночка чуть не задохнулась.
Но Олька продолжила:
-- Да не навсегда, Лен, ты что! На время, конечно.
В отпуск тебе нужно. Срочно.
Ты когда последний раз отдыхала-то?
Леночка облегченно вздохнула, и задумалась.
--- Оль, вот не помню. А! Это мы еще с Ленечкой на Крит летали.
-- С Ленечкой?! -- поразилась Олька, -- Так это когда было-то? Лет пять назад, или шесть?
Леночка стала припоминать:
-- Да примерно так, где-то пять с половиной. Помнишь, еще у тебя денег занимала?
-- Да уж и не помню. Дело не в этом. Давай, дорогая моя, дуй отдыхать.
А потом со всем разберемся, ок? -- напутственно сказала Олька, и облегченно вздохнула, услышав, как подруга нехотя сказала “ладно”.
Положив трубку, Леночка еще долго сидела, глядя на монитор, а потом, согласно кивнув своим мыслям, закрыла программу поиска кандидаток, и решительно залезла на сайт любимого туроператора.
Глава 7
Лайонард Серебряный
-- Прошу простить, леди Селани, -- мрачнея на глазах, ответил лорд, -- Его Величество ждет меня с минуты на минуту,-- соврал он, не краснея, и, гордо подняв голову с двумя сияющими полосами и двумя же наливающимися синяками, строевым шагом отправился в противоположную сторону.
-- Куда же вы, лорд?! Ведь еще нет и восьми…, -- чуть не застонала придворная дама, отлично знающая ежедневное расписание своего покровителя.
-- Дела, миледи, дела не ждут, -- прокричал, не оборачиваясь, лорд и прибавил шагу.
-- Еще разборок с Киалу Первым не хватало, -- пробормотал он, поплотнее кутаясь в плащ и максимально плотно завязывая капюшон.
Дела действительно не ждали лорда. Ему сейчас, вот прямо сейчас, было необходимо разобраться с совершенно неожиданно возникшей проблемой. Это был первый случай на его памяти, когда в стене просто не открылся заповедный вход.
-- Вот же неуч, раздери тебя Туманный, -- злился на друга Лайонард, -- Вот же недоучка от алхимии! Так подставить, Туманный!
-- Последствия, видите ли, неизвестны…, -- лорда распирало от невысказанных эмоций, и он, резко свернув в сторону, направился к лаборатории, решив высказать льеру Конфю все, что он о нем, как о придворном алхимике, думает.
-- И не просто выскажу, а еще и хорошего хука слева добавлю, -- мстительно подумал Лайонард, набирая скорость и выходя на прямую. Мужчина по сути своей был отходчив, за что подчиненные его весьма ценили.
Однако ветер вдруг поднатужился, поднапружился, да и наподдал лорду, прилично потерявшему энергии при обороте так, что он чуть не впечатался в мощный кряжистый дуб, так некстати возникший на пути.
Лайонард успел-таки затормозить, и, обняв вздрогнувшее от такой фамильярности дерево, затих на долю секунды. Паршивец-ветер, добившийся своего, стих и отправился дальше, очевидно, подыскивать очередную жертву.
Лорд же открыл глаза и оторвался наконец от облегченно вздохнувшего дуба, мстительно осыпавшего его напоследок листвой и остатками пиршества одинокой вороны, только-только закончившей свой завтрак.
И тут прямо перед собой, на расстоянии буквально пары-тройки метров, мужчина увидел призывно мерцающий огонек.