Причины полюбить тебя вновь (СИ)

Через столик от нас, за спиной Дениса, сидел Саша и, отпивая янтарную жидкость, не скрываясь смотрел прямо на меня и, кажется, прятал ядовитую усмешку, за ободком широкого стакана.
— … или нет?
— Что, прости? — больших усилий мне стоило отвезти взгляд от Саши и сосредоточиться на том, что говорил Денис.
— Ты говорила, что хочешь Настю отдать в музыкальную школу по классу фортепиано. Отдала, или Настя перехотела?
— А, кхм… — нарочито кашлянув, осушила бокал вина. — Отдала. И, кстати, Настя очень разочарована, что на первом же занятии ей не разрешили играть мелодии из ее мультиков, — натянув на губы улыбку, опустила взгляд, чтобы переждать нахлынувшее головокружение.
— Согласен, скукота, — хохотнул Денис.
В этом зале стало слишком душно. Я не знаю, смотрел ли на меня Саша прямо сейчас, но я продолжала чувствовать на себе его взгляд.
— С тобой всё нормально, Ру? Ты будто побледнела, — обеспокоенно спросил Денис и сильнее сжал кисть моей руки.
Взгляд сам собой лишь на мгновение метнулся к Саше, но и этого хватило, чтобы понять с какой издевкой и насмешкой он смотрит на переплетение наших рук.
— Я… наверное, немного переборщила с вином. Я отлучусь в дамскую комнату на пару минут, ты не против?
— Тебе проводить?
— Нет, не нужно. Всё хорошо, — вымученная улыбка скривила мои губы.
Путь до уборных проходил мимо Сашиного столика, за которым он сидел с каким-то мужчиной. Можно было бы обойти его по дуге, но бегать я не стану. Между нами давно всё закончилось, мы поставили жирную — пусть и грязную — точку в наших отношениях. У меня нет причин избегать его, ровно так же, как и у Саши меня сторониться. Он может на меня злиться, и именно это он и демонстрирует мне. Но бегать от него, боясь точек соприкосновения, я не стану. В конце концов, мы можем быть просто теми людьми, общение которых сводится к холодному кивку при встрече. У меня полно таких знакомых. У Саши, наверняка, тоже.
С гордой осанкой, стараясь смотреть прямо перед собой, я прошла к уборным и едва скрылась из виду в женской кабинке, уперлась лбом в закрытую дверь и, закрыв глаза, попыталась прийти в себя.
Почему он так смотрит? Зачем? Столько лет прошло. Мне нечего ему сказать. Или у него накопилось что-то, о чем он хочет сказать мне? Вряд ли. Прошло больше семи лет — невозможно столько лет копить в себе злость.
Возможно, он ждал, что я с ним поздороваюсь? Чушь! Еще в номере отеля он дал понять, что ему глубоко на меня плевать. Он забыл.
Тогда для чего эти взгляда в самую душу? Зачем он снова бередит мне сердце? Неужели я до конца своих дней буду реагировать на его присутствие рядом так бурно и горячо? Это же просто пытка какая-то…
— Всё хорошо, — выдохнула я ртом. Вдохнула носом и вышла из кабинки.
Несколько секунд подержала ладони под потоком прохладной воды, желая вернуть себе утраченное равновесие.
В отражении зеркала на меня смотрела потерянная девятнадцатилетняя девчонка, с трудом сдерживающая слёзы. Словно не было тех семи с половиной лет. Словно я не проходила через тот личный ад, и до сих пор прячусь в черемуховых кустах у высокого забора.
Брось, Ру! Ничего не повторится. Ты ни разу не была нужна ему все эти годы, на стала нужна эту неделю и точно не будешь нужна многие десятилетия вперед. Всё закончилось так же быстро, как когда-то началось.
В отражении зеркала заметила, что потеряла вторую серьгу. Посмотрела на пол в уборной, в кабинке, но ничего не нашла. Осталось понадеяться только на то, что я обронила ее за столиком или в машине Дениса.
Освежив помаду на губах, я вышла из уборной. Глядя себе под ноги, надеясь найти серьгу, я шла по узкому коридорчику между залом ресторана и служебными помещениями.
Начищенные мужские туфли преградили мне путь. Остановившись, вскинула голову и встретилась с глазами цвета горького шоколада.
— Это ищешь? — между большим и указательным пальцем Саша держал мою золотую серьгу.
Кажется, я промолчала целую вечность прежде, чем едва слышно ответить:
— Да. Спасибо.
Стараясь, чтобы наши пальцы ни на мгновение не соприкоснулись, я забрала свою серьгу и отошла чуть назад, где на стене было длинное узкой зеркало.
 
Саша никуда не пропал. Наоборот. Он сделал несколько неторопливых шагов за мной и остановился, оперевшись спиной о стену напротив. Запрятал руки в карманы брюк и молча за мной наблюдал.
Я не могла взять себя в руки, чтобы, наконец, попасть в прокол мочки. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала пристальный взгляд темных глаз и боялась поднять взгляд, зная, что увижу эмоции, которые могут сделать мне больно.
Зачем только к зеркалу подошла? Идиотка.
— Вижу, ты получила то, что хотела, — произнес вдруг Саша в тишине коридора, заставив меня вздрогнуть. Его голос острыми камнями врезался в спину. — Рестораны, золотые цацки, дорогие тряпки…
Он говорил спокойно, размеренно, чётко разделяя каждое слово, словно это были не слова, а гвозди, что он вколачивал мне в затылок, стоя за спиной.
Я не стала ничего отвечать. Пусть думает обо мне всё, что ему будет угодно. Лучше меня мою жизнь, всё равно, никто не знает и не узнает. Пусть подпитывается информацией, которая будет снова и снова толкать его подальше от меня.
Я сосредоточилась на серьге, которая всё никак не поддавалась моим манипуляциям. В глубине души я надеялась на то, что, если Саше не ответить, он просто уйдёт.
Но нет. Ничего и никогда в этой жизни не случается так, как мне хотелось бы.
За спиной послышался неторопливый, но уверенный шаг, за ним еще один, и еще.
Саша встал так близко к моей спине, что, чувствуя тепло его тела, я забыла, как дышать. В это мгновение мне хотелось только одного — закрыть глаза, сделать полшага назад и хоть на секунду снова почувствовать его объятия. Вспомнить, что это такое, когда тебя обнимают со страстью, граничащей с похотью. До умопомрачения, до хруста костей, до тихого хрипа с протяжным стоном.
Так меня обнимал только Саша, но сейчас, если я, не глядя, упаду в его объятия, он точно сделает шаг в сторону и насладиться моим падением.
Кожу плеча обожгло лёгким касанием, когда Саша вернул тонкую бретельку моего платья на плечо.
Больших усилий мне стоило не дрогнуть и не поддаться эмоциям.
Я, наконец, смогла надеть и застегнуть серьгу. Подняла взгляд и столкнулась в отражении с Сашиными холодными, совершенно непроницаемыми глазами.
— Счастлива? — спросил он, выдохнув вопрос у самого уха.
Я почувствовала запах виски и сигарет, а еще ядовитое пренебрежение, словно я дешевая проститутка, которую пользует толстосум.
— Меня ждут, — ответила я сухо, справившись с серьгой и почти справившись со своими эмоциями. Посмотрела в ответ так же холодно и высокомерно. Насколько это было, вообще, возможно в моем положении.
Едкая ухмылка скривила Сашины губы, но он не двинулся с места, не попытался отойти в сторону и дать мне хоть сколько-нибудь пространства для маневра.
Плавно отвернувшись от зеркала, я задела Сашу плечом, чтобы протиснуться между ним и стеной, и гордо пошла в сторону зала. У меня тряслись колени, ноги едва могли меня слушаться, кружилась голова, но я продолжала идти к столику, за которым сидел Денис.
— Отвезешь меня домой? — спросила я, даже не пытаясь сесть за столик.
— Что случилось? Тебе плохо? Может, врача? — обеспокоенно спросил Денис и резко встал. Мягко поднял пальцами мой подбородок и заглянул в глаза.
— Не переживай. Просто что-то не то съела, — улыбнулась я и тише добавила. — Сам понимаешь, свой унитаз ближе к телу.
— Понял, — кажется, с облегчением выдохнул Денис и улыбнулся. — Тогда, наверное, лучше поспешить?
— Желательно, — поморщилась я, со страхом косясь на коридорчик, из которого всё еще не показался Саша.
Будет лучше, если они с Денисом никогда не пересекутся.
  
Глава 6