"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Х-зяин! Сем за м-е здровье, а я… пйду… нужно… — провозгласил хламидоносец таким торжественным тоном, будто по меньшей мере раскрыл миру секрет философского камня. И, держась рукой за стену, а второй тщетно пытаясь расстегнуть пряжку пояса, проследовал к выходу. Посетители же, напротив, дружными рядами потянулись к стойке. Рассудив, что ко мне «все» так же применимо, я двинул туда же.
— Как думаешь, набрехал мужик? — кивнув на дверь, спросил меня Черч. Поскольку мой рот в тот момент был занят дармовой выпивкой, я лишь пожал плечами. И правда, чего только в мире не случается?
— Что-то он долго, — заметил Хогард, на что его приятель глубокомысленно ответил:
— Что же ты хочешь, выпил-то тоже немало. На все время нужно…
Но прошло уже достаточно времени, чтобы основательно справить нужду дюжину раз, а рассказчик все не появлялся.
— Пойду-ка я гляну, небось, отрубился, — со вздохом поднялся сердобольный Черч. — Еще простудится, бедолага: дождь ведь, земля холодная… Пол, замени меня за стойкой.
Мало я встречал в жизни более душевных и отзывчивых людей, чем ушедшие на покой костоломы. Недаром многие из них, оставив свою профессию, открывают питейные заведения. А чего бы стоил этот мир без трактиров и кабаков, где можно расслабиться за кружечкой-другой?
Вернувшись, Черч скинул с плеч насквозь промокший плащ и с изумлением развел руками:
— Как испарился. Чудеса, да и только.
Пока посетители обсуждали странный рассказ и еще более странное исчезновение, я вернулся на свое место и уже вновь начал клевать носом, как тут на плечо мое опустилась рука.
Первой мыслью было: Домби-Крюк решил сквитаться за три выбитых зуба и сломанную руку. Или Элис вспомнил о том, как год назад я возил его красивой физиономией по мостовой, делая ее еще более красивой. Физиономию, в смысле. Или Жаннет напомнила своим кузенам, что по-прежнему чувствует себя оскорбленной и в отместку жаждет стать моей женой. Или…
На всякий случай нащупав под столом ножны с кинжалом (меч остался притороченным к седлу Изверга), я медленно обернулся.
М-да, Черч любит вспоминать тот вечер, и каждый раз его рассказ звучит все более невероятно. Совсем недавно он утверждал, что в тот момент об мою голову можно было расколоть дубовый стул, а я бы ничего не заметил. Вчера стул сменило кресло. Интересно, как скоро он дойдет до комода? Судя по паскудной ухмылке, ждать придется не так уж долго…
Хотя надо отдать старику должное, я и впрямь слегка остолбенел.
Дело в том, что вместо ожидаемых громил передо мной стояла девушка. В первый момент я отметил лишь, что она моложе меня, темноволоса, одета в дорожный костюм, а с ее новомодного плаща, пропитанного каучуком, стекает вода. Ах да, дождь…
— Послушай, мне сказали, что это ты хозяин того черного убожества, что ошивается на улице возле моей Лаки…
Я неопределенно пожал плечами, поскольку ничегошеньки не понял. Явно раздосадованная моим тугодумием, девушка слегка топнула хорошенькой ножкой в сапоге отменного качества:
— Я говорю о драконозавре. Здоровенная скотина грязно-черного цвета с наглой мордой и паршивыми манерами. Кстати, немного похожая на тебя.
Любому, кто посмел бы в моем присутствии говорить так о Изверге, я немедленно и доходчиво объяснил бы: впредь за своим языком надо следить. Но не драться же с девчонкой. Тем более, если девчонка молода, красива и смотрит мне прямо в глаза. Неизвестно почему, но меня прямой женский взгляд всегда обезоруживает. Поэтому я сглотнул и коротко мотнул головой:
— М-е…
— Понятненько…
Незнакомка уселась на место, до того занимаемое Тараканом (вот против такой компании старина Сэд ни в жизнь возражать не станет!), предоставив мне возможность разглядеть себя как следует.
Скажу сразу: если кому-то охота меня упрекнуть, что поехал с совершенно незнакомой девушкой на край света сугубо из-за ее внешности, он не прав по меньшей мере наполовину. Хотя боги явно не обделили ее привлекательностью — примерно сто один балл по стобалльной шкале. Будь я трезв, еще неизвестно, чем бы все закончилось, но я был пьян. Очень-очень пьян.
Пока я откровенно пялился на эту крошку, она времени даром не теряла. На столе мгновенно материализовались два кубка, кувшин чего-то и тарелка с чем-то. Видно, Черч тоже не устоял перед милой улыбкой, легким румянцем, трепетанием нежных ресниц и всем прочим, при помощи чего женщины испокон веков делают из нашего брата дураков.
— Не стесняйся, — девушка махнула в сторону снеди.
В отличие от многих моих знакомых я никогда не имел ничего против того, чтобы меня угощали представительницы прекрасного пола, и не стал дожидаться повторного приглашения.
В кувшине оказалась «Золотая лоза» — некрепкое, на мой вкус чересчур сладкое и густое вино. К тому же — безобразно дорогое. Я, если бы меня кто спросил, предпочел бы еще кружечку-другую эля, но меня, разумеется, не спрашивали. С другой стороны — дареному драконозавру под хвост не заглядывают.
Примерно после третьего кубка я, наконец, спросил:
— Все это хорошо и замечательно, но…
— Но ты хотел бы знать, чего мне от тебя нужно?
— Угу.
— Я так и думала. Прежде всего, меня зовут Глорианна.
Ага, а я-то все гадал, как могут звать девушку моей мечты…
— Сэд, — коротко и просто кивнул я, осторожно пожав тремя пальцами протянутую мне маленькую, но крепкую ладошку.
— Отлично. Что умеешь делать?
— Все.
— Отлично, — еще раз повторила девушка. — Хочешь хорошо заработать?
Ого, вот прямо так, с галопа в карьер? Сдается мне, что-то тут нечисто.
— Ну, оно, конечно, неплохо бы… — протянул я, пытаясь понять, куда она гнет. — А в чем дело?
— Дело… — начала она, но тут у меня все поплыло перед глазами и, хоть убейте, я до сих пор практически не помню то, что происходило дальше, а сама негодница только посмеивается и не отвечает. Сначала мы говорили, потом куда-то шли, там были какие-то люди. Еще я помню, что пытался что-то писать. Потом мы вернулись в «Золотую кружку», где я снова пил, а под конец вознамерился обнять свою новую знакомую, но в глазах изрядно двоилось, поэтому я промахнулся и, сграбастав кувшин, раздробил его на мелкие черепки. Потом мой подбородок со всего маху врезался в столешницу, зубы весело сказали «клац!», а сознание погрузилось в беспросветный мрак.
ГЛАВА II
В которой рассказывается о наследии Фиолетового Юстаса, а также о том, как меня два раза подряд бессовестно обвели вокруг пальца
Я проснулся, вероятно, оттого, что на мою голову вылилось изрядное количество холодной воды. О, нет! Опять дождь?! Да когда же это кончится?!!
Последнюю фразу я проорал вслух, отфыркиваясь и отплевываясь, как выбравшийся из реки тигропард. Словно вняв моим мольбам, поток тут же прекратился. Заинтересовавшись, я открыл глаза и тут же вновь крепко зажмурился.
— Давай, давай, а то еще добавлю!
«Неужто и впрямь — боги вмешались?» — пронеслось у меня в голове. Точнее, богини, поскольку голос был явно женским. Как бы то ни было, но я мужественно приоткрыл сначала один глаз, затем второй.
Надо же, оказывается, кошмарная ночка все-таки прошла, оставив о себе на память лишь премерзкий вкус во рту и изрядную головную боль. Против всех ожиданий, я лежал в позе задумавшегося философа на зеленом пригорке, а надо мной были синее небо, безобразно яркое солнце и девушка с пустым походным ведром в руке.
«Ее зовут Глорианна. Я ее, кажется, люблю. У нее есть рыжий драконозавр. Его, кажется, любит Изверг. Ой, мамочки!» — новый приступ головной боли прервал поток моих воспоминаний. Ощущение было такое, будто по вискам что есть дури шарашит своим знаменитым молотом всегномий бог Пругг.
— Ну, слава богу! — насмешливо приветствовала меня Глорианна, отбрасывая варварское орудие пробуждения. — Вы таки проснулись, сэр? Это весьма мило с вашей стороны — я-то боялась, что ваша светлость продрыхнет до обеда.