Дом погибели (СИ)

Его глаза видели нежную прекрасную Лорану, вдохновительницу всех идей и планов, девушку, в которую он влюбился раньше, чем это осознал, а тело ощущало поселившуюся внутри нее чуждую силу, способную сломать, уничтожить, разнести в пыль все вокруг…
— Ты боишься меня?
Как отвечать, если ты весь во власти колдовских зеленых глаз, волос цвета пламени, нежной кожи и нестерпимого внутреннего жара, когда каждое конвульсивное сокращение внутренних мышц может отправить тебя в неуправляемый полет?
— Нет, не боюсь. Я любил тебя прежнюю, люблю новую и буду любить, какой бы ты ни стала в будущем.
Эладан не знал, поверила ли Лорана его признанию, но был вознагражден таким откровенным поцелуем, что страсть, еще не успев остыть, вспыхнула с новой силой. Темный дар раскрепостил все потайные женские инстинкты Лораны, и она пускала их в ход, не задумываясь о том, готов ли Эладан к подобной чувственной атаке, успевает ли он вовремя набирать воздуха в горящие легкие. Но его тело, словно редкий дорогой инструмент, отзывалось на каждое движение, на каждое прикосновение именно так, как хотелось Лоране.
Она требовала, и Эладан отдавал, не считаясь с затратами и собственными физическими возможностями. Рвущаяся из-под жесткого контроля сила все же оставляла на коже герцога следы в виде синяков и ссадин, однако сейчас его не смогло бы остановить даже серьезное увечье. Это смешанное с болью наслаждение проникало глубже, ранило сильнее и помнилось дольше, чем исполненные нежной робости ласки прежней Лораны.
Герцог чувствовал себя так, словно побывал в постели с валькирией. Он сражался достойно, но под конец сдался и уступил поле боя прекрасной рыжеволосой воительнице, безжалостно похитившей его сердце… Эладан проснулся перед рассветом на смятых простынях с герцогской короной на голове. Мятежная возлюбленная увенчала его и бесследно исчезла, оставив после себя шлейф противоречивых эмоций и странную уверенность в том, что в следующий раз они увидятся очень и очень нескоро.
  
Планета Акран. Радикальные меры
 
Внутри Лораны всегда жил дух независимости. Иметь собственное мнение было для нее не социальным завоеванием, а естественным состоянием, и с этим привыкли считаться все, кроме приемной матери. Джоселин Ордал подчеркнуто игнорировала Лорану, наказывая таким образом ребенка за грех родителей. Трансформация, частично изменившая сознание девушки, в какой-то мере оказалась полезна, потому что все расставила по местам. Она навсегда закрыла тему отношений с матерью и подарила девушке свободу, которая практически недоступна цивилизованному человеку.
Возможность в любой момент исчезнуть на неопределенный срок, не давая никому отчетов и объяснений, позволяла Лоране держаться подальше не только от земель Садор и Эйер, но и от планеты Акран. Наслаждение, которое она испытала минувшей ночью, сделало ее зависимой от сладких поцелуев и жарких объятий, от крепких мускулов, подрагивающих под ее ласкающими пальцами. Оказалось, что нынешняя Лорана может быть не только разрушительницей, но и страстной любовницей, способной доставить ответное удовольствие.
Беда заключалась в том, что теперь она не представляла жизни без Эладана Прайса. Рядом с ним Лорана чувствовала себя не безобразным монстром, а прекрасной пленницей, которую примчался спасать принц на белом коне. Поддаться его обаянию было легко, для этого не требовалось никаких усилий, однако их любовь реализовалась в самое неподходящее время, прямо на изломе событий, когда роли еще не доиграны и судьбы не определены. Чтобы составить достойную пару герцогу Талиону, нужно было снова стать человеком, а Лорана сильно сомневалась, что когда-нибудь сможет избавиться от своей темной составляющей.
Несмотря на раннее утро, Исполнительный совет при правящем герцоге собрался почти в полном составе. Не явился только граф Мар, который занимал пост министра иностранных дел и являлся ключевой фигурой в повестке дня.
— Сколько нам еще ждать? — уже в третий раз нетерпеливо вопросил Мартин Хейден, барон Каркросс. — Где его хваленая пунктуальность? Вы вообще уверены, что Мар получил приглашение?
 
— Не бесите меня, Мартин, — злобно отмахнулся герцог Варман, — я и так в дурном расположении духа!
Каркросс набрал воздуха в грудь, чтобы выдать сюзерену достойный ответ, но Ройс Фалконер, барон Фермон успел толкнуть его ногой под столом.
— Мар никогда не опаздывает, — мрачно заметил он, — так что дальнейшее ожидание бессмысленно. Давайте обсудим план дальнейших действий, исходя из тех сведений, что у нас уже имеются.
Герцог с утра был трезв, как стекло, и зол, как собака.
— И что же вы предлагаете? — сквозь зубы процедил он.
Фермон осмотрел десяток сидящих за длинным столом аристократов и невольно задался вопросом, на что они, собственно, рассчитывали, когда приводили к власти Дом Варман? За два с небольшим года процветающее герцогство превратилось в депрессивное отсталое государство с ярко выраженным демографическим кризисом и огромной дырой в бюджете. Пока одни набивали карманы, другие надували щеки, а третьи развлекались, темным силам удалось полностью деморализовать высшее общество и до смерти запугать население.
— Для начала прекратить бессмысленные гулянки и попойки за счет государственной казны и перестать, наконец, финансировать бордели.
— Это не вам решать! — хлопнул ладонью по столу правящий герцог. — Занимайтесь своими делами, Фермон, я как-нибудь сам разберусь, куда направлять средства…
— Средств нет, ваша светлость, — вклинился в дискуссию Джон Оливер, барон Эрскин, отвечавший за финансы герцогства. — Казна практически пуста, еле-еле выживаем за счет налогов. Мелкий бизнес почти не приносит доходов, а крупный недозагружен из-за массовой миграции населения.
— Вы что, сговорились?! — герцог опасно побагровел, даже белки глаз налились кровью. — Зачем мне нужно все это знать?
— Затем, Вэйн, что ты управляешь государством, — Фермону надоело разыгрывать из себя преданного вассала, и он перешел на личности. — Работать в три смены без выходных, как ты нам обещал в день коронации, вовсе не означает с утра до ночи пить, трахаться и драться на дуэлях.
— Да и с нечистью в подземелье пора заканчивать, — поддакнул товарищам по партии Ардан Глэм, барон Дорваль, назначенный на пост первого министра. — Вряд ли вы захотите, чтобы мой брат спустил с поводка всю свою магическую свору.
— С нечистью уже покончено, кстати, не без участия «магической своры», — внезапно раздавшийся женский голос заставил мужчин тревожно зашевелиться. Лорана не вошла через дверь, она просто появилась прямо за креслом правящего герцога, лишив его возможности встать или даже просто повернуться. — Я и раньше подозревала, что ваша дружная компания как-то замешана в этой истории с энергетическим вампиром, а теперь развеялись последние сомнения.
— Вы неправильно меня поняли, леди Лорана, — поспешил реабилитироваться Ардан Глэм. — Я имел в виду…
— Не трудитесь, барон, мне неинтересны ваши лживые измышления, — Лорана положила руки на спинку герцогского кресла, заставив Вэйна Вестона непроизвольно съежиться. — Я веду себя вежливо исключительно из уважения к вашему брату, предводителю «магической своры».
— Вообще-то мы ждали не вас, а графа Мар, — осмелился заметить Ройс Фалконер.
— В самом деле? — изогнула бровь Лорана. — Хотели обсудить с моим отцом брачный договор? — она легонько встряхнула кресло вместе с сидящим на нем герцогом. — Ты, кажется, собирался жениться на мне, Вэйн? Еще не передумал? По мнению барона Фермона, я для тебя уже старовата, а вот сорокалетняя мадам из публичного дома в самый раз.
— Простите, леди Ордал, это к делу не относится, — голос первого министра заметно подрагивал, однако он изо всех сил старался изображать значительность. — Предполагалось обсудить похищение короны.
— Той самой, что целый год болталась на пальце голой проститутки? — на всякий случай уточнила Лорана. — Я вернула корону ее законному владельцу.