"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Обвенчать новобрачных должен был сам бог Дионис, почему-то выпавший в середине дня прямо из низко проплывающей над лесом тучки.
Сцена, последовавшая вслед за этим, была довольно безобразной. Покровитель виноделия потирал поясницу, потрясал над головой кулаком и яростно клял великого Гефеста со всей его сатировой машинерией.
Затем началась сама церемония.
Ее Тесей так и не увидел, ибо в пещеру набилось столько народу, что немного опоздавший на свадьбу отец невесты, дабы попасть вовнутрь, пошел по головам и, неудачно поскользнувшись на блестящей лысине героя Эритрона, чуть не сломал себе ногу. К счастью, обошлось без увечий, хотя Эритрон и пообещал отцу Гиппопотамии страшную и мучительную смерть после окончания пира.
Действительно, было очень обидно за знаменитого героя. С отпечатком рифленой подошвы на макушке, он смотрелся как-то не шибко героически.
Дентос с Тесеем, благоразумно оставшись на свежем воздухе, внезапно встретились с двумя сумасшедшими философами, тоже опоздавшими к празднеству.
В двух ученых мужах юноша с радостью узнал тех самых мыслителей, что некогда вовсю философствовали в Афинах на пиру, устроенном Эгеем в честь знатного гостя Иесета.
Философы Тесея не признали, почему-то упорно называя его царем Крита Миносом. Впрочем, молодой царь не возражал, ну а Дентос… так тот вообще ухохатывался, слушая тот бред, который с совершенно серьезным видом выдавали два светоча греческой науки.
— Да-да! — вещал один из них безумным голосом. — Апория Зенона «Ахиллес и черепаха» имеет огромное значение для современной физики!
— Напомните мне, любезнейший, что это за апория? — мило улыбался философам явно развлекающийся Тесей. — А то мы с моим другом малость запамятовали.
— В ней Зенон доказывает, что некий атлет Ахиллес, несмотря на свои быстрые ноги, никогда не сможет догнать даже медлительную черепаху, если она стартует раньше него!
— А улитку? — ловко ввернул Дентос, сразу поставив этим вопросом двух ученых мужей в философский тупик, — к тому же раненую?
Гиганты мысли растерянно переглянулись.
— Ведь пока атлет пробежит разделяющее их расстояние, — проигнорировав ценное замечание, продолжил один из философов, — черепаха вновь уйдет вперед, Ахиллесу снова придется преодолевать дополнительное расстояние. Поэтому, чтобы догнать черепаху, Ахиллесу потребуется преодолеть бесконечное число отрезков пути, а следовательно, и бесконечно большое время. Но ведь это означает, что он НИКОГДА ее не догонит!
— Я сейчас кого-нибудь укушу! — серьезно предупредил Дентос.
— Спокойно, друг, — произнес улыбающийся Тесей, — я от них и не такое слышал.
— Занимательно, — вмешался второй, доселе молчавший мыслитель, — что когда с теориями Зенона познакомили философа Диогена…
— Который жил в бочке, полной вина? — уточнил юноша.
— Да-да, именно… Так вот, услышав об апориях, Диоген встал с пенька и принялся молча расхаживать взад и вперед, демонстрируя тем самым на практике, что движение таки существует!
— Однако Диоген был достаточно умен, чтобы понять, — дополнил коллегу первый философ, — что хождениями туда-сюда Зенона не смутить… И вот когда один из учеников Диогена был удовлетворен опровержением учителя, ученый принялся бить его палкой по голове, приговаривая, что, мол, не стоит доверять своим чувствам, а надо МЫСЛИТЬ.
— Ну и что стало с этим беднягой? 
— С Диогеном? Философ окончательно спился.
— Да нет, с его учеником?
— Ах, с учеником… Да тронулся маленько после сотрясения мозга. Все время твердил, что он, мол, разумный октаэдр. Потом обзавелся последователями и открыл на острове Аргос собственную философскую школу.
— Вот так оно в жизни и бывает! — веско заметил Дентос — Треснулся головой — и уже философ.
Тут сии витиеватые беседы пришлось прервать, ибо церемония венчания уже закончилась и менее знатные гости были выдворены из пещеры пировать на природе.
— Тесей, Дентос! — прокричал выбежавший на свежий воздух Пирифой. — Где вы бродите? Скорее же занимайте свои места по правую руку от моего трона.
 
Молодой царь Афин и сын правителя Крита с примазавшимися к ним философами гордо проследовали в пещеру, беспрепятственно минуя дежуривших у входа солдат.
— Эй, почтеннейший, а эти дамы с вами? — спросил Дентоса крепкого телосложения воин, уже готовый насмерть сцепиться с двумя огромными амазонками.
— Со мной, — грустно ответил несчастный герой, и воинственных фемин также пропустили.
— Угораздило же тебя жениться! — шепотом посетовал Тесей.
— А сам-то?
— Я — случай особый! Я женился из политических интересов, спасая родину от всеобщего разрушения.
— А я женился, как и Пирифой, — уныло буркнул сын Миноса.
— Это как?
— По пьяни!
Знаменитых героев усадили на самое почетное место.
Ох, и знатный вышел пир, влетевший правителю лапифов в кучу талантов. Описывать все это великолепие на голодный желудок — страшное преступление, потому гастрономические подробности, пожалуй, опустим.
Пирифой, как всегда, был беззаботен и весел. Слева от него сидел румяный бог Дионис, постоянно подливавший в кубок любимцу отличного неразбавленного вина. Гиппопотамия же выглядела так, словно давно и неизлечимо страдала от несварения желудка. Все царящее вокруг веселье проходило мимо нее, и Тесей даже в какой-то момент предположил, что жена Пирифоя попросту спит. Хотя, возможно, у нее случился удар от пережитого счастья и благоверную правителя лапифов полностью парализовало.
Впрочем, Пирифой в любом случае не почувствует разницы. Иначе как Гиппопо владыка Фессалии свою жену не звал, ласково косясь на ее невыразительное, как у насаженной на вертел камбалы, лицо.
Однако в самый разгар праздника случилась одна неприятная оказия и, если бы не громко возмутившиеся Тесей с Дентосом, то на случившееся вряд ли кто обратил внимание.
А произошло следующее: обнаглевшие кентавры решили похитить жену Пирифоя, посчитав ее мертвой и решив, что на пиру творится ужасное глумление над покойной.
В принципе сильно напиваться для этого заблуждения было необязательно, ибо со стороны Гиппопотамия в самом деле выглядела несколько странно. Не подумайте ничего плохого, просто старая дева действительно оказалась слегка оглушена свалившимся на нее счастьем. К тому же несчастная с рождения полагала, что забеременеть можно всего лишь от одного-единственного поцелуя. И вот, когда все сразу же после свадебной церемонии закричали «Горько!», именно это и произошло. Пирифой страстно поцеловал любимую.
С того самого момента Гиппопотамия почувствовала, что она беременна, ее плоский живот начал явно увеличиваться в размерах, оттого новобрачная и впала в странный ступор, не зная, как теперь к этому всему относиться.
— Эй, какого рожна?! — яростно выкрикнули Дентос с Тесеем, резко вскакивая со своих мест.
В этот момент два крупных пегих кентавра схватили жену Пирифоя и (однако, какая наглость!) поволокли ее к выходу из пещеры. Выражение лица Гиппопотамии при этом ничуть не изменилось, да и поза, кстати говоря, тоже.
Дежурившие у выхода солдаты на происходящее никак не отреагировали, приняв выносимую кентаврами женщину за одного из просочившихся на пир философов, который здорово походил на благоверную Пирифоя, хотя, на взгляд Тесея, был значительно симпатичней.
— Дружище, — так обратился к правителю лапифов юноша, тряся играющего в «ладушки» с Дионисом Пирифоя за плечо.
— В чем дело, мой знаменитый друг?
Молодой царь Афин на мгновение утратил дар речи, но на помощь ему пришел благородный Дентос:
— Правитель, в край оборзевшие кентавры только что похитили твою жену!
Пирифой осоловело моргнул, затем недоуменно посмотрел на пустующее рядом место. Жена и впрямь отсутствовала.
— Похитили, говорите?
Могучие герои дружно кивнули.
— Ну и хрен с ней! — весело выкрикнул Пирифой, и они с Дионисом оглушительно заржали.
Такая вот история.