"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Надписей? — оживился Алкидий. — Например?
— Сейчас, сейчас… — Фемистоклюс зажмурился, припоминая. — Ну да, там была одна такая светящаяся, на наречии эфиопов, я ее запомнил.
— Ну?
— Ко-ка-ко-ла, — по слогам произнес Фемистоклюс.
— И что это значит? — удивился Алкидий.
— Не знаю. — Рыжий грек растерянно развел руками. — Может, это название какого-нибудь города или страны.
— Да-а-а-а… —протянул Алкидий, — похоже, твой Дионис оказался прав и мы разбогатеем.
Аккуратно собрав пакетики с одинаковыми дозами божественного порошка, друзья направились обмыть удачно завершенное предприятие в известное питейное заведение “За пазухой у Зевса”.
В питейном заведении за их любимым столиком сидел, ничуть не скрываясь, в своем реальном обличье бог вина Дионис. Поскольку все посетители заведения были в дрезину пьяны, раскрыть свое инкогнито перед ними он абсолютно не опасался.
— Приветствуем тебя, о великий, — дурашливо поклонился богу Фемистоклюс. Алкидий смущенно кивнул.
— Все паясничаешь, — усмехнулся Дионис. — Ладно, балбесы, садитесь, я сегодня угощаю.
— Ну как жизнь? — спросил Фемистоклюс, налив себе вина из кувшина, стоявшего на столе. — Как дела на светлом Олимпе?
— Как всегда, — ответил бог, закусывая виноградом, украшавшим его головной убор. — Полный бардак. Намечается крупная заварушка в Трое.
— А что такое? — удивился Фемистоклюс. — Чего опять не поделили?
— Сначала яблоко, — невозмутимо ответил Дионис, — золотое, а потом девку одну, Елену, которая Прекрасная.
— Какую Елену? — переспросил Фемистоклюс. — Менелайскую, что ли?
— Ее самую, — подтвердил Дионис.
— Так она ж вовсе не красавица! — удивился рыжебородый грек. — На гарпию слегка смахивает.
— Но ты же знаешь, — возразил Дионис, — у вас в Греции, как и на Олимпе, очень сильно общественное мнение. Если вобьют себе в голову, что вот этот стол не темный, а белый, их уже ни за что не переубедишь.
— Пиар, — неожиданно вырвалось у Фемистоклюса непонятное слово из недавнего наркотического сна.
— Что? — переспросил Дионис. — Ага, так ты уже нюхнул амброзии. Молодец, хвалю. Правда, к сожалению, естествоиспытатели долго не живут.
— То есть? — не понял Фемистоклюс.
— Да это я так, — отмахнулся бог вина, — к слову пришлось. В общем, чего я к вам пришел?
— Действительно, чего? — впервые за всю беседу подал голос слегка охмелевший Алкидий. Дионис криво усмехнулся:
— Надеюсь, вы не забыли о моем проценте. Ведь кто вас надоумил грабануть Олимп, кто рассказал о чудодейственном свойстве порошка амброзии?
— Ты. — Фемистоклюс кивнул. — И это, заметь, никто из нас не оспаривает.
— Это хорошо, — улыбнулся бог. — Итак, когда вы приступаете к активной торговле?
— Прямо сегодня.
— Чудесно, тогда встретимся вечером на этом же месте, дабы поделить м… м… добычу.
— Заметано. — Фемистоклюс улыбнулся, и Дионис медленно растаял в воздухе.
— Не люблю, когда он так делает, — громко заявил пьяный Алкидий, ударив кулаком по столу.
— А тут нет ничего удивительного, — ответил Фемистоклюс, отнимая у друга полупустой кувшин. — Этот эффект называется телепортатос-голограмус. Изобрел его, естественно, Гефест.
— Да? — не поверил Алкидий. — И откуда ты все это знаешь?
— Дионис рассказал, — ответил Фемистоклюс. — Он знаешь какой трепливый — его амброзией не корми, дай поговорить. Короче, стоит на Олимпе прибор один здоровый такой, порталлотрон называется, с его помощью боги могут за секунду перемещаться на невероятные расстояния.
— А мы тоже сможем? — Алкидий опрокинул свою чашу и уткнулся носом в стол. Фемистоклюс пожал плечами:
— А сатир его знает, может, и сможем, только кто ж нам позволит.
— Тоже верно, — хрюкнул Алкидий и медленно сполз под стол.
Проводив друга взглядом, Фемистоклюс высоко поднял над головой чашу с вином.
— Эх, — шумно вздохнул он. — Ну, за успех…
Городская площадь кишела людьми.
— Подходите, подходите! — кричал Фемистоклюс, неистово размахивая руками. — Всего за один талант вы сможете побывать на Олимпе в обители богов, покупайте фирменный порошок Фемистоклюса! Инструкция по применению прилагается бесплатно.
Хитрющий рыжебородый грек не зря произнес это волшебное слово — БЕСПЛАТНО. Услышав его, греки бросились к центру площади, как пчелы на обожравшегося медом пьяного пасечника.
— Мне две, мне две, — раздавались истошные крики в толпе. — Мне три…
— Не больше одного пакетика на рыло, — строго предупреждал Фемистоклюс, отталкивая особо рьяно наседавших покупателей. — Тот, кто в течение недели соберет семь пустых пакетиков от чудодейственного порошка, получит суперприз — экскурсию на Олимп в золотой повозке Гелиоса, естественно, при наличии небесного паспорта.
Алкидий, наблюдавший за торгом чуть со стороны на случай появления народной милиции, недовольно поморщился. (Что? Думаете, не было в Древней Греции ментов? Менты всегда были, даже в Вавилоне. — Авт.)
Тяга Фемистоклюса к грандиозным рекламным акциям и призовым поездкам могла сослужить им дурную службу. А что, если действительно найдется идиот, который соберет эти семь пустых пакетиков? Правда, при этом у него должен иметься в наличии небесный паспорт, а это уже сложнее, такую ксиву простой смертный себе не достанет.
Хитер был Фемистоклюс, ох и хитер.
Кроме того что следить за толпой на наличие народных мен… гм… народных дружинников, Алкидий должен был время от времени врываться в толпу и истошно орать: “А мне еще две”, тем самым подстегивая покупательский азарт у других греков.
Кто-то уже валялся без сознания у городского фонтана с тростниковой палочкой в ноздре, кто-то только собирался занюхивать чудодейственный порошок. Алкидий тоже было решил в рекламных целях полежать на мостовой с тростниковой трубкой в заднице, но вовремя передумал, поскольку потенциальные покупатели попросту могли его затоптать.
Торговля шла весьма бойко.
Золотые таланты быстро наполняли заранее приготовленные друзьями мешки. Бумажные пакетики расходились с поразительной быстротой.
— Вот они! — раздался в конце площади чей-то полный возмущения крик. — Хватайте засранцев!
Вложив два пальца в рот, Алкидий пронзительно засвистел.
Быстро сориентировавшись, юркий Фемистоклюс мгновенно затерялся в толпе, а к центру площади уже бежали здоровые загорелые греки с увесистыми дубинами и с красными повязками на руках. (Эх, Греция, Греция, мать демократии! — Авт.)
— Делаем ноги. — Фемистоклюс поволок свистящего Алкидия в соседний переулок. — Да кончай свистеть, придурок, ты нас выдашь.
Безумно вращая глазами, Алкидий бросился следом за другом.
Буквально весь полис стоял на ушах. Орудуя дубинками, дружинники отбирали пакетики у греков, не успевших употребить волшебный порошок, тут же на месте их вынюхивали и падали в экстазе на мостовую.
— Говорил же я, надо было по два таланта за штуку продавать, — недовольно бурчал на бегу Алкидий.
Мешки с золотом весело побрякивали за спинами у друзей.
— Сюда! — Из-за угла соседнего здания выглянул Дионис. — Скорее!
Беглецы свернули в узкий переулок.
— Что такое? — спросил Фемистоклюс, переводя дух. — Мы ведь должны были встретиться вечером.
— Планы изменились, — ответил Дионис.
— Я видел, они свернули туда, — раздалось на параллельной улице.
Беспорядочный топот приближался. Друзья побледнели.
— Спокойно. — Дионис вышел из переулка.
У бежавших по улице дружинников внезапно в руках вместо дубинок возникли чаши с благоухающим вином. Греки озадаченно остановились и, увидев невдалеке Диониса, дружно подняли чаши вверх.
— За Диониса, — хором произнесли они и все как один опрокинули содержимое в рот.
Бог вина хлопнул в ладоши, и дружинники как подкошенные повалились на мостовую.
Дионис повернулся к друзьям:
— Давайте золото, быстро.
Переглянувшись с Алкидием, Фемистоклюс протянул богу один из мешков. Дионис поморщился: