Два босса для Золушки (СИ)

— А где Артём? — Аля облизала пересохшие губы. — Он здесь?
— Нет, привёз экзоскелет — подарок Войцеха — и снова уехал, — тихо ответил Валера, который больше не морщился.
Бледный, он сидел в кресле и смотрел перед собой широко раскрытыми глазами. Маша поспешно обернулась:
— А с тобой-то что, горе моё луковое?!
— Это случилось! — возбуждённо вскрикнул мужчина, заставив девушек вздрогнуть от неожиданности. — То, о чём говорил Дикуль! Я почувствовал боль в ноге!
***
Прижав руки к животу, Аля полулежала на диване. Вокруг суетилась молоденькая женщина-врач и медсестра, измеряли давление, заполняли какие-то бумаги. Ей было всё равно… Белецкий приходил не к ней. И вряд ли интересуется тем, что она делает, как себя чувствует…
— Так, расскажите, как всё было.
— Я уже говорила, у меня закружилась голова, схватилась за портьеру, упала. Очнулась… — рассеянно пробормотала Воронцова, встретив взгляд врача.
— Когда у вас были в последний раз месячные?
Вопрос застал её врасплох. И в самом деле — когда? Сходу и не вспомнишь…
— Пожалуй, в марте. Или в конце февраля… — Аля наморщила лоб, когда носа коснулся резкий запах антисептика.
Врач снимала перчатки и придвинула стул ближе.
— В последнее время не тошнит?
— Нет, но сегодня мне не хотелось есть. И вообще противно о еде думать, особенно о мясе.
— А что с перепадами настроения в последнее время? Есть такое?
— Кажется, немного, — Аля начала догадываться, куда она клонит. — Вы что хотите сказать, что я…
— У вас набухшая грудь, пониженное давление, — принялась перечислять медсестра. — Пора становиться на учёт.
— Что? — расширившимися глазами Воронцова смотрела на строгое лицо врача.
— Похоже, голубушка, вы беременны.
У Али бешено заколотилось сердце, ладони мгновенно вспотели.
— Это что, правда?! У меня будет ребёнок?
— Примерно шесть-восемь недель, — бесстрастно кивнула врач. — Похоже, у вас низкий гемоглобин. В рационе обязательно должны быть гречка, свекла и говядина… Не смотрите на меня так, без мяса никак нельзя, и гранатовый сок хорошо бы. Обязательно купите витамины для первого триместра и фолиевую кислоту. Остальное вам расскажет гинеколог.
— Алечка… — послышался возбуждённый голос Маши, которая тоже присутствовала при осмотре, — поздравляю!
Но Воронцова сидела, не в силах вымолвить и слова. Она ещё до конца не понимала, что произошло. Ей только что сказали… Разве так она представляла себе, как однажды услышит такую новость?! Только рядом с любимым, конечно же! Который подхватил бы её на руки и закружил от счастья по комнате…
И только после ухода врача она в радостном возбуждении прижала к животу руки. Беременна! Где-то в глубине сознания появилось неведомое до настоящего времени чувство ответственности за новую жизнь, которая зародилась внутри.
Да это же счастье! У неё будет ребенок от любимого мужчины! Она носит в себе частичку Белецкого… Разве это не чудо? Как же она хочет этого малыша, как же будет его любить! И ничего больше не надо в жизни…
Ничего, кроме… перед глазами встало лицо Артёма.
— Можно?.. — рядом на постель присела Маша.
Неожиданно на глазах выступили слёзы, Аля уткнулась в её плечо и всхлипнула.
— Он приходил и ушёл… Ему всё равно! Не буду говорить Артёму о ребёнке. И вы с Валеркой молчите, поняла?!
— Перестань, — Маша погладила её по спине. — Он всё равно узнает.
— Тогда чем позже, тем лучше! И… — в сознании сверкнула неожиданная мысль. — Я уеду к маме! Ничего он не узнает! — Маша попыталась что-то возразить, но Аля отстранилась и грустно улыбнулась. — Только вот тебя сначала замуж за Морозова выдам и уеду. Я уже всё решила.
— Болтаешь ерунду, — фыркнула девушка, — он на меня даже не смотрит.
Воронцова решительно поджала губы:
— Сегодня же с ним поговорю, а ты не мешай нашему разговору.
А в сердце выстукивало: «Да, придётся уехать. Прощай, Тёма, прощай прежняя жизнь…»
***
Когда пришло время обеда, еду в комнату Али принёс Стёпа.
 
— Давай, подкрепись, Машка там вкуснятины наготовила.
А чуть позже подъехал Валера. Его лицо светилось от радости.
— Не представляешь, что мне только что сказал Дикуль! — он подкатил поближе к дивану, сверкая белоснежной улыбкой: — Процесс пошёл, скоро буду ходить! Целых две сногсшибательных новости в один день! Живём, Золушка!
Аля всплеснула руками:
— Господи, наконец-то!
— Дикуль сказал: постоянные тренировки, силовые нагрузки, физиотерапия, массаж и боевой настрой! Тут ещё и стресс, наверно, сыграл роль, — Валера чуть приподнялся в кресле, словно уже пытаясь встать. — Не представляешь, как перепугался, когда увидел тебя на полу. От адреналина руки затряслись, давно такого не было.
— Ну что я тебе говорила?! — воскликнула Аля и поправилась: — Мы все… Но не пытайся сразу встать на ноги! Продолжай занятия и упражнения.
Во взгляде Морозова промелькнуло что-то необычное, голубые глаза сверкнули.
— Нет, ты первая в меня поверила.
Аля недоумённо подняла бровь.
— Что ты хочешь этим сказать?
А следующая фраза повергла её в шок:
— Что как только встану на ноги, мы поженимся!
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Глядя на её изумлённое лицо, мужчина с жаром продолжал:
— Ну да, я забыл сказать самое главное! Когда увидел тебя в первый раз, в тот день в лифте…
Нет, только не это! Никаких признаний! Мгновенно собравшись, Аля не дала ему закончить:
— Не надо, Валера! Мне нужно тебе кое-что сказать, — она выставила перед собой руки. — Я не могу стать твоей женой, я жду ребенка от Белецкого!
— Да, уже знаю. Это не имеет значения…
Аля лихорадочно обдумывала, что делать. Маша, оказывается, всё ему рассказала… Но никакого толку!
— …Ты же знаешь! Я обожаю детей!
— Для меня имеет значение! — воскликнула Воронцова. — Я люблю его.
— Аля…
Она упрямо мотнула головой, так что собранные на макушке в пучок волосы рассыпались по плечам.
— А ты дурак, что не замечаешь Машу. Лучшей жены, а для Дениски лучшей матери тебе не найти! Посмотри, как мальчик к ней привязался! И влюбилась в тебя Маша, когда ты окровавленный и беспомощный лежал в реанимации. Так и сказала: «Передо мной лежал раненый Аполлон»… Это же она тебя выходила, вынянчила, ночами не спала, день и ночь возле койки дежурила. Лана отказалась от тебя, как только узнала, что ты ранен, а Машка — полюбила. Вот и сравни!
В голосе Морозова прозвучала насмешка.
— Ах, ты решила стать сводницей?!
Аля не отступала:
— Можешь называть меня как угодно, но для тебя это на самом деле лучший вариант. Подавайте-ка с Машей заявление в ЗАГС и начинайте процедуру усыновления, а не опеки.
Энтузиазм, с которым говорил Морозов, несколько поутих. В голосе послышались жалостливые нотки:
— Значит, ты меня совсем не любишь?
Аля про себя улыбнулась. Валера умел давить на жалость.
— Почему же? Люблю как непутёвого брата! Ты ведь меня понимаешь?
Улыбка так и не сошла с его лица. Она была такой солнечной, что у Али невольно защемило сердце. Как же ей будет его не хватать…
— Кто, как ни я. Не волнуйся, Золушка. У меня есть план. Дениску действительно пора вытаскивать из детского дома и как можно быстрее. Маша мне очень даже нравится, — он усмехнулся. — Но без сводничества, ладно?
— По рукам, — Воронцова улыбнулась в ответ. По тому, как он ответил, Аля поняла, что у Маши неплохие шансы. Вспомнились советы Ланы относительно того, как нужно завоёвывать мужчину. Пожалуй, придётся провести небольшой инструктаж перед отъездом. Всё те же приёмы обязательно сработают.
 
— Мне главное, чтобы ты была счастлива, — Морозов продолжал смотреть на неё, чуть прищурившись. — И я не успокоюсь, пока этого не случится!