Не время почивать на лаврах (СИ)

- Да... Да... Чего орёшь, Иберик? - я принялся тереть глаза руками. - В кое-то веки поспать удалось.
- Они здесь! Они приближаются!
Эти слова несли гораздо больше смысла, чем предыдущие. Эти слова помогли разогнать остатки сна. А затем раздался намного более осмысленный, но всё ещё далёкий зов рога.
Я вскочил в ту же секунду. Вытряхнул из головы воспоминания о странном сне, отбросил простенькое одеяльце и выглянул из окопа. Но впереди не увидел ничего, кроме полосы препятствий, которую мы подготовили.
- Держи, - Иберик протянул мне мою собственную подзорную трубу.
Я принял трубу и примкнул к окуляру.
Даже при ярком солнечном свете невооружённым взглядом я не рассмотрел того, что увидел сейчас. По королевскому тракту, абсолютно не таясь, двигался обоз. Выступающие впереди крупные лошади несли на своих спинах бородатых всадников, несмотря на тёплое лето, одетых в плотные шкуры. Затем двигались практически доверху набитые телеги, запряжённые такими же крупными лошадями. Возле телег, придерживая лошадок за уздцы, шли возницы. Затем шли пешие воины со щитами на спинах и ножнами на поясах. Плотная толпа раздавалась вширь, вышла за обочину дороги и, практически, прижималась к опушке. По правой стороне, обогнав толпу, выскользнули пять всадников, подъехали к наконечнику колонны и о чём-то принялись судачить с предводителем, отчаянно жестикулируя.
- Они в лиге, приблизительно, - поспешил сообщить Трифин, пританцовывающий рядом. В том, что он раньше меня посмотрел в подзорную трубу, я не сомневался.
- На первый взгляд их куда больше нас, - высказался Сималион.
- Это ничего не меняет, - не отрывая глаз от окуляра, сказал я. - Мы это и так знали... По местам, смелые воины Астризии! - прокричал я. - Все всё знают. Феилин, веди лучников к опушке. Подам сигнал, накрывай залпами... Трифин...
- Нет, не пойду!
- Трифин!
- Нет, не пойду!
Наш яростный спор завязался ещё вчера. Для Трифина я наметил особое задание. Но он ни в какую не собирался его выполнять.
- Ваше Высочество!
- Ты можешь говорить, что угодно, аниран. Я ни за что не побегу на тот берег. И не буду стоять с факелом, ожидая конца сражения.
- Милих, дай парню себя проявить, - Сималион, стоявший рядом, зашептал в моё ухо. Ещё вчера он почему-то принял сторону принца. А я всего лишь хотел сберечь столь важную жизнь. - Для него такой приказ оскорбителен. Не унижай его им. Мост может поджечь кто угодно другой.
Я относился к приказу совершенно по-другому. Совсем не как к унижению.
Но времени на споры не оставалось. Враг приближался. Приближался уверенно и неторопливо, как бы намекая, что неизбежной стычки не боится.
- Хорошо, - я бросил быстрый взгляд на надвигающуюся колонну. - Некас, ты тогда действуешь в одиночку, - обратился я к рядовому солдату. - Следи внимательно, что здесь происходит. Если что, зажигай. Знаешь, в общем... А ты, - я посмотрел на Сималиона, а затем пальцем указал на принца. - Отвечаешь за него головой.
- Его Высочество не подведёт, - уверенно заявил Сималион.
Спор затих так же быстро, как и начался. План был разработан ещё вчера, а потому все быстро разошлись по своим местам. Задача оставалась неизменной: создать врагу максимальные проблемы и сдержать хотя бы до подхода сотни Вилибальда.
Мы с Ибериком прорвались по узкой полосе через заготовленный частокол и отдалились от моста метров на двести. Колонна продолжала движение и я вновь примкнул к окуляру.
В этот раз удалось получить чуть больше информации. Колонна сбавила ход и раздалась вширь. Прямо посреди дороги проходило непонятное собрание: крепкие мужики на лошадях спрессовались в центре и что-то обсуждали. Пешие воины разводили телеги по сторонам и припарковывали у кустов или деревьев. А потом я впервые рассмотрел тех, кого не заметил изначально - ту самую "добычу".
Со связанными руками едва переставляли ноги измученные долгой дорогой люди. Абсолютно разного возраста и пола. Я успел заметить и тучных женщин, и мужчин в летах, и седых стариков, и молодых парней и дев. Даже где-то в самом конце колонны мелькнула до боли знакомая клетка на колёсах. Я не смог рассмотреть, были ли в той клетке обитатели, но не сомневался, что главный скарб для каждого работорговца присутствует в этой колонне.
 
Рог зазвучал ещё раз. Бандюганское собрание завершилось. Мужики разъехались по сторонам, попутно раздавая торопливые указания.
Не отрывая глаз, я наблюдал, как враг приступил к сооружению временного лагеря. Кое-где замелькали хлысты, а руках несчастных рабов появились кирки и лопаты. К лесу побежали люди с топорами. В том месте, где недавно стоял главарь, приступили к выкапыванию рва. Из телег выгружали самые тяжёлые тяжести, разворачивали и выстраивали бортами лицом к нам. На одну из телег забрался бородатый мужик, приставил ладонь ко лбу и уставился прямо на меня.
Но ладонь никак не могла заменить подзорную трубу. Я видел его гораздо лучше, чем он меня.
- Зачем они это делают? - озадачено почесал лысину Иберик.
- На, посмотри, - я протянул ему подзорную трубу. - Окапываются, кажется. Или обессилили в пути, или реально готовятся к обороне.
- Но это же неразумно, - Иберик смотрел в окуляр. - Им прямо сейчас надо идти в атаку.
- Частокол их, несомненно, озадачил, - констатировал я факт. - Но ты прав: не вижу смысла готовить лагерь. Только если они действительно устали, или у них есть запасной план.
- Думаешь, могли послать сирея к тем, кто на кораблях, и позвать подмогу?
Я почесал подбородок: такая идея не приходила ко мне в голову.
- Не уверен, если честно, - всё же не согласился я. - Сомневаюсь, что на кораблях осталось достаточно народу. Они же пришли грабить. Забирать всё, что можно забрать, и охотиться конкретно на детей. Вы же сами рассказывали, что этим они промышляют много зим. Это жадные до наживы люди. Кто захочет всё пропустить? Кто откажется от барыша? Это нелогично.
- Тогда что? Самый эффективный удар - удар сходу, - поделился Иберик знаниями, которые успел почерпнуть в Сторожевом Лагере или которыми ранее с ним делился отец. - Навалиться и попробовать продавить.
Я забрал подзорную трубу и принялся наблюдать за подготовительными работами. И заметил одну любопытную деталь.
Передний ров рыли не рабы. Самая сложная работа досталась самым крепким бородатым мужикам. Баб отогнали и усадили ближе к телегам. Там уже развели огонь и установили котёл. Детишкам в клетке тоже пожрать дали, я увидел. А заложники-мужчины тащили из подлеска несколько поваленных стволов.
У тут до меня дошло, что я упустил один важный момент во время фортификационных работ. Вернее, я его просто не учёл.
А кто мешает этим выродкам использовать пленников как живой щит? Кто мешает выстроить в ряд, укрыть за их спинами лучников или самых резвых бойцов, и пустить на колья. Они видят, что мы здесь. Видят, что подготовились к встрече. И именно поэтому не спешат на прорыв. Даже потенциальные преследователи, которые должны вот-вот подойти, их не пугают.
Такое поведение может говорить об одном: они не сомневаются, что в запасе у них есть козырь.
- Твою мать! - зло прошипел себе под нос я. Похоже, все мои подготовительные процессы пошли по женскому половому органу. Никогда в жизни я не отдам приказ стрелять в тех, кого обязан спасти.
- Что? - испуганно покосил глазами Иберик.
- Мы не учли кое-что, Иберик, - мысли мои уже метались, пытаясь найти спасительное решение. - Идём к мосту. Надо подумать.
Моя крохотная армия оставалась на местах. Лишь Сималиона и Трифина я позвал, когда мы вернулись. Но прежде чем я начал делиться мыслями, решение уже сформировалось. Другого варианта задержать эти тварей, я не видел.
- Там очень много пленников, - доложил я обеспокоенному Сималиону. - Боюсь, сегодня в ночь или на рассвете, они погонят их на нас. Спрячутся за спинами и их жизнями протопчут дорогу к мосту.
- Вполне может быть, - Сималион помрачнел. - По большому счёту, лишь дети имеют значение. Лишь ими они не станут рисковать. Остальные - расходный материал.