"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

10
Как будто дождавшись именно этого момента, оркестр перестал играть странную смесь свинга и танца живота и грянул нечто очень громкое и очень торжественное. Внутри этой пафосной звуковой атаки, однако, угадывалась простая и, вероятно, довольно старая мелодия, которую так до конца и не задушили симфонические украшательства. Настя пригубила шампанское и хотела спросить Смайли про здоровье Филиппа Петровича, но у Смайли вдруг сделалось какое-то странное лицо, а потом Настя заметила, что и прочие гости притихли и как по команде повернулись в одну и ту же сторону.
Король Утер Андерсон медленно шел по залу в сопровождении нескольких бородачей в черном, сдержанно улыбаясь и приветственно помахивая рукой. Гости почтительно расступались, кто-то кланялся королю, кто-то даже опускался на одно колено, кто-то стоял как ни в чем не бывало. Бородачи, как объяснил Смайли, были швейцарскими гвардейцами и охраняли Андерсонов уже лет двести. Судя по тому, что несколько из гвардейцев были темнокожими, швейцарского в этом подразделении осталось немного, может быть, одно название да топоры, которые они держали в руках.
Вслед за королем шагала не нуждавшаяся в представлении Амбер Андерсон (которая, на Настин пристрастный взгляд, выглядела как ходячая реклама ювелирных изделий). Потом шла какая-то пожилая женщина, разговаривавшая с подоспевшим Фишером; а за ними шел опирающийся на трость ОЧЕНЬ высокий человек с непропорционально маленькой головой, и эта непропорциональность вкупе с его довольно странной походкой навели Настю на простой вывод – это был вовсе не человек. Гигант сонно посматривал вокруг, словно был смертельно утомлен малопонятной суетой где-то там, внизу.
– Это Хейндрик Шесть Камней, – сказал Смайли. – Старейшина гигантов. Вот он точно видел драконов. Но вряд ли он станет тебе про них рассказывать.
– Да уж, – сказала Настя. Хейндрик в этом зале и сам выглядел как дракон – то есть как некто совершенно особенный, словно вырванный из иной эпохи, из другого мира.
Смайли замолк, наверное потому, что не мог разглядеть в окружении короля никого, кроме Хейндрика, а Настя завороженно наблюдала за прочими необычными фигурами. За гигантом Хейндриком шла пара леших, одетых, видимо, в традиционные одежды, нечто зеленое и длинное. Далее следовал оборотень в черном с золотом халате, и тут произошло нечто неожиданное, по крайней мере для Насти: по мере того как оборотень продвигался по залу, в толпе гостей происходили внезапные превращения, и те, кто еще минуту назад имел обычный людской облик, вдруг покрывались шерстью, оскаливали клыкастые пасти и вскидывали вверх когтистые лапы в традиционном приветствии Двуликих. Надо сказать, это впечатляло.
Почти то же самое произошло с Детьми ночи при появлении высокого красноглазого альбиноса в черном сюртуке, только вампиры не стали махать руками и демонстрировать зубы, они молча просочились сквозь толпу гостей и внезапно выстроились двойной шеренгой на пути альбиноса, почтительно склонив головы.
– Bay, – сказала Настя.
Смайли зевнул:
– Это Протокол, от него никуда… – Тут он замолчал, прислушиваясь к голосу в наушнике. – А теперь твой выход, Анастасия.
– Что еще за выход?! – немедленно запаниковала она. – Куда, зачем?
– Король Утер подойдет к тебе и поздоровается. Если кто-то из Большого Совета захочет последовать его примеру, будь спокойна и вежлива.
– А нельзя было заранее предупредить?! Я бы подготовилась…
– Это же не прыжки с парашютом, это просто обмен улыбками и прикосновениями. К чему тут готовиться? К тому же выражение ужаса, которое сейчас появилось на твоем лице, вполне можно принять за аристократическую бледность…
Но это было именно выражение ужаса, Настя только не знала, чего ужасаться больше – нависающей над ней, как подъемный кран, фигуры Хейндрика или клыкастой пасти посла Двуликих.
Зато с ненавистью все было четко и понятно – более всего на свете Настя сейчас ненавидела Амбер Андерсон, которая стояла за спиной короля Утера и мило улыбалась. Наверное, ей нравилось видеть на Настином лице ужас.
 
Это и был один из немногих эпизодов бала, когда я попала в объектив камеры. И это был мой единственный крупный план. Что ж, признаюсь честно – с такими крупными планами в Голливуде мне ничего не светило. Вот я туда и не поехала. Видеоотчет о королевском бале попал в мои руки уже в сильно отредактированном виде, поэтому ужасных гримас в моем исполнении там почти не осталось. Судя по этим записям, я приветствовала короля Утера и его приятелей по Большому Совету широкой улыбкой и хлопаньем ресниц, что свидетельствовало о моей опасной близости к обмороку. Ну да обошлось. Гигант Хейндрик меня вообще не заметил, посол Двуликих не стал со мной здороваться, лешие просто качнули головой, и только посол Подземных стражей, то бишь гномов, развернул церемонию по полной программе – с рукопожатием, похлопыванием по спине и даже поцелуем. Рукопожатие было более-менее ничего, с похлопыванием вышло не так удачно, потому что похлопали меня не по спине, а немного ниже – может, из-за разницы в росте, а может, потому, что посол был грязным извращенцем. Под видом поцелуя мне по лицу повозили жесткой мочалкой, которая при просмотре видеозаписи оказалась бородой посла. Впрочем, мне было уже абсолютно наплевать, что со щеки теперь неделю не сойдет красное пятно, я только ждала, когда же все это наконец закончится.
Когда же это закончилось, я чувствовала себя так, как будто по мне только что промаршировал взвод солдат. Не то чтобы у меня в жизни был такой опыт, да я даже и не знаю, сколько это точно – взвод солдат, поэтому, может, лучше сказать – как будто по мне проехал асфальтовый каток (хотя каток по мне тоже не ездил, но я его хотя бы видела)…
Короче говоря, я была довольна, что осталась жива и здорова. Хотя кто может оценить степень моей моральной травмы и всего такого прочего…
Фишер в своих поблескивающих очках подошел ко мне уже после того, как вся эта пестрая компания, напоминающая передвижной цирк, отвалила. Он тихо сказал:
– И еще раз. Добро пожаловать в Лионею.
Пауза.
– Анастасия.
Сочтена, взвешена и так далее.
11
Как только одна напасть торжественным шагом прошествовала мимо, вторая напасть подкралась сзади и сочувственно прошептала:
– Пытаешься вписаться в светскую жизнь?
– Пытаюсь не облить тебя шампанским, – ответила Настя. Смайли унесло вместе с приливом, именуемым королевской свитой, так что теперь Настя осталась сама по себе, и поскольку больше она здесь никого не знала, то вариантов оставалось немного: либо постепенно напиваться, либо пикироваться с Амбер. Либо и то и другое одновременно.
– Знакомые серьги, – широко улыбаясь, сообщила Амбер. – Кажется, я носила их в позапрошлом году. Теперь они в аренде у тебя…
– В школе принцесс разве не учат, что неприлично заглядывать другим людям в уши?
– …но я не в обиде. Абсолютно. Я понимаю, что тебе нечего было надеть сегодня. Ведь собственные драгоценности ты не смогла захватить, да?
Настя вздохнула. И ведь в руках этих людей – судьбы мира. Что за…
– Нет, не смогла, – сказала она. – У меня вообще практически нет драгоценностей. Пара серебряных колечек, еще какая-то мелочь. Ты это хотела услышать? Услышала? Все, вали отсюда.
– Как грубо, – с удовольствием произнесла Амбер.
– А кто тебе сказал, что я девочка-припевочка с пятеркой по вежливости? Я могу быть… – Настя взяла второй фужер. – Я могу быть прямо как ты, такой же навязчивой и самоуверенной стервой. Только мне для этого нужно еще немного выпить.
– Но ты на верном пути…
– О, да, я-то на верном пути, а вот вы все… Понятия не имею, куда вы направляетесь. И понятия не имею, за кого вы меня принимаете…