"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Мы ехали по вечернему лесу, полной грудью вдыхая свежий, напоенный сладостью воздух, болтали, и тут:
— Кукушка! — улыбнулась Глори. — Здорово!
— Здорово! — машинально согласился я, засмотревшись на большого, бронзово-красного жука, с недовольным гудением летевшего куда-то по своим делам.
— Ам! — хлопнул в ладоши Бон, и длинноухий заяц задал стрекача, шелестя раздвигаемыми папоротниками.
И тут нас озарило. Не было никакой тишины. Спящие Дубравы пробудились от своего волшебного сна, и теперь провожали нас множеством таких обычных и таких замечательных звуков заповедного леса.
— Спасибо, — тихонько шепнула Глори, прикоснувшись ладонью к тоненьким веточкам молодой березки. И та, будто нарочно, задержала эта касание, ласкаясь в ответ молодыми, ярко-зелеными листочками. Римбольд некоторое время непонимающе разглядывал наши счастливые лица, потом выразительно покрутил пальцем у виска, покрепче прижал к себе свою драгоценную суму и громоподобно чихнул…
Естественно, ночь на этот раз прошла без каких-либо неожиданностей, если не считать любопытного разговора, произошедшего между мной и Глори.
— Одного я не могу понять, — признался я, вороша палкой костер и наблюдая за исчезающими в темноте искрами, — почему твой отец послал Римбольда с этой грешной коробочкой?
— Ты же слышал, что сказала Элейн.
— Да я не о том. Конечно, я верю Римбольду, но ведь всякое может случиться, — пояснил я. — Ты же слышала: коробочка — последняя часть выкупа. А ведь наш корабль может утонуть, на Римбольда по дороге домой могут напасть и ограбить, да мало ли еще чего может случиться. И что, из-за такой вот случайности твоя родина достанется гномам?
Моя малышка неожиданно рассмеялась и взъерошила мне волосы:
— Ах, вот ты о чем! Представляешь, когда мы с папой выясняли отношения в столовой, я категорически потребовала ответа на вопрос: что мне теперь делать с гномами? И знаешь, что он мне ответил? — Девушка воровато огляделась и, убедившись, что Бон и Римбольд спят, тихо продолжила: — Понимаешь, Элейн, оказывается, и путешествовать отправилась в большей части именно затем, чтобы вернуть Княжеству задолженное Гройдейлом. Естественно, закладную она привезла папе. Так что не знаю, что уж там везет своему Друллу Римбольд, но с этим мы можем спокойно тонуть… хотя мне лично жутко не хочется!..
На следующий день мы вышли к океану. В бухте уже дрейфовал «Дельфин»; дав дымом сигнал, что мы на месте, мы уже через час были на борту, где нас сердечно приветствовала вся команда во главе с Ийушем.
В тот же вечер мы собрались в нашей каюте за бутылкой вина, и Бон подвел итог:
— Да, мы отправлялись в это путешествие, даже не будучи уверены в том, что вернемся назад, но — все-таки возвращаемся, да еще и богатые! Кстати, двое из нас, как мне кажется, нашли нечто большее, чем просто богатство.
— Богатство? Это вы-то — богатые?! — издевательски передразнил парня Римбольд. — Не смеши меня, приятель! Вот если бы некоторые не стояли в сокровищнице и не философствовали…
Сказав это, он развязал свою ненаглядную сумку, которую ревностно охранял всю дорогу, и высыпал ее содержимое на кровать. Минуту все молчали, а потом раздался душераздирающий вопль гнома, за которым последовал наш дружный хохот: на одеяле лежала груда речной гальки…
ЭПИЛОГ
В котором рассказывается о том, что закончилось явно не все…
Разумеется, наше приключение не могло закончиться даже на такой многообещающей ноте. Ровно через два дня с момента отплытия над морем сгустился туман. Йуш и вся команда кляли погоду на чем свет стоит, но плыть куда-то, когда невозможно даже различить стоящего в метре от тебя на палубе человека… Одним словом, «Дельфин» убрал паруса и закачался на волнах.
На корабле было лишь три человека, которых все происходящее не слишком-то волновало: мы с Глори и Бон. Римбольд если и паниковал, то самую малость, по привычке. Ну и, разумеется, драконозаврам с Пиратом все метеорологические закидоны были глубоко до свечки. А вот матросов нам пришлось серьезно успокаивать.
Полчаса прошло в тягостном бездействии, а потом на полубаке неожиданно вспыхнул слепяще-голубой круг двух метров радиусом, и остро запахло озоном. Все мы на мгновение зажмурились, а когда вновь открыли глаза, по палубе прохаживалась чрезвычайно довольная собой Элейн.
— Я решила немного сократить вам дорогу, — ухмыльнулась она. — Так, на месяц-другой. Но вы плыли так стремительно, что пришлось немного почудить с погодой. Перемещаться на постоянно движущуюся цель даже для меня немного чересчур.
— Теле-что? — понимающе кивнул я.
— Теле-куда, — заговорщитски подмигнула магесса. — И вообще, почему драконозавры и вещи до сих пор не на палубе?
Остолбеневшие матросы, натыкаясь на мачты и друг друга, бросились выполнять приказ. Мы тоже поспешили в свою каюту.
— Нус-с, и куда же мы желаем попасть? — спросила Элейн, когда мы вновь предстали перед ней.
Римбольд открыл было рот, но Бон невежливо пихнул его в бок:
— Даже не мечтай. Допускаю, что Княжество — чудное место, но меня туда что-то не тянет. Да и эту влюбленную парочку — тоже. Может, Гройдейл?
Я вопросительно посмотрел на Глори. Та на мгновение задумалась, а потом решительно покачала головой.
— А ты-то сам куда хотел бы отправиться? — спросил я парня.
— Да мне, в сущности, все равно, — пожал плечами тот. — Лишь бы не в Геймс.
После этого все взгляды скрестились на мне.
— А что сразу я?
— Давай, давай, — подзадорил меня игрок. — Ты у нас главный генератор идей в трудных ситуациях. В Паррисе, помнится, ты справился совсем неплохо.
Я обнял Глори за плечи и посмотрел ей в глаза:
— Где бы ты хотела поселиться, любовь моя?
— С тобой и нашими зверюшками — где угодно. Подойдет любая дыра.
Вот и ответ! В конце концов, капитан К’ров оказался почти прав: любое приключение лучше всего заканчивать там, где оно началось…
На нашей свадьбе гуляла вся Райская Дыра. Подарков было столько, что они едва уместились в номере гостиницы, в котором мы с Глори разместились на то время, пока не будет готов наш собственный дом. Кстати о подарках: аккурат в день свадьбы почтальон принес адресованную Глори посылку. Ни обратного адреса, ни каких-либо других опознавательных знаков на ней не было. Разорвав оберточную бумагу, мы увидели превосходный футляр черного дерева, инкрустированный драгоценными камнями. В нем, на атласной подушечке, покоился тот самый комплект из колье, серег и браслетов, которые моя принцесса заложила Филу Красному Носу.
Еще через месяц с небольшим «Глори и КО» в полном составе собралась в гостиной нашего нового дома.
— Ну вот, — хлопнул себя по колену Бон, — я погулял на свадьбе, помог вам со строительством, пора и честь знать. Меня ждут дороги мира!
— Мне тоже пора ехать, — вздохнул Римбольд. — Нужно ведь доставить князю Друллу эту треклятую шкатулку. Если встретитесь с вашими родственничками из Дубрав, передавайте от меня персональный поклон за «сокровища», которые я честно пер на плечах два дня.
— Но вы же вернетесь? — спросила Глори. — Пусть не скоро, пусть на следующий год, но все же…
Гном ласково погладил ее по руке:
— Конечно, детка. Я уезжаю, но мое сердце навеки остается с тобой… и с твоими непередаваемо восхитительными пирогами!
— Куда же мы денемся? Лично у меня в этом мире больше никого нет… — пожал плечами Бон, за что удостоился поцелуя.
— Ох, не накаркай, — подмигнул ему я. Парень изобразил на лице выражение крайнего ужаса и замахал руками:
— Тьфу, тьфу, тьфу! Чур меня!.. С другой стороны, чем леший не шутит…
И вот хлопнула входная дверь, растаяли вдалеке последние отзвуки шагов наших друзей, и мы с Глори остались одни. Задумчиво глядя в огонь, весело пылающий в камине, я констатировал: