"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

И вот наконец добрались великие герои до царского дворца.
Народа было у дворца немерено. Все с интересом наблюдали, как три могучих чернокожих эфиопа вносили во дворец сидяшего на золотом горшке голого мужика. (!!! — Авт.)
— Эй, гляди, а вон и колесница, — сказал Аякс, толкая Агамемнона локтем в бок.
Но даже после поэмы-подсказки царь не смекнул, что его совсем недавно элементарно пытались убить.
Все-таки временами Агамемнон тормозил по-страшному.
Народ, к сожалению, царя не признал. (Что бы там ни писал многоуважаемый Н. А. Кун. — Авт.)
Все таращились на голого мужика, которого слуги Уже занесли во дворец.
Грубо расталкивая праздных соотечественников, Агамемнон с Аяксом подошли к дворцовым воротам, охраняемым двумя бесстрашными гвардейцами, которые и не подумали развести перекрещенные копья, когда пред их взором возник Агамемнон.
— А ну пропустите! — громогласно потребовал царь.
— И меня, и меня, — донеслись из-за его спины голоса желающих попасть во дворец попрошаек, убогих калек и прочих шарлатанов.
Ни один мускул не дрогнул на каменных лицах стражи.
— Вы что?! — взревел Агамемнон. — Не видите, КТО перед вами стоит?
Нулевая реакция.
В довольно неприятную ситуацию, к счастью, вовремя вмешался Аякс, сын Оилея, который страх как не любил пустые разговоры.
От ударов двух мощных кулаков стражники мгновенно оказались на земле. Из-под смявшихся в гармошку шлемов едва виднелись перекошенные подбородки.
— Теперь шлемы с них снимешь только при помощи пилы, — знающим тоном прокомментировал кто-то из толпы зевак.
Аякс открыл перед царем ворота, и Агамемнон гордо прошествовал — во внутренний дворик своих законных владений.
Первое, что сразу бросилось ему в глаза, так это чей-то скелет на крыше, сидящий у флюгера в задумчивой позе.
— Что бы это значило? — удивился царь, указывая на крышу дворца.
— Может, это Икар? — предположил Аякс, ибо иного сравнения ему в тот момент в голову не пришло. — Зацепился за флюгер и помер.
— В позе мыслителя?
— Ну мало ли? Задумался о бренности бытия и не заметил, как отошел к праотцам. Я тоже иногда как задумаюсь… а потом — БАЦ, смотрю, вроде как утро было, а теперь вечер…
Ну, во дворце, понятное дело, Агамемнона признали сразу.
Засуетились слуги, забегали придворные. Сводный оркестр из тридцати одноногих арфистов заиграл что-то торжественное.
Несколько эфиопов в панике унесли в глубь дворца голого мужика на золотом горшке. (!!! — Авт.)
— Э-э-э… — только и успел произнести Агамемнон, но чернокожих уже и след простыл.
Выбежала навстречу мужу притворно счастливая Клитемнестра. Только Агамемнон жене совсем не обрадовался и лишь отечески похлопал ее по плоскому заду. Клитемнестра тут же смекнула, что муж вернулся домой не в настроении. Еще она поняла, что первая попытка умерщвления супруга — так называемый «несчастный случай» — не удалась. (Ну да, это было вполне очевидно. — Авт.)
И начался во дворце пир по случаю счастливого возвращения на родину любимого царя.
Правда, праздник был немного омрачен маленьким неприятным инцидентом.
Толпившиеся у дворца граждане, пользуясь временным бездействием стражи, беспрепятственно проникли в царские помещения и потырили с кухни фамильное серебро Клитемнестры.
Но на это мало кто из пирующих обратил внимание.
— Послушай, Агамемнон, — прошептал на ухо царю Аякс, возлежавший на нескольких почетных атласных подушечках рядом с троном.
Агамемнон нервно заерзал на позолоченном кресле, ибо какой-то недоумок в его отсутствие проделал в троне большое круглое отверстие, куда зад царя норовил каждую минуту провалиться.
— Ну что еще у тебя там?
— Агамемнон, пожалуйста, ничего на пиру не пей, — прохрипел Аякс, тяжело дыша царю в ухо.
— Это еще почему?
— Не пей, и все тут.
— Ладно, не буду, хотя…
— Вот и договорились. — И Аякс очень нехорошо посмотрел на сидевшую неподалеку Клитемнестру. — Кифару! — внезапно закричал могучий герой, оглушив дернувшегося на дырявом троне царя.
— Кифару, кифару, — весело подхватила толпа придворных, и в руках Аякса как по волшебству возник знаменитый греческий музыкальный инструмент.
 
Певец взял первый аккорд. Присутствующие притихли. Кто-то сразу тихо зарыдал, ибо аккорд был минорным.
— Исполню я вам песню, братья, — лукаво объявил Аякс, — о великом коварстве и предательстве подлом.
Клитемнестра вздрогнула.
Придворные зааплодировали.
Рыдающего дородного юношу двое слуг осторожно вывели под руки из зала на свежий воздух.
Выждав эффектную паузу, могучий герой слегка фальшиво запел:
Жил на свете знатный царь, Агамамнон его звали,
Все его так уважали,
Но случилась вдруг беда.
Был женат наш царь случайно
На коварной жуткой бабе,
Ее звали Клизманестра
Тра-та-та, та-та, та-та…
Вот задумала змеюка
Извести коварно мужа,
Отравить, зарезать, хлопнуть
Или просто утопить.
Наняла она убийцу,
Голозадого придурка,
Плоскомордого урода, чтобы муженька убить.
Просчиталась тут гадюка,
Ибо был дружок Аякс
У царя, у бедолаги, хитроумный прохиндей
Понял сразу он, что хочет
Клизманестра — сумасбродка
Муженька Агамамнона поскорее умертвить.
Рассекретил он все планы
И повесил Клизманестру
На осине утром в парке,
Чтобы знала, как хитрить…
В повисшей после исполнения трагической элегии тишине был слышен лишь шорох роскошной одежды придворных.
Аякс обвел присутствующих высокомерным взглядом непризнанного гения.
— Хорошая песня, душевная, — благосклонно кивнул Агамемнон, — только я ни хрена не понял…
И тут придворные оглушительно зааплодировали, повскакивав со своих плюшевых подушечек.
Взглянув на Клитемнестру, Аякс довольно осклабился.
Царица лежала посредине пиршественного зала в глубоком обмороке.
Все-таки расслабился Агамемнон, усыпил пир его бдительность.
Решил царь ближе к вечеру искупаться в большом дворцовом бассейне. Приказал напустить воды и служанок позвал шестерых, из тех, что помоложе да покрасивее.
Аякс, возложивший на себя тяжелую ношу телохранителя царя, вызвался все-таки проводить Агамемнона до бассейна.
— Опостылело мне все, друг мой, — жаловался царь могучему герою. — От этих придворных рож меня просто тошнит, дворец этот холодный, жена плоскожопая, дела государственные… да пропади Оно все пропадом!
— Зря ты так, — покачал головой Аякс, — раз выпало тебе судьбою царем быть, значит, должен ты править своим народом до конца дней (судя по сложившимся неблагоприятным обстоятельствам, правильней было бы сказать до конца дня. — Авт.).
— А может, я не хочу царем быть! — закричал Агамемнон. — Почему меня не спросили? Я, может, странствующим философом мечтал стать.
— Ну как знаешь, — хмуро буркнул Аякс. И тут вдруг какое-то шестое чувство подсказало ему, что одна из колонн на пути царя к залу с бассейном сейчас упадет.
— Агамемнон, СТОЙ!!! — взревел могучий герой, хватая царя за шиворот.
Мраморная колонна треснула и с грохотом обрушилась на то место, где проходил бы сейчас Агамемнон, не останови его приятель вовремя.
Аякс стремительно ринулся в соседний коридор и успел увидеть трех рабов, уносящих вдаль голого мужика на золотом горшке.
— Опять он! — злобно прошептал Аякс. — Проклятый недоносок…
Но уговорить Агамемнона отказаться от запланированного купания не удалось. Ну мало ли, колонна упала, дворец-то старый. Давно ремонта требует, тут того и гляди потолок обрушится, не то что колонна.
Все же Аякс настоял на том, чтобы царь разрешил ему исследовать дно бассейна на наличие крокодилов, тигровых акул и прочих милых представителей греческой фауны. Поэтому Аякс первым прыгнул в бассейн и здорово там поплескался, с удовольствием сморкаясь в пенистую воду. Затем могучий герой выбрался из воды, решив «обследовать» молоденьких служанок Агамемнона, и ловко размотал свою набедренную повязку.