Сага о халруджи. Компиляция. Книги 1-8 (СИ)
– Мы не похожи на родственников, господин, даже на дальних, – перебил его Арлинг, собирая кровь с драганского клинка и стараясь оставаться спокойным. Он не мог не отметить превосходное качество стали, удобную без излишнего декора гарду с навершием в форме ореха и широкие доли – углубления в металле, которые придавали лезвию дополнительную прочность. Его голову определенно занимали не те мысли.
– Не спорь со мной! – сердито прошипел Аджухам. – Соврать, что ты купец, я не могу. У тебя на лице написано, что ты с торговлей не имеешь ничего общего. Будешь моим троюродным дядей по линии двоюродной тетки в услужении, запомнил?
Регарди не запомнил, но возражать не стал. Боя все равно не избежать. Если Аджухам желает, чтобы они сдались вместе, пусть так и будет.
– Слушай меня… – начал Сейфуллах, но закончить не успел, так как наверху с оглушительным грохотом треснуло перекрытие, и шатер стал заваливаться набок.
Они выкатились прямо под ноги обомлевшим драганам.
– Пощады, пощады! – взвыл Аджухам, оглушив Арлинга визгливыми нотками. Халруджи и не подозревал, что мальчишка умел кричать так громко.
– Добрые люди, пощадите бедного Савду Батыра и слугу его Амру! – заголосил капитан, ловко вклинивая в кучеярские фразы исковерканные слова на драганском. Аджухам отлично знал государственный язык Империи, но, вероятно, решил, что для образа малограмотного купца будет неплохо и притвориться. Елозя коленями по песку и подволакивая раненую ногу, Сейфуллах подполз к ближайшему драгану и попытался поцеловать его сапог. Халруджи отчетливо слышал терпкий запах крови, просочившийся сквозь повязку на раненой ноге капитана.
Наверное, вид у мальчишки был действительно жалкий. По крайней мере, их не убили с первого раза, а из группы драганов даже раздались смешки.
– Клянусь именем того, в чьих руках душа Батыра, я заплачу столько золота, сколько сможет унести лошадь благородного господина! – затараторил воодушевленный Сейфуллах. – Не помажу своей головы и не прикоснусь к женщине, если не отберу самых жирных баранов из своей отары для моих спасителей!
– И где же твоя отара, сказочник? – усмехнулся драган, от которого резко пахло тухлыми грибами. Наверное, разбойник где-то наступил в кувшин с пролитым дарроманским вином. «До чего же смердит», – подумал Арлинг, считая собравшихся вокруг драганов. Пять слева, три спереди, два сзади. Если спектакль Аджухама не удастся, рубка обещала быть славной.
– А бараны дома, любезный господин! – залебезил Сейфуллах. – Смилуйтесь, все отдам, только не убивайте, у меня детушки, пять ртов, жена тяжелая, отец престарелый…
– Ишь, какой шустрый, – усмехнулся Вонючий. – Пять ртов! Когда успел-то?
Сейфуллах собрался выдать новую порцию лжи, но его перебили.
– Мы ищем капитана каравана по имени Сейфуллах Аджухам, сможешь его узнать?
Арлинг замер, чувствуя, как непроизвольно напряглись мышцы. Похоже, у кого-то в лагере был слишком длинный язык. Значит, разбойников интересовали все-таки деньги. Или политика? За сына главы Торговой Гильдии Балидета можно было попросить многое. Рафика Аджухам любил своего наследника.
– Да! – не моргнув глазом, кивнул Сейфуллах. – Этот мерзавец заставил меня заплатить сто султанов только за то, чтобы я мог пройти земли керхов вместе с его караваном. Это грабеж! А ведь у меня пять детей, беременная жена…
– Ладно, слышали, – перебил его Вонючий. – Пойдешь с нами, посмотрим сначала убитых, потом пленных.
– Конечно, конечно, добрый господин, – засуетился Аджухам, неловко вставая с колен. Припадая на раненую ногу, он поспешно захромал за драганом. Арлинг направился было за ним, но наткнулся на кончик копья, приставленного к его груди.
– Это мой слепой слуга, – поспешил вмешаться Сейфуллах. – За него щедро заплатят. Он лучший мастер по стрижке овец во всей Сикелии. Нельзя терять такого работника! Умоляю вас, господин, пощадите!
Халруджи с удовольствием постриг бы пару баранов. Особенно того, кто вонял плесневелыми грибами.
– У тебя в слугах драган? – заинтересовался Вонючий, приближаясь к Арлингу. Лучше бы чужак этого не делал. Регарди захотелось убить его немедленно.
– Да разве он похож на драгана? – искренне удивился Аджухам, окончательно входя в роль владельца бараньего стада. – Так, полукровка… Женился на внучатой племяннице моей тетки из третьего колена, купил землю в Самрии, чтобы овец разводить. А жена вдруг заболела и умерла. Потом дом у него сгорел, друзья отвернулись. Ну, а когда к нам добрался, мы его уже и приютили. Родственник все-таки. Иначе давно ноги бы протянул. Или на виселицу попал. Руки золотые, а с головой не дружит. Посмотрите на него, какой он драган?
Регарди слушал Сейфуллаха вполуха, даже не стараясь понять особенное чувство юмора господина. Аджухам врал хорошо, вот только проблема была в том, что Арлинг являлся типичным драганом, той самой «чистой кровью», которой так гордился его отец. «Чистокровок» в Согдарии было не много, и они всегда получали военное образование, чтобы служить родине до последнего вздоха. Регарди подумал о том, что его волосы, наверное, потемнели под горячим пустынным солнцем, а кожа давно утратила белизну, но все равно насторожился, чувствуя, как пристально разглядывали его драганы. Впервые он обрадовался повязке, которая скрывала цвет его глаз. Когда-то давно Канцлер приказал убивать каждого, кто сменил в своем сердце герб Согдарии на чужеземные знамена. Драганы считали особой честью помочь предателю отправиться в рай по тонкому лезвию клинка.
– Трус проклятый, совсем от страха язык проглотил, – укоризненно пробормотал Аджухам, и Регарди понял, что пора что-то сказать и ему. Вот только в голове было странно пусто. Будто ураган унес с собой не только тучи песка, но и все его мысли.
Арлинг уткнулся головой в песок, хотя на самом деле, просто дал ей упасть в мягкий, еще рыхлый после бури песчаный покров. Меч драгана замер у его шеи.
– Не убивайте, прошу! Боги вознаградят вас за доброту, – пролепетал он, стараясь вдыхать как можно реже. Сапог, попавший в вонючее вино, находился прямо под носом.
Получилось плохо, давно забытые драганские слова резали язык, отдаваясь во рту горьким привкусом. «Если твой клинок приблизится хоть на ар, мой нож окажется в твоем сердце», – подумал Регарди. Словно прочитав его мысли, драган опустил меч и вытянулся в струну. Также поступили и другие воины, стоявшие рядом. Похоже, в лагерь прибыло начальство. Вонючий засуетился и вскоре исчез, оставив лишь слабый след грибной плесени, крови и пота. После некоторого замешательства Арлинга подняли с колен и толкнули к Аджухаму. Кажется, их вранью поверили.
Пока капитан осматривал трупы, халруджи внимательно прислушивался и считал драганов, не забывая спотыкаться, как и полагалось слепому. Впереди отчетливо раздавался приглушенный гул человеческих голосов. Не услышав ни одного драганского слова, Арлинг решил, что там пленные. Обнадеживало, что голосов было много.
– Вот он! – торжественно объявил Сейфуллах, останавливаясь у какого-то трупа. Регарди узнал Рада по специфичному запаху волос, который был присущ всем Аджухамам. Втянув воздух ртом, Арлинг почувствовал на языке едва заметный привкус рвоты и кислого вина, которым все еще разило от мальчишки.
– Это капитан, – повторил Аджухам. – Так ему и надо, мерзавцу.
Арлинг показалось, что голос Сейфуллаха дрогнул:
– У него знак Гильдии на груди, видите? Такой только капитан носил.
Халруджи помнил медаль, о которой говорил Аджухам. Когда караван отправлялся в обратный путь из Самрии, семья подарила Раду янтарную звезду с листом сикамора внутри, чтобы первый переход через пустыню прошел для молодого путешественника легко и беззаботно. Регарди никогда не доверял амулетам.
Сейфуллах сильно рисковал. Если бы бандиты хоть немного разбирались в сикелийской символике, ему пришлось бы несладко. Знак сикамора, который носили для привлечения успеха и защиты, не имел ничего общего с символом торговли – кадуцеем, входившим в герб Торговой Гильдии Балидета. Арлинг надеялся, что Аджухам успел оставить свой знак еще в шатре.