Эликсир равновесия (СИ)
Я решила, что самое время занять позицию рядом с Веславом.
— Теперь ты и пинки поручаешь другим?
— От моего его пришлось бы хоронить, — улица как будто вымерла, нейтралы проводили зачистку бесшумно, а стихийники Канцелярии еще не вспомнили, что можно дышать. — Мне бы пару часов, чтобы освоиться.
— А ты точно человек? — опасливо поинтересовалась Бо. — А то мне как-то казалось, ты сам не очень в этом уверен, и я совсем запуталась, кто ты, и… Эдмус, больно!
Спириту понравилась идея насчет пинков за сомнения.
— Человек, — повторил Веслав. — И поэтому эта дрянь должна оставаться во мне. Я могу хоть как-то ее ограничивать.
— Ограничивать?! — к нам присоединился пылающий негодованием рыцарь. — То, что ты сделал только что… шутки с такой мощью… а если бы ты вдруг поддался?!
— Да нет, у меня сегодня настроение нормальное. И кто тебе сказал, что это была шутка? Обычное предупреждение…
В рядах стихийников Канцелярии вспомнили, что дышать нужно, и дружно подавились воздухом.
Весл развернулся и просто зашагал с места событий. Перемещаться через тень для него было бы на сегодня слишком. Я пошла рядом — благо, никто не останавливал. Остальные замедлились, выясняя, кто будет комментировать события:
— А давайте Бо! — предложил Эдмус. — Уж она-то вылитый пресс-секретарь, хотя еще можно меня, язык у меня подвешен отменно, правда, не закреплен как следует…
«Пресс-секретарь». Надо же, какие слова выучил. Умнеет, наверное.
— Андрий, мы просили бы тебя…
— Йехар, почему не ты?!
Еще один прогрессирующий. Научился огрызаться с Поводырем. Если так пойдет и дальше, наша Дружина поднимется на такой уровень…
— Выше головы не прыгнем, — развеял мои мечты Веслав. — Были идиотами, которые не туда влезают — и будем до конца.
— Дай-то Бог, — не осталась в долгу я.
При выходе из зоны оцепления, спешно созданной Серым Отделом, нас попытались просветить ментально, но наткнулись на фразу Веслава:
— Ребята, да у вас переутомление… — и его укоризненный взгляд. Комментариев не последовало.
Глава 16. Константа
Остальные вернулись часа через два и в самом плачевном состоянии. Андрий так вообще вплыл ногами вперед и в гробу, перепугав меня до смерти. Оказалось, что Бо просто буксировала его по воздуху. И забыла технику вертикальной буксировки.
— Гроб-то зачем?! — вышла из себя я, осмыслив увиденное. — Мороки…
— На полномасштабные у Бо не хватило сил, — признался Йехар. — Она создала иллюзорный гроб, и всё выглядело так, будто она его несет. Прости, Ольга.
Хрупкая блондинка прет на себе здоровенный, обитый розовым бархатом гроб, в котором покоится молодой мужик двадцати пяти лет. Еще один аншлаг в нашу личную копилочку: «Белоснежк плюс супердевочка».
— Прохожие почти даже не оборачивались, — успокоил меня спирит. — Они боялись.
Он добрался до дивана и разлегся на нем, испустив сладострастный стон. Я подошла поближе к гробу. Хотелось верить, что он иллюзорный.
— Он хоть живой? — по лицу Андрия ничего нельзя было угадать. Но потом новичок приоткрыл один глаз, слегка кивнул, так что вопрос отпал.
— Он сам меня попросил, — открестилась Бо. — Сказал, что если его понесет Йехар, все будет выглядеть еще хуже.
Она осмотрелась и решительно плюхнула Андрия посреди комнаты. Иллюзия растворилась. Новичок и не подумал встать. Более того, Йехар добрался до кресла и рухнул на него так, что ножки кресла расползлись в двойном шпагате.
— Поздравляю, Ольга, — сообщил он потолку. — Ты очень сильная женщина.
— Коня на скаку заморожу, горящую избу залью… а что это с вами?
— Беседа с Макаренко и Игнатским, — сиплым шепотом вымолвил Андрий в потолок. — Это было… как сто раз выдержать экзамен по истории стихий!
Теперь я встревожилась по-настоящему. Преподаватель истории стихий носил гордую кликуху Уроборос. Все его вопросы непременно замыкались в порочный круг, выход из которого вы искали минут сорок, пока не сдавались на третьем или четвертом витке.
— Андрий принял на себя основной удар, — сообщил рыцарь прочувственно. — Это было… благородным поступком. Но теперь нас тревожит его здоровье. Веслав не мог бы…
На кухне грохнуло, раздалось громкое поминание пижмы и тертого кварца, и рыцарь понял, что мне жизнь тоже сказкой не кажется.
— Бьется над животвором миров, — пояснила я. — Облизывает Кодекс с того момента, как мы пришли. Не сказал ни слова. Похоже, что-то понял.
Уточнять, что нормальное настроение, о котором Веслав сам и говорил, уже переменилось, я не стала. Заниматься целительством по отношению к Андрию не стала тоже. Никто из призывников не был ранен, но у всех, кроме Бо было налицо моральное истощение.
— И ты столько лет общалась с этими стихийниками, — пораженно прошептал Йехар. Кресло под ним окончательно разъехалось.
Понемногу мои вопросы прояснили ситуацию. Оказалось, едва мы с Веславом удалились на расстояние слышимости, Андрий начал выходить из положения. Достойно.
— Какая это была речь! — восхитился Эдмус с дивана. — Я чуть не скопытил… в общем, меня переполнил восторг.
— И тебя стошнило сразу после фразы «Пусть Канцелярия остается Канцелярией, а Дружина — Дружиной», — невинно припомнила Бо. — Это выглядело просто кошмарно.
— Восторгу нужно было наружу. В общем, Андрий убедительно доказал, что каждый должен решать свои дела и что возвращением равновесия в нормальное положение следует заняться профессионалам. Я даже почти поверил, что мы профессионалы. Но на этом Андрий не остановился: он им еще напомнил, что если они решат нам все-таки помешать… ох, как он пояснял разницу между злым Повелителем и доб… э-э… Веславом.
— Я всё равно не поняла, какая разница! — жалобно вставила Бо.
— А потом он им развернул такую ужасную картину будущего в свете их ошибок, что восторг переполнил меня вторично.
Я перевела полные вопроса глаза на Йехара.
— Макаренко, Игнатский, а также другие стихийники, вели себя очень пристойно, Ольга, — заговорил рыцарь. — Они слушали внимательно. Сцена противостояния, которое они увидели; то, что темные маги были подконтрольны тому существу… мимо них это не прошло. Нельзя сказать, чтобы они опровергали то, что слышали, кроме некоторых молодых светлых…
Андрий гулко вздохнул из положения лежа.
— И я когда-то был таким же вопящим идиотом…
Я согласилась: был. Рвался уничтожать тьму не хуже светлой странницы Милии. Извечный вопрос дисциплины: темные стихийники и не пикнут, пока молчит Макаренко, а светлым Игнатский традиционно не указ. Индивидуумы.
— Так в чем проблемы?
— Ну, когда Андрий закончил говорить, Канцелярия решила последовать его совету и быть Канцелярией…
Я только застонала, вообразив себе соединенную мощь бюрократии в лице Игнатского и Макаренко. А уж если подключился еще и Грушняк…
— Они потребовали отчета с самого начала?
— Йехар хотел начать с первой миссии, — пожаловалась Бо. — Мы не дали. Ой, а Веслав на кухне, да? А как же мы будем кушать?!
— Я буду добывать пищу через окно, — успокоил Эдмус с дивана, — рискуя жизнью. Но пока что меня столько раз переполняло восторгом, что есть я не могу…
И сожрал пролетавшую мимо муху. На легкие закуски запрет не распространялся.
Итак, шефы учинили компании форменный допрос. Отдельные подробности Йехар оставил при себе, но против кого идем — этого скрывать не стал. Раскрыть тайну Небироса рыцарю пришлось, дабы их просто отпустили живыми.
— Думаю, они нечто подобнее предполагали, — заключил он, — нихиллы… Повелитель… хотя наше сообщение их поразило. Поразило Макаренко и Грушняка, — поправился он. — Оля, твой начальник…
— Живет с чувством, что конец света — через десять минут, и завершить дела он все равно не успеет. Я в курсе. Так мешать они не будут?
— Нам предложена посильная помощь, — рыцарь развел руками, — однако в той ситуации, в какой очутились мы — не постигаем, откуда она может явиться.