Хозяйка "Доброй феи" и последний из драконов (СИ)
День проявления приплюсовывался к неделе, необходимой для адаптации и притирки обеих сущностей друг к другу.
-- Кон… Вот настоящий друг. Чтобы я без него делал? -- думал Лайонард. -- А женщины… Ну, ничего, на наш век хватит и служаночек, -- храбрился лорд, а перед глазами так и стояло личико его так называемой пары. Треугольное, с такими желанными розовыми губками и тревожащими душу голубыми глазами.
Ее гордо вскинутая голова и возмущенно раздутые ноздри. Ее высокая грудь, в которую ему так хотелось уткнуться головой и найти забвение от всех возможных неурядиц. И далеко не просто уткнуться, а...
-- Не судьба. Туманный! Опять не судьба, -- мысли, обреченные кружиться, хватая друг друга за хвост, замкнули круг и ввергли лорда в полное уныние.
А в это самое время, в лаборатории, потрясенный до глубины души лорд Конфю смотрел на девушку и гневно говорил:
-- Что же вы натворили! Что же вы наделали, леди…
Леночка, которая совершенно не чувствовала за собой никакой вины, изумленно произнесла:
-- Да вы, собственно, о чем? Я совершенно не понимаю, что тут у вас происходит! Причем тут мой ребенок?! Которого и в планах не имеется. А если бы и имелся, то вам-то какое дело? -- девушка вскочила с кресла, дыша как загнанный зверь. Она раскраснелась, и тоже вспотела.
-- Да как же!...-- всплеснул руками придворный алхимик, -- ведь вы только что сказали, что никаких чувств к Лайону не испытываете. Более того, и совместных детей не желаете!
Леночка даже рот открыла от изумления. И от изумления же рухнула назад в кресло.
-- Да что тут у вас творится-то, господи-и, -- простонала девушка, обхватив голову руками, -- То я дракон, то ребенка моего им подавай…
И что там о чувствах?!
Когда я хоть что-то подобное говорила?
Чувства!
Да чувства это мое дело. Мое. Исключительно мое.
И говорить о них с каждым посторонним я вовсе не намерена! -- возопила девушка, стервенея с каждой минутой.
Придворный алхимик замолк, не находя больше слов.
И на некоторое время наступила тишина, которая вскоре была нарушена тихим плачем.
Кон поднял голову в удивлении, и посмотрел в сторону источника столь неожиданного звука. Это явно была не леди Элина. Она сидела напротив, пылая негодованием. Кто-то, совсем рядом, всхлипнул и хлюпнул носом.
Тут же в лабораторию, озираясь и вытирая слезы,текущие вперемешку с соплями, вошел мальчик лет тринадцати.
Одет он был в камзольчик синего цвета с золотистым кантом по рукавам. Поверх камзольчика был надет когда-то белейший фартук,теперь забрызганный чем-то желтым и выглядевший более чем неопрятно.
На голове заплаканного мальчугана красовался белый накрахмаленный колпак, который съехал на одно ухо и тоже весь оказался в коричневых пятнах.
Увидев, что льер Конфю начал вставать с кресла, мальчик упал на колени и завопил:
-- Ой, не бейте! Только не бейте! Я не виноват, льер! Клянусь Туманным, -- и опять зарыдал.
-- Да что с тобой, дружок?! -- сказал удивленный донельзя льер Конфю, -- когда же я тебя бил?
-- Ой, только не говорите! Только не говорите гранд-повару, льер! -- и он умоляюще кинулся в ноги придворному алхимику.
-- Да что случилось-то...Ты толком скажи, наконец, -- произнес сконфуженный льер Конфю, перед которым обычно никто ниц не падал.
Тут у Леночки, которая была сыта по горло всеми непонятками нового мира, сорвалось с языка:
-- Ну, это и я вам скажу. Завтрака не будет, правильно я понимаю? -- обратилась она к ребенку, который резко перестал рыдать и понуро кивнул головой.
-- Ага.. Но я не виноват, Туманным клянусь! -- опять, как заведенный, заныл мальчик, -- Он выскочил как ненормальный, и прямо на меня… Я в сторону, ведь это ж сам лорд Лайонард был… И вот… Весь завтрак на траве оказался. Да еще и две тарелки побились…, -- угрюмо закончил несчастный ребенок.
-- Похоже, гранд-повар сегодня приготовил для меня нечто новенькое, а? -- понимающе спросил Конфю.
Гранд-повар весьма ценил придворного алхимика за некие зелья, весьма способствующие сбросу лишнего веса, коего у него хватало.
И потому постоянно норовил побаловать льера Конфю вкусненьким, свеженьким да горяченьким.
-- Ага…-- ответил мальчик, и опять шмыгнул носом. -- И ведь он спросит, как вам понравилось! А я...Что я теперь ему скажу?
-- Ну, дружок, не печалься. Это дело поправимое. На-ка тебе золотой. И - одна нога здесь, другая -там. Прямо в заведение матушки Полли, -- обрадованно ответил лорд Конфю, которому вычурные десерты гранд-повара давно были поперек горла.
-- Возьмешь два…Нет, три комплекса на завтрак… Хотя… Какой там завтрак. Три комплекса на обед.
Обрадованный парнишка мигом скинул колпак и передник, взял протянутый золотой и исчез с такой скоростью, что Кон и мигнуть не успел.
Леночка смотрела во все глаза, и на ее лице наконец появилась улыбка.
-- Надо же, комплекс. У них тут комплексные обеды практикуют, -- подумала девушка, которую этот простой факт несколько примирил с действительностью.
Она вздохнула, на что желудок, отчаявшийся получить сегодня хоть что-нибудь, издал уже совершенно неприличный вопль, заставивший придворного алхимика выйти из грез, в кои он впал.
Конфю вздрогнул и повернулся к девушке. Тоже вздохнул, и решительно сказал:
-- Леди Элина. Я просто неотесанный чурбан, недостойный звания придворного алхимика. Нет. Более того, я не достоин звания ученого. Однако, в свое оправдание могу сказать одно, -- он покаянно развел руками, --Мне и в голову не могло прийти, что вы представления не имеете о том, что такое истинная пара для дракона.
Тут лицо Кона покраснело, он замолчал и подумал:
-- Нет, я просто наивный болван… О! Туманный...Да с чего я вообще взял, что все вокруг, а особенно эта девушка, имеют представление о драконах и их паре?!
Совсем погряз в книгах! -- почем зря ругал себя придворный алхимик.
-- Да уж…-- ответила девушка, которая, конечно же, не имела об этом ровно никакого понятия. Как и, собственно, о драконах как таковых.
Нет, сказки знала, конечно. Кто ж не знает. Принцессы там, драконы. Рыцари! Сокровищницы. Жертвы… Брр… Сказки эти не носили ровным счетом никакого романтического налету, и большей частью повествовали о весьма кровавых событиях.
Да и страшилища эти драконы, что и говорить. Она вспомнила того, кто преследовал ее. Брр… Голова змеиная, глаза горят и чешуя блестит. А какой запах из пасти у них, только представить, так плохо делается.
Правда, у этого, который Серебряный, вроде ничем не пахло особенным. Разве… Разве корицей, -- задумалась девушка, -- Хотя кто его знает, я ж бежала как ненормальная. А потом дуб, и все дела. Обморок.
-- Так что да. Не знаю я ничего, и слушаю вас внимательнейшим образом, -- сказала наконец Леночка, решительно устраиваясь поудобнее и сложив руки на животе, пытаясь таким образом успокоить желудок, который периодически завывал в ожидании обещанного комплекса.
Если она не согласится?!
А наш последний дракон, ведомый исключительно интуицией, которая хорошо работала именно тогда, когда разум спал, пришел в конце концов не куда-нибудь, а опять все к той же стене.
-- Похоже, я обречен теперь постоянно бродить вокруг нее, как привидение, -- горько усмехнулся лорд Лайонард, когда практически уткнулся лбом об ее покрытые серебряным мхом камни.
Глава Тайной службы, обычно отличающийся завидным жизнелюбием, совершенно пал духом.
Однако дракончик, который, казалось, ушел в полное небытие, вдруг шевельнулся. Вторая сущность Лайонарда почувствовала так необходимую сейчас энергетическую подпитку, которую можно было найти только здесь, в этом месте.
И глаза лорда потемнели, а руки его непроизвольно потянулись вперед, и стена расступилась, впуская в святая святых последнего из драконов. Оказавшись внутри, Лайонард закрыл глаза и полностью отдался ощущениям. Воздух вокруг, казалось, наполнился едва слышными шепотками.