Вернуть Боярство 5 (СИ)
— Расскажешь этому человеку всё, что знаешь, — велел я дамочке, всё ещё сидящей в прострации. Увидев, что она не реагирует на мои слова, зарядил ей хлесткую пощечину, от которой та упала на дощатый пол и уже более осмысленным и злым взглядом уставилась на меня. — Повторяю, дура — расскажешь ему всё что знаешь и ответишь на все его вопросы. Будешь сотрудничать и служить мне — всех твоих близких привезут в моё имение, и там их никто не тронет.
— Мои заказчики — серьёзные люди, молодой дворянин, — с робкой, едва уловимой надеждой пополам с горьким отчаянием ответила она. — Вам не справиться с…
— Курица, покупать тайно, всем рискуя, через пять пар подставных рож станет лишь слабый Род, распахнувший пасть на то, что ему не положено, — за меня ответил Второй. — Для тебя они могут казаться кем-то невероятным, но для меня и нашего господина это лишь грязь под ногами. Которую мы стопчем при надобности… Но если что у нас всегда есть второй вариант. Правда, сомневаюсь что он тебе понравится.
Старший Магистр неспешно и деловито вытащил откуда-то из-за пазухи короткий кинжал и подбросил его на ладони.
— Я замкну вокруг нас барьер, изолирующий звуки, и потрачу минут пятнадцать на пытки, что узнать всё необходимое, — деловито и спокойно, словно говорил о покупке лошади, а не жизни человека, сообщил Второй. — А затем мы где-нибудь прикопаем твой труп, а твоих близких порвут считающие себя обманутыми заказчиками. Я знаю, как работают преступники — твоих прикончат вне зависимости от причин, по которым ты не справилась. Просто в назидание остальным… А с нами у тебя есть шанс спасти и себя, и своих. Что там у тебя имеется? Как у всех шлюх — пара-тройка ублюдков от разных дворян, что обещали взять тебя в жены но бросили, да старые больные родители? Ну и ещё пара-тройка братьев, сестер или ещё каких родичей? Можешь не запираться — я вашу сучью породу, что любые свои гнусности оправдывает заботой о близких, знаю прекрасно. И поверь — я страшнее любого урода из темных братств. Намного страшнее…
На краткий миг Второй контролируемо выплеснул свою ауру — так, что бы присутствующие в повозке сумели оценить его реальную силу. Едва ли малоопытная Ученица без должных знаний поняла его точный уровень, но что он сильнее на голову любого чародея в моей гвардии, включая меня, точно оценила. Что для неё значило лишь одно — он точно выше Мастера.
— Я Старший Магистр, — пояснил он трясущейся женщине. — Ну так как, всё ещё сомневаешься в своем решении?
Спрашивает ещё, мерзавец, с таким видом, будто оставил ей хоть малейший выбор. Вряд-ли среди преступного сброда найдется хоть один чародей выше Младшего Магистра… Точно не уверен, темой не владею, но не просто ж так он заговорил перед ней о своём ранге? И не зря же её глаза вспыхнули надеждой, верно?
В общем, я оставил эту парочку разбираться дальше самим. У меня была ещё немалая масса других дел — навестить раненных, помочь подчиненным в установлении магических сигналок по краям лагеря, затем выслушать отчеты от намарадерившихся Лаптева с Хмельницким… Последний был особенно доволен.
— Господин, да у этих пройдох запасов оружия, боеприпасов и алхимии, которые не должны быть в продаже, вообще немыслимые! — радостно сообщил довольный добычей Мастер. — И всё — либо с маркировкой Имперской Стражи, либо с ней же, но плохо затертой! Эти недоумки были настолько в себе уверены, что даже не удосужились её стирать!
— Милостивые государи, позволено ли мне дополнить слова уважаемого Мастера? — поинтересовался Лаптев.
— Говори, — кивнул я.
— Это не из-за их глупости, — пояснил тот. — Просто подделок и контрафакта на подпольном рынке очень много. И потому всё, что имеет оригинальные отметки о производстве специально для Стражей или хотя бы более-менее известных и сильных полков и дивизий Имперской Армии вызывает на порядок больше доверия.
— Так можно ж просто проверить качество, взяв пробные образцы, — резонно заметил я.
— А те самые пробные образцы и вообще всю первую, обычно самую мелкую, партию, можно продемонстрировать нормального качества, а затем впихнуть туфту, — возразил Лаптев. — А уж знаки качества… Их подделать, конечно, тоже можно, но довольно дорого и затратно делать это на каждой винтовке или магической гранате. В целом, раньше тоже было можно достать амуницию и снаряжение Имперской Стражи, но сейчас, с началом активных боевых действий против рогачей, для интендантов, бандитов и перекупщиков настали вообще золотые времена. Ведь оно как? Делается заказ в тыл на тысячу винтовок — новобранцам, на замену поврежденным и так далее. Товар привозят из тыла, интендант принимает, а затем выдает бойцам старый хлам, оставив новенькое и качественное себе.
— И командиры, конечно, в доле? — понимающе хмыкнул я.
— Ну а то ж, — кивнул он. — Дай на лапу командиру батальона и ротному, и до комполка даже единой жалобы не дойдет, — кивнул он. — Хотя и с этими тоже, конечно, делятся… Ведь посудите сами — за одну сосновку на черном рынке четыре сотни золотых дать готовы. Да пули с зачарованием первого ранга стоят по рублю каждая… Это ж какие деньжища! Притом винтовки ладно — вот на патронах к ним потом можно будет лет пять-семь минимум наживаться, регулярно продавая. В мирное то время сильно не развернуться, но а сейчас — война всё спишет. И это я, ваши милости, лишь исхожу из того, с чем могу иметь дело сам. А ведь есть перепродажа всяким разным разных трофеев — положат, допустим, в бою гвардию какого-то Рода с их набольшими. Куда по идее имущество должно пойти?
— Обратно Роду, — ответил за нас обоих Хмельницкий. — У нас, когда я ещё в дружине Шуйских состоял, с этим было строго. Всё, что принадлежало убитому, доставалось его потомкам. Не говоря уж о боевых, о деньгах по потере кормильца и так далее.
— Так то у вас Род был, — глубокомысленно заметил Лаптев. — Причем не абы какой — Шуйские! Так сходу и не скажешь, есть ли кто помимо Романовых, кто сильнее чем они. А ежели ты в качестве дворянского ополчения отправлен за весь Род службу нести и погиб?
— Я не служил другим Родам, — высокомерно ответил Хмельницкий. И, под ухмылкой Лаптева, взглянул на меня и добавил. — И сейчас служу Шуйскому, что имеет на эту фамилию куда больше прав, нежели большинство её носителей. Этот Род всегда был честен со своими поддаными и вассалами, и в любой ситуации готов был отстаивать своих любой ценой.
— Как и любой боярский Род, — кивнул Лаптев. — Мы, простые люди, потому и стремимся в первую очередь под боярскую руку, ибо они за своих стоят горой… Но в этом случае все немного по другому. Командир, под началом которого служили эти бравые гвардейцы-дворяне, пишет письмо о героической смерти в неравном бою, в котором даёт понять, что рогачи, убившие гвардейцев и дворян, успели разграбить их бездыханные тела. И вот те на — на черном рынке появляются чуть ли не Родовые артефакты… Дальше продолжать? С боярами так стараются не поступать — те за подобные трюки вполне могут прислать аж целого Старшего Магистра или Архимага, который вызовет командира на дуэль и прикончит. Боярам хорошо — у них вообще в каждом роду обязательно имеется хотя бы один Архимаг. А у большинства — два и более, у самых сильных Маги Заклятий и личные армии… Потому с ними такие номера не проходят. Но рядовой дворянский Род может даже не рассчитывать на то, что их имущество вернется назад. Во время войны мелкие интендатишки из числа слабых магов, которые в своих Родах на что-то серьезное рассчитывать не могут, приносят договорившимся об их назначении родичам огромные деньги.
В целом, закончив примерный подсчет конфискованного, я банально ушел тренироваться и через несколько часов ушел спать. На следующий день Второй отчитался, что полностью подчинил себе хозяйку борделя. И, учитывая обстоятельства, предложил мне следующее — мы возвращаемся на более долгий, но куда более безопасный основной маршрут, и он срочно мчится в Александровск, решать возникшие дела и ковать железо пока горячо, либо он остается с нами и упускает стратегическое преимущество.