Не время почивать на лаврах (СИ)

- Что мы теперь будем делать? - спросил он. - Идём дальше на север?
Я, в принципе, знал, чего хочу от принца. Но всё же решил поинтересоваться его мнением.
- А чем бы Вы хотели заняться? Вы - принц. Приказывать я не имею права. Не хотите остаться с войском? Здесь обер-коммандер начнёт строительство форпоста и организацию Северной Армии. Найдёт и для Вас занятие, я думаю.
- Не сочти за неуважение, аниран, но нет, - Трифин поморщился, но всё же признался. - Мне кажется, здесь нет тех, кто простит мои ошибки. У солдата хорошая память. И слухи разлетятся во все стороны. Я не могу тут остаться, аниран. И не могу вернуться в Сторожевой Лагерь. У меня один путь - только путешествовать с тобой.
- Это хорошее начало, - признался я. - Вскоре мы отправимся в Обертон. Я уверен, Вам бы тоже хотелось увидеть отца, мать и младшего брата.
- Терезин же и правда в столице?
- Верно. Как я и рассказывал. Уверен, и он, и родители по вам соскучились... Но в Обертон мы вернёмся не для того, чтобы пить вино. Мы продолжим обучение и продолжим прорабатывать планы. А Вы, Ваше Высочество, должны быть готовы к любому приказу анирана. И если я отправлю Вас наводить порядок в Шамасс или Мармасс, Вы отправитесь. Вы покажете и наместникам, и первосвященнику, и простому люду, кто реальная власть в Астризии. Договорились?
- Несомненно, - Трифин кивнул в стиле прусского офицера. - От своего долга я не отказывался и отказываться не собираюсь. Я буду там, где во мне нужда первостепенна. Ты лишь прикажи, аниран.
- Об этом мы порассуждаем в дороге, Ваше Высочество. Путь в столицу неблизкий. На данный момент ваша задача - подготовиться. Помогите мастеру Сималиону с организацией обоза. И сообщите обер-коммандеру о своём решении. Сообщите как солдат, а не как принц.
Когда я увидел повторный прусский кивок, а затем смотрел вслед удаляющейся спине, был крайне доволен собой. Высокомерного принца, который струсил в самый неподходящий момент, я смог и с небес спустить, и вновь вернуть к жизни. Я дал ему новую мотивацию и сбил достаточно спеси. А поскольку этот парень реально умеет работать не только руками, но и головой, в моих глазах он выглядит весьма перспективно. Куда перспективнее Терезина. Хоть тот всего лишь пацан, расти ему ещё и расти. Этот же уже вырос. И вполне будет способен заменить Тревина в Равенфире, если нам вдруг придётся идти покорять Восток. А то и действительно отправится в один из городов-близнецов, чтобы с помощью демонстрации собственной персоны укрепить власть короля. А может, и на Север я его возьму, когда придёт весна. Трифин уже сформировался. Его я могу использовать по-всякому.
Улыбаясь, я поднялся, отряхнулся задницу и, вполне удовлетворённый, отправился упаковывать свой скарб. Впереди меня ждал обратный путь в Обертон.
  
Часть 6. Глава 18.
 
В путь мы отправились через два дня. Строительство набирало оборот, осмелевшие жители северных деревень, прослышавших про великую победу, прибывали и интересовались нуждами служивых, предлагали разные варианта обмена или оставались помогать. В моём присутствии больше не было нужды. Обер-коммандер Хегарат перестал чувствовать себя "второй скрипкой" в оркестре и, что называется, расправил крылья. Посему я поспешил сбежать, как только всё подготовили.
Со мной лагерь покинули приблизительно два десятка человек. Вилибальд с напарником и двумя запасными вьючными лошадьми. Повинуясь приказу анирана, они будут ехать с нами до перекрёстка на королевском тракте, затем повернут к Сторожевому Лагерю и сообщат коммандеру Марсану о необходимости высылки подкреплений и обоза с продовольствием. Я, Иберик, Сималион, Феилин, принц Трифин и несколько солдат сопровождения отправимся прямиком в столицу, передадим подробности боя Его Величеству и попросим направить на север ещё один обоз с продовольствием и умелыми строителями, желающими подзаработать. По нашим с Хегаратом прикидкам, чтобы пережить зиму, этого вполне хватит. А с учётом, что уже начали подключаться местные крестьяне, хватит с лихвой.
 
Неспешно, но и не мешкая, мы двигались, ни на шаг не отходя от тракта. У тракта хватало и постоялых дворов, и колодцев с чистой водой. Мы легко находили ночлег, и так же легко находили уши, аки губки впитывавшие наши россказни.
Сиреи служили людям добрую службу. О том, что с земель Астризии королевская армия во главе с анираном изгнала очередных лиходеев, крестьяне уже знали. Они лишь требовали подробностей, требовали демонстрации аниранских доказательств и все вместе воздавали хвалу так вовремя появившемуся в их стране спасителю. Даже здесь, на северных землях, простой люд перестал смиренно ждать неизбежного конца. Здесь тоже проснулась уверенность в завтрашнем дне.
Для меня подобные настроения являлись лучшей наградой. И всё то, что я увидел на севере и в центральной части Астризии, я планировал распространить на Запад и Восток. Осталось по прибытии в Обертон окончательно определиться с направлением.
Дни сменялись днями, похожими друг на друга, как сиамские близнецы. Но не было ни дня, чтобы я не возвращался к Северному Мосту в попытках проанализировать произошедшее.
Что я видел то ли во сне, то ли наяву? Что это было? Апокалипсис? Апокалипсис для обитателей очередной планеты? Я не только видел, как из тёмного-тёмного неба на землю исходят потоки пламени. Я не только видел странных существ, сгибавшихся под тяжестью суеверного ужаса. Я, кажется, чувствовал их страх. Я питался им. Я наслаждался. Видеть, как склоняются недостойные, понимая, что они действительно недостойны, было высшей точкой осознания собственного величия.
Но кто я был? Почему произносил непонятные слова, но понимал их смысл? Почему указывал в небо огненным мечом? Неужели я увидел то, что произошло с одной из планет, на которую положили глаз непонятные Великие? Я ли стоял на вершине горы? Или всё же в моём мозгу промелькнул лишь фрагмент памяти? Фрагмент разделённой на части памяти. Разделённой вместе с частями божественной силы. Это вполне логично, если учитывать, что я стал обладателем не одной, а нескольких частиц. Подобных воспоминаний у меня не появлялось, когда я обладал лишь щитом. Это потом начались изменения.
Но самое хреновое, что, похоже, видения продолжатся. Я абсолютно не умею себя контролировать. Стоит лишь разозлиться, стоит лишь ярости подчинить меня, я полностью теряю контроль. Я даже не помню, что делаю, ибо в эти моменты мою память вытесняет что-то другое. Возможно, вытесняет память того, кто стоял на вершине горы с энергетическим мечом. А я, соответственно, в эти моменты получаю возможность погрузиться в его память. Банальный обмен. Переселение душ, что ли? И мне, получается, чтобы оставаться в сознании, чтобы не терять над собой контроль, чтобы не пугать окружающих "дивным двуличием" и не строить из себя драксадара, противопоказано злиться. Я не имею права гневаться и впадать в ярость. Я должен достичь гармонии между телом и духом. Я должен обучиться абсолютному самоконтролю.
Жаль только, что я - всего лишь человек. Не поддаваться воздействию негативных эмоций крайне непросто. Хоть я предупреждён, а значит вооружён, не факт, что следующий раз не случится. И я обязан следить за собой не менее внимательно, чем те, кто точно знает, что со мной происходит.
***
Вилибальд с ещё одним солдатом свернули с королевского тракта в сторону Сторожевого Лагеря. Иберик и Вилибальд сердечно распрощались. А Вилибальд ещё вытребовал с меня обещание, что, когда он вернётся в Обертон и представит отцу свою избранницу, я поучаствую в церемонии бракосочетания наравне с обязательным священником. И тоже благословлю брак.
Сие предложение было немного неожиданным, но я не стал отказывать парню.
Мы вновь тронулись в путь, и во время очередной ночёвки на перенаселённом постоялом дворе прибыл сирей Иберика. Своего лентяя я отправил в Равенфир с новостями для принца Тревина. Поэтому курсировал между нами и столицей лишь Сумман.