Позвольте представиться!
– А управителя примете?
– Этого нельзя сделать.
– Да отчего нельзя-то?
– Он язвительный.
Ничего больше от рахмановских мужиков не добились, и пошло уголовное дело, по которому трое сослано в каторжную работу, человек двенадцать в арестантские роты, остальные же высечены при земском суде и водворены на жительстве.
Александр Бессонов. Письмо Деду Морозу
Привет, дорогой Дедушка Мороз. Меня зовут Полина, я учусь во втором классе. Начну сразу по делу: милый дедушка, подари маме новый сотовый телефон, чтобы она мне подарила свой старый. Теперь объясню почему. Все просто – моя мама самая красивая! Ну и классная… Как и ты! Если не хватит денег, прикладываю все мои накопления – пятьсот пятьдесят рублей.
Если подаришь спортивный костюм, то я разозлюсь и напишу президенту Дедов Морозов, он тебя оштрафует или лишит премии. Я бы на твоем месте подумала, попереживала бы. А почему у тебя в прошлый раз были папины ботинки?
Уже почти год мы с мамой живем вдвоем. Как говорит мама: «Папе надо какое-то время пожить одному». Уже год! Нам так-то нормально вдвоем, но иногда мама смотрит в окно часами, а потом плачет. На выходных меня в съемную квартиру берет папа. Он очень добрый и хороший. Подари ему что-то мужское, например молоток. Он тоже вначале радуется, играет со мной, а потом замолкает и тоже в окно начинает смотреть и вздыхать. Чего они там увидели?! Человека-паука, Киркорова – что?
А что самое интересное, как только я возвращаюсь к ним обратно – каждый расспрашивает, как живет другой. Алё, они что, не могут друг у друга спросить? Я, конечно, многое от себя добавляю. Например, что мама научилась летать. Невысоко, правда, десять сантиметров от пола пока, но это помогает ей меня контролировать с уборкой этой тупой. Только кофту на пол брошу – она тут как тут.
Маме я рассказываю, что папа стал бессмертным. Может ножи глотать и волосы на себе поджигать, когда нет денег на парикмахерскую. Они оба ржут, потом обнимают меня. Я, конечно, понимаю, что они сильно поссорились, не разговаривают, но не год же… Я вот максимум пару часов могу выдержать.
Дедушка Мороз, будь человеком, плиз, или кто ты там… Я фильм смотрела, что в Новый год старые обиды остаются позади. Мне ничего не надо. Ну помири ты этих непутевых! Ребенок я, а ведут себя по-детски – они. Пап, она же, блин, любит тебя…
Перелом
Эта невероятная и очень романтичная история произошла с моим партнером по бизнесу из другого города. Дальше с его слов.
– Ох, и давно это было, но по ощущениям – как вчера. Весна. Обмывали диплом. Гудели всей общагой. Ну подумай сам, верные друзья завтра разлетятся кто куда. А потом будем видеться только на свадьбах, юбилеях и… Все всё понимали. Набрались быстро и сильно. Пошли в лес бороться.
Была у нас такая традиция по этому делу. Со стороны напоминало кучу малу. Но ужасно весело. Так вот, в этот раз мне не очень повезло, я оказался внизу. Что-то в ноге хрустнуло… И у компании новое развлечение – спасти раненого друга.
Мои верные братья буквально на руках принесли меня в травму. Видок был у меня еще тот: грязный, пьяный и счастливый. Правая нога, помню, ужасно болела.
Сделали рентген. Перелом. Врач поручил медсестре наложить гипс. И тут появилась она… Вот ты знаешь, в кабинет зашел ангел. Совершенно неземное создание. Я таких красивых девчонок никогда не видел. Она мне очень понравилась. Молоденькая такая, видимо на практике. Готовится гипс мне накладывать. Ручки дрожат. Ну, думаю, я у нее первый. Понимаю, что это мой шанс:
– Девушка, вашей маме зять не нужен?
Она на меня посмотрела с таким презрением, что мне захотелось провалиться сквозь землю. Но решил не сдаваться.
– Вы не смотрите, что я пьяный. Просто диплом, все дела. Я так-то не пью.
Она посмотрела еще жестче, но меня было не остановить.
– Вы не смотрите, что я грязный…
Она стала накладывать на ногу гипс и ответила:
– Просто диплом. Так-то вы в чистом ходите.
– Да нет, я…
– Помолчите, больной. Мне некогда ваши пьяные бредни слушать.
Я замолчал и в конце ответил:
– Мы с вами скоро обязательно встретимся.
– Да вы оптимист, я посмотрю. Ну-ну, помечтайте.
* * *Дальше со слов жены моего партнера по бизнесу из другого города.
– Конец моей первой смены в травме. Сил нет. Ноги еле передвигаю. Глаз дергается.
Насмотрелась такого… Врач говорит, там еще по «скорой» одного привезли. С ним разберись – и домой.
Захожу, а там опять этот выпускник сидит. Но уже в костюме, с цветами. Красивый такой. Говорит:
– Можно вас пригласить на свидание?
Ну а я злая и сразу ему:
– Ага, прям разбежалась с кем попало по свиданиям ходить. Вас зачем опять по «скорой» привезли?
– Я же сказал, что мы еще увидимся.
– Не поняла.
– Вы мне не ту ногу загипсовали! Левую.
– А почему вы мне сразу не сказали?! Шесть часов прошло!
– Трезвел.
Признание
Недавно мне в личку написала моя бывшая одноклассница. Она – учительница, преподает русский язык и литературу в старших классах. Мы с ней всегда в школе ладили, несмотря на стереотипы: она была отличница, а я… Ну, мягко скажем, не отличником.
– Выручай, помогай, нужна твоя помощь!
– Конечно, что случилось?
– Ты же современный писатель!
– Ну как тебе сказать. Мне кажется…
– Не перебивай! Для меня ты – современный писатель. Можно я дам задание своим ученикам – написать сочинение по твоим рассказам?
Меня охватило чувство невероятной гордости! Это мне говорит человек, у которого я списывал в школе! Я держу паузу, чтобы не выдать себя, и пишу:
– Конечно, Настя, я не против. Мне очень приятно.
Проходит какое-то время. Она присылает примеры сочинений и говорит:
– Понимаешь, в твоих рассказах есть одна очень важная для меня деталь…
Ну, думаю, доброта, там, юмор или мощные диалоги…
– Какая?
– Главное – в Интернете нет сочинений по твоим рассказам. Ученики нигде списать не смогут!
Мигом отрезвев от пригрезившийся славы, понял, что быть современным автором очень сложно. И тут же ответил:
– Тогда я – идеальный автор для школы… Пока.
Основная номинация
Ольга Цветкова. Последние дети Земли
Я думал, что прибью их всех. И Колено, и Джефа, и Тихого, и особенно Крота с Алисой. Это они заставили Хани, совершенно точно – они. Выбрали момент, когда я не смог прийти на игру, и… Хани сама никогда не согласилась бы, она до одури боялась оставаться одна в Брошенках. Нам всем там было не по себе: хрусткое гудение светящихся полос вдоль серых стен, мертвые взгляды сломанных камер и черные провалы мониторов, лабиринты серверов и все это непонятное оборудование со щупальцами-трубками… Ну и призраки, конечно.
Из-за них-то Хани и не терпела игру, особенно когда ей выпадало быть «оставленной». На самом деле ничего страшного: тебя заводят в Брошенки с завязанными глазами и оставляют, а ты снимаешь повязку и ищешь дорогу назад в убежище. Не особенно приятно лазить там в одиночку, но Брошенки на то и Брошенки, что никого в них нет уже очень и очень давно. А призраки… Призраки просто бродят, мы уже почти привыкли. Все, кроме Хани. Она клялась, что слышит их шепот прямо у себя в голове, а остальные крутили пальцем у виска. Только мне приходилось верить, ведь мы с Хани лучшие друзья. Раньше я всегда оставался за нее, и в этот раз остался бы, но меня не оказалось рядом. И вот теперь она не вернулась.
– Знали же, что ей нельзя! Совсем дебилы?
Все смотрели на меня так, будто дебилом-то как раз был я.
Или сумасшедшим, ведь я чуть не впервые поднял на них голос. Не то чтобы я был такой же затюканный, как Джеф, но обычно умел находить доводы, а не просто орать.