Семена Зла (СИ)

— Когда я вобью в досточтимого барона немного милосердия, вы позволите мне и варвару беспрепятственно покинуть ваши земли. — выдвинул я встречное условие.
— Приемлемо. Приступайте. — властно кивнул король.
Солдаты подхватили варвара и сдвинулись к колоннам, образуя в центре зала широкий круг. В глазах гиганта на мгновение мне почудилась искра любопытства. А затем Орт достал свой огромный двуручный клинок и, не говоря ни слова, пошёл на меня.
От первого удара я уклонился. Второй — принял вскользь на щит. А вот мои быстрые контратаки бессильно скользнули по латам противника — он даже не стал блокировать их, и мне с трудом удалось уйти от очередного размашистого взмаха двуручника. Ещё спустя несколько обменов ударами стало понятно, что противник заметно превосходит меня в мастерстве — он умело двигался, не давая мне ударить в сочленения или уязвимые места лат, и ни на секунду не превращал свой техничный, идеально выверенный град ударов, уходить от которого мне удавалось с трудом — подозреваю, если бы не модификации ордена, проклятый северянин действительно выбил из меня пыль без шансов. Пусть я был быстрее и сильнее — этого едва хватало, чтобы не дать ему достать меня, а с превосходством и в мастерстве, и в снаряжении латник гонял меня по залу. Решение пришло быстро — ни один живой человек не сможет вечно размахивать огромным мечом будучи в латах, поэтому я стал выжидать, уйдя в глухую оборону, кружа вокруг соперника. Барон усилил натиск, но тщетно — я уклонился, принимал щитом скользящие удары, полностью сосредоточившись на обороне. Так продолжалось некоторое время — однако вскоре мой противник всё же начал уставать. В прорезях шлема мелькнуло удивление — более опытный воин никак не мог ожидать от молодого и безусого рыцаря такой прыти.
Стоило бы ожидать от противника криков в стиле “хватит бегать, сражайся трус!” однако барон к моему лёгкому удивлению не произнёс за весь наш бой ни слова. Медленно и методично он чередовал техники и стили боя, и лишь хриплое дыхание со временем начало выдавать его усталость. А затем он начал делать ошибки: движения стали замедляться, и вот уже было видно брешь в его движениях, и я немедленно использовал ситуацию и попытался ударить в сочленение доспехов между рукой и туловищем. 
Это было большой ошибкой — как будто и не было напряжённого боя, якобы уставший соперник мгновенно сместил корпус подставляя пластину доспеха под удар и молниеносно контратаковал меня длинным выпадом. Проявив невероятные чудеса ловкости мне удалось уклониться в последний момент, и вместо разрубленного лица я отделался лёгким порезом на щеке. Такой удар определённо был бы смертельным — и это было очень неожиданно. Из всех моих наставников фехтования ни один никогда не показывал удар, который был бы смертельным для человека. Строго наоборот — школа фехтования против людей была в целом заточена на то, чтобы максимум тяжело ранить противника, направляя удары мимо жизненно важных органов. Убивать учили только различных зверей…
Было ли это случайностью, следствием того, что северяне привыкли сражаться с варварами насмерть или ненависть сэра Орта была столь сильна, что пробилась сквозь правило не убий — мне так и не удалось узнать. Но больше такой ошибки я не совершал: танцуя вокруг соперника, я начал наносить удары щитом по его мечу, стремясь отсушить ему руки. А барон всё уставал и уставал, и вскоре уже ему пришлось перейти в оборону, и здесь уже можно было развернуться на полною: пусть прорубить мечом латы практически невозможно, но направленный колющий удар в сочленения доспеха всё же может пустить латнику кровь — и вскоре так и случилось. Плечо, рука, бедро — вскоре мой враг обзавёлся неглубокими, но болезненными и кровоточащими ранами в сочленениях доспеха, и слабел прямо на глазах. Вяло размахивая мечом, он ещё пытался что-то сделать, однако уже было ясно, что победа за мной. Улучив момент, я ударил рыцаря щитом по голове, с грохотом опрокидывая его на пол, с которого новоявленный барон уже не поднялся.
 
Я медленно коснулся рукой пореза на щеке. Похоже, от него останется шрам. Однако обучение в монастыре стоило потраченного времени — возможно, именно сегодня оно спасло мне жизнь.
  
Глава 28
 
В воцарившейся звенящей, клубящейся тишине после падения Орта я подошёл к варвару и разрезал верёвки, а затем — серией тяжёлых ударов мечом разрубил деревянные колодки и протянул ему руку. Несколько тягучих мгновений мы смотрели друг другу в глаза — варвар, что готов был покончить с собой, дабы не выдать секретов своего народа, и человек, что сражался насмерть за его свободу. Он взял мою руку.
Под молчание короля и его солдат мы покинули зал, а за ним — и королевский замок: никто не посмел останавливать нас. Руки и ноги варвара всё ещё были скованы кандалами, однако разрубить их мечом было можно и не пытаться. Пришлось потратить некоторое время на то, чтобы найти в городе кузнеца - и здесь начинались проблемы. Первые два кузнеца, что жили в городе, напрочь отказались расковывать варвара. На третий раз я решил поступить хитрее — попросил спутника остаться за углом, и купил у кузнеца зубило самостоятельно. Задерживаться в столице мне совсем не хотелось, а найти здесь одежду или обувь для гиганта не стоило мечтать с таким отношением, однако на дополнительный запас провианта и ткань было решено приобрести. Не стоило забывать и о письмах семье герцога — не задерживаясь, я передал их слуге, не заходя в их дом.
На выходе из города нас догнал посыльный короля.
— Его Величество Эдриан Дюранд I передаёт вам сообщение — вестовой, одетый в королевские цвета Арса: серебристый и стальной, казалось, старался выглядеть важнее, чем он есть.
— И что же хочет передать нам король? — равнодушно осведомился я.
— Его ВЕЛИЧЕСТВО Эдриан Дюранд I повелевает, чтобы после того, как вы покинете границы славного королевства Арс, вы больше никогда не появлялись в его границах. Иначе вы будете арестованы и судимы за убийство Барона Орта. — выделил титулование короля голосом вестник.
— Учту — коротко ответил я до крайности возмущённому таким пренебрежением вестнику и потерял к нему всякий интерес.
Орт скончался? Безусловно, это были хорошие новости. Вероятно, удар в плечо или бедро задел артерию и тот истёк кровью. Одним врагом меньше — настроение, испорченное общениям с кузнецами и пропущенным на дуэли ударом, немедленно скакнуло вверх. 
Немного отойдя от города, мы с варваром воспользовались зубилом по назначению и сняли с него кандалы. Варвар медленно растёр синяки на ногах и руках, и встал с земли, выпрямившись надо мной во весь рост. Я обладал средним для человек ростом — метр восемьдесят, навскидку. Однако этому великану мои глаза упирались в пупок.
— Поговорим? — спокойно спросил его, смотря снизу вверх.
 
— Не боишься, что я просто раздавлю тебя, маленький рыцарь? — с лёгкой усмешкой спросил гигант.
— Если бы боялся, не стал бы расковывать тебя, верно?
Угрозы от великана я не чувствовал совершенно. Вероятно, он и правда был способен раздавить меня просто за счёт габаритов, однако мне уже было точно известно, что он разумен, не подвержен бессмысленной агрессии — иначе не шёл бы так смирно в королевский дворец — и способен членораздельно говорить на языке людей. Несколько минут варвар молчал, смотря на север и что-то обдумывая. Мешать ему не стоило.