Консультант по счастливой жизни (СИ)

— У вас такой взгляд… О чем вы думаете? — спрашивает Лео.
Я хлопаю ресницами.
— Красивый бесполезный мужчина — вот так дословно звучит моя мысль.
— Вы лукавите.
Я пожимаю плечом. Не докажешь! И все же перевожу разговор на другую тему.
— Вот скажи, Лео, есть какая-то шкала счастья? Как ты поймешь, что заказ выполнен? Что я стала счастливой?
— Этого нельзя не заметить, — он расплачивается за сборник стихов Пастернака. Протягивает мне книгу. — А это мой подарок вам. Я видел, как вы на нее смотрели.
Я открываю титульный лист. Там надпись: «Привет, Анна!». Когда он успел?..
— Каждый раз, глядя на эту надпись, вы будете машинально мне отвечать. Или хотя бы улыбаться. Так мы сможем поддерживать с вами диалог даже тогда, когда меня не будет рядом.
— В те редкие часы? — я улыбаюсь.
— В те редкие часы, — соглашается он.
Остаток обеда мы проводим в кафе напротив бизнес-центра. На этот раз Лео не пытается обратить меня в свою веру. Он даже не задает мне вопросов, а с удовольствием рассказывает о своей жизни в Англии. Мы столько смеемся, что латте я допиваю остывшим. Думаю, теперь бармен перестанет писать на моем стаканчике с кофе свой номер телефона.
Лео тепло, с легкой хитринкой смотрит на меня поверх очков.
— Как насчет ужина, Анна?
— Лео, милый, тебе не кажется, что наши отношения развиваются слишком быстро? — я откидываюсь на спинку стула. Мои щеки такие теплые, будто вместо чашки кофе я выпила бокал шампанского. — К тому же как мне представить тебя своим детям?
— Скажите, что я волшебник. Учитывая специфику моей профессии, это недалеко от правды, — Лео бросает взгляд на счет, который только что принес официант. — Я могу вас угостить?
— Кофе включен в стоимость пакета услуг по достижению счастливой жизни?
Неужели я с ним заигрываю?!
— Само собой! Ведь ваше счастье невозможно без кофе.
Я хихикаю, как девчонка.
— А знаешь что, Лео… Приходи ко мне завтра в гости, часам к семи.
Лео так ошарашен моей капитуляцией, что не задается вопросом, с чего бы это. Его глаза расширяются, в них отражается больше света. Уголки губ чуть вздрагивают.
— Я приду! — едва не выкрикивает он.
— Не сомневаюсь. Кстати, визитка у тебя есть?
— Конечно! — он протягивает мне карточку.
Я прячу ее в глубину выреза блузки.
Посмотрим, Лео, кто ты такой.
  
Примечание
 
— Семьдесят три, семьдесят четыре, семьдесят пять...
…Анна листает книгу в магазине, склонив голову к страницам, чтобы уловить их запах. Прядь ее волос соскальзывает в вырез блузки, расстегнутой на верхнюю пуговицу.
— Семьдесят шесть, семьдесят семь, семьдесят восемь...
…Анна слизывает с губ пенку латте.
— Семьдесят девять, восемьдесят...
…Она бросает взгляд на бармена в кафе. Что их связывает, кроме кофе?
— Восемьдесят один...
Образы прервал настойчивый стук в дверь. Лео дожал пресс до восьмидесяти пяти и остался лежать на полу, подложив руки под голову.
— Ррромео! — громыхнуло из-за двери.
Лео рывком поднялся.
— У тебя от силы пятнадцать минут, — с порога заявил Гера. — Бегом в душ. Потом надевай костюм. Очочки не забудь. И блокнот прихвати — для имиджа.
— Мы точно едем в клуб? — все еще со сбитым дыханием спросил Лео, рассматривая соседа, одетого во все черное: джинсы, майку, пиджак.
— А то! — Гера легким движением надел шляпу с узкими полями и сдвинул ее на лоб.
Через четверть часа они уже неслись по ночному городу в черном бумере. Гера лихачил, между виражами выдавая информацию о планах на Лео.
«…Работа не пыльная: языком потрепать, блеснуть умом. Типаж у тебя — что надо! На английском что-нибудь вверни. В общем, по ходу разберешься. Чем меньше знаешь — тем лучше. Клиенткам нравится свежая кровь».
«Они предпочитают мужчин на блюде — в переносном смысле, конечно. Иногда они приходят просто поболтать. Иногда… не просто».
«Не быкуй, Ромео! Мне главное, чтобы дамы не скучали. Приехали!»
Машина остановилась в тускло освещенном тупике, у длинного одноэтажного здания с неоновой вывеской «Зеленая комната». Панорамные окна, закрашенные черным, подсвечивала бирюзовая окантовка.
 
Охранник на входе кивнул Гере и открыл тяжелую металлическую дверь. Лео погрузился в плотный прокуренный воздух бара. За стойкой цедила бокал потрепанная девица, бармен вяло протирал столешницу под заунывное мяуканье женского голоса.
— За мной, Ромео, — Гера приоткрыл неприметную дверь, ведущую в мутное подвальное нутро. — Давай, не сцы!
Узкая бетонная лестница пикировала к еще одной двери. Прежде чем она открылась, Лео набрал в легкие побольше воздуха — и не сразу выдохнул: после бара этажом выше это помещение и в самом деле выглядело, как элитный клуб.
Полутона, оттенки зеленого. Вельвет, парча, бархат. Шаги официантов скрадывала ковровая дорожка. Голоса посетителей тонули в бархатном мужском вокале.
Здесь все казалось просчитанным до мелочей. И отсутствие часов, и тяжелые запахнутые шторы, создающие иллю­зию окон. Над низкими столиками нависали абажуры — круг света почти в точности совпадал с кругом столешницы. Высокие спинки диванов разделяли пространство на зоны. Каждый столик был отдельным миром и в то же время элементом единой системы, будто гнезда на ветвях одного дерева.
Неужели это придумал Гера? Парень, гоняющий кота?
Лео обернулся. Гера склонил лицо к ладоням, прикуривая сигарету.
— Выбирай столик с зеленой подсветкой — там тебя ждут. И еще, — он затянулся, выцедил дым в сторону и, глядя Лео в глаза, произнес: — Ромео, не подведи меня.
Лео кивнул. Выдохнул. Поправил галстук.
Когда он сел за столик, зеленая подсветка потухла.
Сначала внимание зацепилось за руки женщины, на которые падал свет абажура: белые, пухлые, с массивными кольцами. Лео поднял голову — и встретился с клиенткой взглядом. Она рассматривала его в упор. Так не изучают незнакомцев в баре. Настолько нацеленный, бесстыдный взгляд можно разве что случайно поймать в зеркальном отражении.
У клиентки были прямые рыжие волосы до плеч и округ­лое, слегка полноватое лицо. Она выглядела старше Лео, но на сколько — не позволяло разобрать освещение.
— Как тебя зовут? — спросила клиентка приглушенным, грудным голосом. Дымок от ее сигареты мгновенно втянула невидимая бесшумная вытяжка.
Лео прочистил горло.
— Ромео. А вас?
Легкий смешок подсказал, что, возможно, такой вопрос задавать клиенткам не стоит.
— Ромео... — она откинулась на спинку дивана — погрузилась в глубокую тень. — Можешь называть меня Джульеттой. Не бойся, я тебя не съем.
Выглядело как раз наоборот.
— Ты напряжен. Я угощу тебя коктейлем, — она поманила кого-то незримого в глубине зала.
— Я не пью.
Он мог бы пригубить, сделать вид. Но ощущение было такое, будто согласие на коктейль что-то значит. Что это один из нерассказанных пунктов инструкции Геры.
Пауза затянулась. Пальцы с массивными кольцами барабанили по краю отполированной столешницы.
— Что вы здесь делаете, Ромео? — с легким раздражением спросила она.
«Отрабатываю аренду», — это Лео вслух не произнес.
— Я препарирую счастье.
— Вот как?! — спросила она с той же интонацией, что и Анна в вечер знакомства. Разве что с большим интересом и меньшим злорадством.
— Да, — Лео подался вперед. — У меня есть система, список действий, выполняя который женщина становится счастливой.
— Очень любопытно! — интонация, открытые ладони — все подтверждало ее слова.
Лео коварно улыбнулся и достал карандаш из держателя на блокноте.
— Скажите, Джульетта, вы счастливы?..
Несколько следующих часов прошли увлекательно даже для Лео. «Меня зовут Ромео… Я не пью… Скажите, вы счастливы?..» После вопроса о счастье клиентки раскрывались. Кто-то исповедовался, кто-то иронизировал, кто-то философствовал. Женщинам нравилось говорить о счастье. Но кто из них был счастлив на самом деле, учитывая обстоятельства знакомства?