Причины полюбить тебя вновь (СИ)

Я примерно знала, куда везет меня такси, но, всё равно было волнительно. Незнакомое место, и я одна. Отдельный домик, озёра, лес, а на горизонте лишь горы, заросшие тайгой.
Никогда я ещё я не находилась одна хоть где-то. Чувствую себя потеряшкой. Ладони потеют, живот крутит, а я совершенно не представляю, что мне делать там, где нет ни сестры, ни дочери.
Да я даже плавать-то не умею. Зачем мне эти озёра?
— А мы можем развернуться? — спросила я у молчаливого водителя.
— Арина Анатольевна сказала, ни в коем случае не останавливаться и не разворачиваться.
Ну, класс… Арина зашугала таксиста.
Арина Анатольевна, конечно. Что вы, что вы…
Откинувшись на спинку сиденья, я продолжала молча ждать, когда меня привезут.
Более двух часов езды дались мне тяжело. Не из-за дороги, а из-за разлуки — мне казалось, что я уже слишком долго отсутствую вдалеке от девочек.
Истеричка.
Водитель остановил такси у турбазы и на пальцах объяснил мне, куда идти, что и у кого спрашивать.
У меня с собой был только маленький чемодан, который мне собирала Арина, пока я сидела на балконе своей комнаты.
Оказалось, что мой номер был самым дальним и находился прямо у пирса, на котором я сегодня планировала встретить закат.
Я оставила чемодан в домике, осмотрелась, поняв, что здесь есть всё необходимое, а после пошла гулять по берегу, мягко отказываясь от проката гидроциклов и спасательных кругов.
Здесь было слишком красиво, а я не понимала, почему я не побывала здесь раньше. Ведь не так уж и далеко. Зато Арина побывала везде, когда на первом курсе прогуливала пары. Задница мелкая.
К обеду после бессонной ночи меня начало клонить в сон. Но для начала я хотела позвонить девочкам, чтобы убедиться, что за полдня с ними ничего не произошло.
Но, как выяснилось, что я совершила глупость, не взяв зарядник для телефона, который так невовремя разрядился. В сумочке ничего не нашлось. А в чемодане, оказалось, что Арина не положила мне ничего кроме пары кружевных трусов и записки:
«Не ищи связь и зарядник. Трусы, надеюсь, тоже не пригодятся. Постарайся не утопиться. Люблю»
— Засранка, — выдохнула я шумно и, всё-таки, завалилась в постель и довольно быстро уснула, пообещав себе, что, проснувшись, пойду на ресепшн, искать зарядку для телефона.
Проспала я почти до самого вечера. Посидев немного в постели, всё же, смогла собрать себя в кучу, накинула на плечи клетчатую кофту, в которой сюда приехала, и пошла на пирс, чтобы посмотреть закат, как обещала себе.
На берегу уже не было отдыхающих. Темные тучи и порывистый ветер выгнали всех купающихся и загнали их в домики или кафе неподалеку.
Зачем я сюда пришла — непонятно. Всё равно из-за туч заката видно не будет. Но я, всё равно, шла по деревянному пирсу, обнимала себя за плечи и смотрела на бушующую стихию воды, качающую гидроциклы и лодки.
Остановившись у края пирса, я прикрыла глаза и полной грудью вдохнула прохладный воздух, треплющий волосы и одежду. Наверное, это даже хорошо, что сейчас не светило солнце. Пасмурно и холодно — то, что нужно мне сейчас. Отлично отражает моё внутреннее состояние и дополняет его.
Открыв глаза, я посмотрела вдаль, думая о том, как там сейчас Саша? Что он делает? Что с ним, вообще, сейчас происходит? Был ли у него ещё разговор с матерью и к чему он привёл?
Осталось только надеяться на то, что он не наделает глупостей, если уже их не натворил.
Внезапно прикосновение чьих-то рук к моей талии заставило меня вздрогнуть и с шумом втянуть воздух, тут же застрявший в груди большим болезненным шаром.
— Тише, — знакомый шёпот в макушку. Касание губ к волосам. И руки, что сомкнулись кольцом на моей талии.
Шар в груди начал медленно сдуваться по мере того, как крепко обнимали меня его руки.
— Саша, — всхлипнула я, снова закрыв глаза. Невольно обмякла в сильных руках, зная, что они не дадут мне упасть.
— Тише, Руфи, — шепнул Саша мне в волосы и снова прижался к ним губами. — Давай просто помолчим.
— Прости меня, Саш, — всё-таки, произнесла я едва слышно.
 
— Ты была мелкая, напуганная и влюбленная. Тебе не за что извиняться, Руфи. В этой истории полно виноватых, но это точно не ты.
— Но…
— Давай просто помолчим, — выдохнул Саша мне в волосы и спрятал лицо в сгибе моей шеи. — Пожалуйста.
Пожалуй, он прав. Иногда лучше просто заткнуться.
Положив свои руки поверх Сашиных рук, я закрыла глаза и сильнее прижалась к Саше спиной. Чувствуя его тепло, его запах, его силу, я словно самой себе казалась сильнее и больше, чем я есть на самом деле.
— Как ты меня нашёл?
— У тебя весьма красноречиво матерящаяся сестра, — коротко усмехнулся Саша, и я вместе с ним.
Стало ясно: пара трусов на весь чемодан — совсем не случайность.
— Я здесь на три дня, кстати, — сказала я через несколько минут.
— Думаешь, я теперь оставлю тебя одну хоть где-то? Я устал без тебя, Руфи.
— Тогда пойдём в дом? Я замёрзла.
Саша позволил мне развернуться в его руках.
Обхватив ладонями любимое лицо с лёгкой щетиной, я приникла к мягким губам своими и затаила дыхание, боясь, что могу быть отвергнута.
Но Саша не оттолкнул меня, не воспротивился. Он, как той нашей первой зимой, запутался пальцами в моих волосах, притянул к себе, оторвав от земли, и оставил поцелуй нежности, любви и доверия на моих губах.
  
Эпилог
 
— Ты её балуешь.
— Я её папа.
Вот так всегда — стоит мне включить строгую маму, как рыцарь-папа спасает свою принцессу-дочь и кладёт весь мир к её ногам.
Сегодня наша дочь идёт в первый класс. Её ждёт самая первая линейка, самый первый учитель, самый первый звонок и самый первый урок.
И пусть мы с Сашей оба делаем вид, что для нас всё это уже давно простые, понятные и пройденные вещи, но, всё равно, мы оба ужасно волнуемся.
И вот сейчас Саша готовит для Насти коктейль из мороженого, ягод и молока, потому что его принцесса слишком занята приготовлением к предстоящей линейке, до которой осталось около двух часов.
— Папа, иди сюда, пожалуйста! — кричала дочка сверху из своей комнаты.
— Насть, может, я поднимусь? Папа немного занят, — вклинилась я.
— Нет. Я хочу, чтобы папа пришёл, — категорично заявила дочка.
Я нарочито обижено надула губки, в которые меня Саша тут же чмокнул.
— Собирайся. Мы всё сделаем сами. Я понял, как пристёгиваются банты.
Саша обнял меня, потискал, ещё раз поцеловал и, прихватив коктейль для дочки, поднялся в её комнату.
Конечно, я была очень рада, что Настя и Саша с каждым днём становились друг к другу всё ближе. Настя всё больше начинала доверять Саше, кажется, начиная в полной мере осознавать, что такое «папа». Что это не просто безликое слово, а любящий и любимый человек, который всегда рядом, не даст упасть, поймает и поддержит.
А ворчала я, скорее, из вредности. Мне тоже хотелось побольше видеть и чувствовать рядом с собой Сашу, но я знала, что для нас существуют ночи. Да и сейчас мне не помешает немного времени наедине с собой, чтобы сделать кое-что очень важное. Хотя, я и так знаю, что мои догадки верны, но, всё равно, проверить нужно.
Уже через полтора часа мы вместе с Сашей, дочкой и букетом цветов плелись по городу в праздничной пробке. В соседних машинах тоже мелькали банты, букеты и детские слегка взволнованные улыбки.
— А твоя мама…? — начала я задавать вопрос, на что Саша нервно дёрнул головой и мгновенно нахмурился, явно сдерживаясь.
— За Ариной заехать? — спросил Саша через несколько минут, лениво постукивая по рулю пальцами.
Успокоился. Хорошо.
— Нет. Она написала, что уже ждёт нас у школы.
— Надо было тоже пешком идти, — усмехнулся Саша.
— Я на каблуках, — возмущенно отозвалась Настя со своего автокресла. — Ножки устанут. У мамы тоже.
— Женщины, — вздохнул Саша деланно и подцепил пальцами мою руку, лежащую на моих коленях.