"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
А наверху греки, озадаченные резким ускорением их судна, свесившись с бортов, вяло плевали в волнующееся море.
— Вот же сатирово племя! — выругался Посейдон, опуская перископ. — Только дай им волю, так они тебе сразу же на голову сядут.
— Эх, — мечтательно произнес Дионис, — а как, наверное, хорошо сейчас дома! Зевс опять научно-исследовательской кафедрой в Институте инопланетных цивилизаций заведует. Лекции по божественному культу на недоразвитых планетах читает. Благодать!
— Да, — согласился Посейдон, — вот вернусь, закончу диссертацию, на Амфитрите, как и обещал, женюсь, а то брак, зарегистрированный на другой планете, у нас дома недействителен.
— А на какую тему у тебя диссертация? — спросил бог вина. — Напомни.
— Да по магнитным полям во Вселенной, — махнул рукой Посейдон. — Я ведь в эту экспедицию случайно попал. Не знал, что глобальный проект намечается по поступательному привнесению местным жителям благ цивилизации.
— Ох и натворил Зевсик дел, — хмыкнул Дионис, сладко потягиваясь на привинченном к железному полу стуле. — Как бы его ученой степени дома не лишили. Проект, можно сказать, весь завалил. Развитие инопланетной цивилизации под угрозу поставил.
— Не думаю, что ему за это втык будет, — покачал головой Посейдон. — Во-первых, проект был развернут по его личной инициативе. Во-вторых, на его средства, а в-третьих, срок пребывания нашей группы здесь уже давно истек. Так что за Зевса не беспокойся, примут его дома с распростертыми объятиями.
И боги грустно задумались, вспоминая родную планету…
А корабль Одиссея, с силой рассекавший морскую воду, влекомый мощной подводной лодкой, уже приближался к мифическим берегам страны киммерийцев, не обозначенной ни на одной греческой карте и считавшейся пьяной выдумкой изобретательных историков вроде пресловутого летописца Троянской войны Софоклюса. К слову сказать, Софоклюс так же, как и многие греческие герои, затерялся где-то на знаменитом острове Лесбос. Но это так. К слову.
Туман стоял у берегов Киммерии такой, будто кто-то из всемогущих богов разлил в воздухе молоко и приказал этому молоку: “Замри!”.
Да и холодно было, словно в пустотах Тартара. В общем, очень неприятное место.
— На берег сходим все вместе, — сообщил друзьям Одиссей. — Вы подождете меня у входа в царство Аида. Я спущусь туда один.
— А может быть, мы подождем тебя на корабле? — с робкой надеждой спросил Парис.
Но Аякс показал ему здоровый кулак, и юноша сразу затих.
Внезапно налетел северный ветер Борей, частично разогнав молочный туман. Теперь греки могли лицезреть берег несуществующей, по мнению многих, земли во всей его красе. Хотя какая, к сатиру, краса? Сплошная унылая, усеянная серыми валунами равнина. Кустики какие-то чахоточные да остроконечные скалы вдалеке.
— Край земли, — с умным видом изрек Агамемнон. — Вон за тем горным хребтом живут люди с песьими головами, эти… как их… псинофаги.
— Не-а… — протянул Гектор, — никто там не живет. За тем горным хребтом находится голова черепахи, которая землю несет.
“Вот же болваны”, — с раздражением подумал Одиссей, а вслух произнес:
— К чему весь этот базар, мужики? Мы ведь все равно туда не пойдем. Наша цель находится намного ближе.
Но Аякс уже сочинил очередной опус:
— Сошли герои тут на берег, — нараспев продекламировал он. — Сошли, глазам своим не верят. Их встречают псинофаги, реют праздничные флаги.
— Нет, — простонал Одиссей, — это просто невыносимо!
Спускать лодку на воду в этот раз не пришлось, поскольку особо опасных рифов, способных повредить корпус корабля, вокруг не наблюдалось. Да и мелкой воду у берега назвать было трудно. Судно спокойно остановилось у самой суши.
— Надеюсь, здесь не бывает отливов, — сказал царь Итаки, спрыгивая с корабля на землю вместе с верными друзьями.
— Судя по всему, нам к тем скалам. — Гектор указал копьем куда-то вправо. — Мне кажется, я вижу там водопад.
Герои присмотрелись.
— Действительно, — согласился с троянцем Одиссей. — В таком случае, вперед.
— Ну почему я не отправился с отцом в Египет? — недовольно промямлил Парис, плетясь в хвосте маленькой процессии путешественников с топором на плече.
— Что ты сказал? — резко повернулся к юноше Аякс.
— Я сказал, какой великолепный пейзаж. — Парис мило улыбнулся герою. — Наверняка на нас здесь кто-нибудь нападет.
— Хорошо бы, — кивнул Аякс. — Главное, чтобы их было побольше, а после боя я напишу поэму “Пятеро против Фив”.
— А почему против Фив? — удивился Гектор.
— Да так намного красивее звучит, — ответил Аякс, — и героичнее. “Пятеро против Фив”, по-моему, неплохо.
— Эй, секундочку, а это еще кто там скачет? — удивленно воскликнул Агамемнон, указывая рукой на горизонт.
— Кентавр, — предположил Гектор, перекладывая копье в правую руку. — Сейчас мы его.
— Да погодите! — прикрикнул на греков Одиссей. — Это не кентавр.
И действительно, через пять минут стало ясно, что по равнине скачет какой-то непонятный мужик, оседлавший, словно амазонка, здорового коня.
Вот всадник приблизился к героям на расстояние броска копья.
Вид он имел просто зверский.
Накачанные, буквально рвущие кожу мышцы были переплетены вздувшимися венами. Своей фигурой незнакомец мог потягаться с самим Аяксом, а то и с Гераклом.
Облачен этот зверообразный тип был в кожаную безрукавку, украшенную волчьими хвостами, медный шлем и кожаные штаны…
Кожаные штаны?!! Греки переглянулись.
— Это наверняка какой-то местный гей, — тихо произнес Парис. — Одиссей, будь осторожен.
— А… — закричал незнакомец, подъехав еще ближе. — Носатые…
— Как ты сказал? — взревел Аякс, яростно потрясая шипастой дубиной.
— Ты кто такой? — невозмутимо спросил Одиссей, скрестив на груди руки.
— Я? — Незнакомец громоподобно расхохотался. — Я Конан Киммериец, разрази вас всех Кром.
— Кто? — Греки снова переглянулись. — Конунг Киммериец? Викинг, что ли?
— Я варвар, — гневно ответил Конан, вытаскивая из ножен чудовищной длины меч, вызвавший у Аякса приступ гомерического смеха.
— Что тебе нужно? — мрачно осведомился Одиссей.
— Ваши корабли и ваши женщины, — прорычал варвар, взмахивая над головой мечом.
— Ну, корабль у нас только один, — криво усмехнулся царь Итаки, — что же до женщин… если тебе подойдет Агамемнон, то можешь его забирать.
— Что?!! — заорал Агамемнон. — Надеюсь, это шутка?
— Варвар, — торжественно сказал Аякс, — ты сейчас сдохнешь.
Да, именно так.
Этого момента Аякс ждал с самого начала их путешествия.
С кем-нибудь подраться, о… что может быть лучше? Ну разве что большая чаша вина, или нет, лучше две большие чаши вина, или целая амфора, и желательно, чтобы вино было троянского разлива.
Подняв своего коня на дыбы, варвар бросился на грека. Аякс со свистом взмахнул дубиной, и… Конан отлетел в одну сторону, конь в другую.
Удар разъяренного Аякса был страшен. Он припас его, конечно, для Троянской войны, но там, к сожалению, использовать свой фирменный удар герою не довелось. Теперь он с лихвой наверстал упущенное, обрушив дубину на противника с удвоенной силой.
— Эх, хорошо! — Могучий герой радостно тряхнул головой, отбрасывая сломанную дубину в сторону. — Эх, как я его, вы видели?
Подобрав с земли челюсти, греки поспешно вставили их на место.
— Ну… — хотел было сказать нечто весьма соответствующее моменту Гектор, но нужных слов не нашел.
— То-то, — довольно кивнул Аякс. — Я лучший.
Приглушенно постанывая в нескольких стадиях от греков, воинственный киммериец медленно приходил в себя. Коня же его и вовсе не было видно. Похоже, улетела лошадка за край земли.
— Вот псинофаги обрадуются, — сказал Парис, — когда им на голову свежая конина свалится.
— Пир закатят, — мечтательно добавил Агамемнон, — но сперва помолятся за щедрый дар своему богу, этому… как его… Псевсу.
Еще немного потрепавшись, герои двинулись вслед за решительно устремившимся к водопаду Одиссеем.