"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Везет тебе на серых кошек, – наконец, когда пауза затянулась прямо-таки до неприличия, проговорила Тимьяна. – Но у этой, как я посмотрю, в последнее время растут коготки и чешутся зубки. Индигерда была спокойней и миролюбивей.
– Наверное, потому и погибла? – с вызовом спросила я, испытывая непонятное желание развернуться и убежать куда подальше, лишь бы скрыться от этих бесцветных изучающих глаз.
– Тефна! – с болезненной гримасой выдохнул Шерьян. – Пожалуйста, не надо.
– Почему «не надо»? – Я с нарочитым удивлением вскинула брови. – Разве я не права?
Шерьян печально хмыкнул и отвернулся, горестно понурив плечи. Я в свою очередь злорадно усмехнулась. Что, получил, дорогой? Правда глаза колет?
– Н-да, а дело-то куда серьезнее, чем мне сначала показалось, – прошептала Тимьяна, словно ни к кому не обращаясь. – Девочка сильно мучается. И единственным спасением от собственных страстей видит причинение боли другим.
– Вы про меня? – Я презрительно фыркнула. – Ошибаетесь. Я лишь констатирую факт. Шерьян убил свою жену. Это давным-давно не секрет и не тайна. Так почему он не желает лишний раз признать свою вину?
Тимьяна неодобрительно качнула головой и хотела было что-то сказать, но ее прервал негромкий голос храмовника.
– Потому что я признал ее давным-давно, – хрипло сказал он и устало посмотрел на меня. – И я говорил тебе об этом не раз. Однако ты предпочитаешь вновь и вновь возвращаться к моему преступлению. Не скрою – жуткому, отвратительному преступлению, о котором я страшно сожалею. Поверь, я бы сделал все, лишь бы исправить былую ошибку.
– Все? – Я издала неприятный смешок. – Тебе не надо напрягаться, муж мой. Принеси меня в жертву – и твоя ошибка окажется в прошлом. Сотрется, словно ее никогда и не было. Сущий пустяк, не так ли?
Шерьян вздрогнул, словно я наотмашь ударила его. Побледнел, вскинулся что-то возразить, но бессильно поник, не найдя должных слов.
– Довольно, – мягко произнесла Тимьяна, когда я открыла рот, чтобы добавить еще парочку нелицеприятных замечаний в адрес супруга. – Тефна, ты сказала достаточно. Подойти ко мне.
– Еще чего, – огрызнулась я, на всякий случай делая шаг назад. Остановилась на достаточном, как мне показалось, расстоянии от друиды и с вызовом вздернула подбородок, глядя прямо на нее. – Чтобы ты меня заколдовала? Обратила кустом или травинкой какой? Потому, верно, Шерьян и позвал меня в сад. Где легче всего спрятать дерево, как не в лесу? Я всегда рядом буду, но сбежать не смогу. Только и останется терпеливо дожидаться, когда милосердный супруг избавит меня от заклятия, после чего пасть к его ногам и горячо возблагодарить за спасение. Так?
– Тефна, что с тобой? – печально поинтересовался Шерьян, и глубокая вертикальная морщина пролегла между его бровями. – Какая муха тебя укусила? Я никогда в жизни не причиню тебе вреда и не позволю кому-либо обидеть тебя. Я ведь поклялся в этом. Или ты мне не веришь?
– А Индигерде ты, случаем, не клялся в том же самом? – Я понимала, что мне не стоит продолжать разговор, но остановиться не могла. Словно кто-то другой вкладывал в мои уста злые и необдуманные слова. – Да и потом, к чему тебе причинять мне вред? Ты и так в свое время сделал достаточно.
Я поняла, что зашла слишком далеко, когда последняя фраза уже неотвратимо слетела с губ. Закашлялась, пытаясь хоть так спасти положение, но было уже поздно.
– О чем ты? – тихо спросил Шерьян, и в его глазах мелькнула тень догадки. – Что я сделал в свое время?
Я молчала, кляня себя за несдержанность. Ну кто меня за язык тянул, спрашивается! Неужели из-за эмоциональности, граничащей с истеричностью, я потеряю преимущество во внезапности нападения? Хотя, может, оно и к лучшему. Все равно подобную тайну я бы не смогла в себе долго носить. Она жгла меня изнутри, выпивала все соки. Каждый миг приходилось сдерживаться, чтобы не бросить в лицо Шерьяну страшную правду. Все равно я вряд ли сумею хладнокровно убить его со спины. Пусть знает, к чему готовиться.
«Не стоит, – испуганно шепнул внутренний голос. – Тефна, не стоит. Ты еще не готова к открытому противостоянию».
 
Я едва заметно качнула головой. Наверное, я никогда и не буду к этому готова. Так чего ждать?
Я совсем было собралась рассказать правду, даже открыла рот, но меня прервала друида. Одним плавным движением даже не подошла – перетекла ко мне, обвила за шею ласковыми руками, и я утонула в ее мягком всепрощающем взгляде.
– Бедная девочка, – прошептала она, и мои ноздри пощекотал аромат клейких листочков, просыпающихся после долгой зимы, запах зацветающей черемухи и зеленых неспелых яблок. Почему-то захотелось заплакать. Разрыдаться навзрыд, прижаться к друиде изо всех сил, будто она – моя последняя надежда на спасение. Я несмело шмыгнула носом, и Тимьяна с готовностью привлекла меня еще ближе.
– Бедная девочка, – повторила она, и перед мысленным взором встал весенний зацветающий луг, а об щеку ласково потерся теплый ветер. – Как же ты устала.
Перед глазами все расплывалось от непрошеных слез. Я моргнула, пытаясь смахнуть их, но ничего не получилось. Лишь первая капелька лениво сползла по щеке.
– Я все понимаю. – Тимьяна легонько поцеловала меня в лоб. Затем в уголки глаз. – Все вижу. Все чувствую. Твою боль, твою ярость, твое отчаяние. Зачем ты так мучаешься? Ты же убиваешь себя. Убиваешь медленно и мучительно. Как Шерьян после смерти своей жены.
Я вздрогнула при звуках знакомого имени. Напряглась, пытаясь сбросить мягкие узы непонятной магии, но лишь запуталась в них сильнее. Мир вокруг исчез. Остались лишь я и друида, глядящая на меня с такой затаенной печалью, что любой всплеск ярости умирал, так и не оформившись окончательно.
– Не сопротивляйся, девочка моя. – Тимьяна ласково провела по моей щеке, убирая растрепавшиеся волосы. – Чары друид невозможно сбросить силой. Можно лишь покориться им, испить до дна. Я не пытаюсь сломать тебя или как-то навредить. Всего лишь хочу умерить тот пожар ярости и ненависти, который сжигает твою душу.
Браслет обжег руку, предупреждая об опасности. Но что я могла поделать? Прочнейшая невесомая паутина непонятного колдовства окутывала меня, обманом подобравшись непозволительно близко. Я сама себе напоминала глупую муху, попавшую в западню опытного ядовитого паука. Если будешь дергаться – сделаешь лишь хуже.
– Все верно. – Тимьяна положила пальцы мне на виски, прижалась лбом к моему лбу, словно пытаясь прочитать мои мысли. – Не сопротивляйся, Тефна. Позволь мне помочь тебе. Позволь спасти, как некогда я это сделала для Шерьяна, когда он умирал от раскаяния и ненависти к себе после смерти жены.
И вновь это имя. Это отвратительное сочетание букв, которое рождало во мне слепой беспощадный гнев. Браслет раскаленными тисками сжал запястье, выжимая с губ слабый стон боли и принуждая к действиям.
– Не надо, – не проговорила – прорычала я, безуспешно взывая к звериной стороне своей натуры. – Отойди прочь, ведьма! Я не позволю копаться у меня в мозгах.
– Но я и не собираюсь, – с легкой ноткой укоризны отозвалась Тимьяна. – Просто расслабься. Иначе я причиню боль… Нет, не тебе – себе.
Я напряглась еще сильнее. Какого демона происходит? Что она хочет со мной сделать? Прочитать мысли? Подчинить воле Шерьяна? Превратить в безвольную марионетку?
– Избавить от той пелены ненависти, боли и страха, которая застилает тебе зрение, – чуть слышно прозвучало в ушах.
А в следующий миг Тимьяна поцеловала меня. Горячие и на удивление мягкие губы прижались к моим, но в этом поступке не было ни капли страсти. Лишь бесконечная, всепрощающая любовь и нежность. Словно я превратилась в ребенка, и над моей колыбелью склонилась мать, желая спокойной ночи.
Запах полевого разнотравья на миг стал непереносимым. Закружилась голова, тошнота подступила к горлу. А через секунду я поняла, что по собственной воле не сумею отпустить Тимьяну из своих объятий. Слишком хорошо и спокойно мне было сейчас. Где-то далеко, в другой жизни остались проблемы. Марий с его вечной охотой на меня, предательство Гвория, Шерьян… Нет, о нем я не могу сейчас вспоминать. Иначе разрыдаюсь в полный голос, как плачут дети – навзрыд, отчаянно и беспомощно. Отступники, за что мне это?