Сага о халруджи. Компиляция. Книги 1-8 (СИ)

– Я хочу помолиться, – сказала она вслух, обращаясь к горничным. Те испуганно вытаращилась на нее, но, похоже, были готовы слушать.
– Мне нужно вернуться в храм Ганзуры. Доложите князю о моем намерении. 
Молодая служанка с курчавыми рыжими волосами нерешительно произнесла:
– Хорошо, госпожа. Светлый князь собирался обедать с вами, если хотите, можете сами у него спросить.
Дэйра кивнула, а рыженькая прямо завертелась на месте, воодушевленная тем, что молчавшая все утро княгиня пошла на контакт. Ей не терпелось о чем-то спросить, да и другие девушки стали многозначительно переглядываться. 
– Говори, – наконец, буркнула Дэйра, которую раздражала возня напротив. Впрочем, в то утро ее раздражало абсолютно все. 
– Простите, не сердитесь за дерзость, это, конечно, не мое дело, но говорят, что если в Великую Ночь уйти из храма богини без жертвы любви, то будет беда. 
– Беда будет в любом случае, – не удержалась от сарказма Дэйра. 
– Мы сочувствуем вам, – вдруг заговорила другая девушка. – Мне самой однажды удалось избежать брака с одним козлом, простите за грубость, только благодаря богине. 
– Вас всех послушать, так добрая половина женщин наведывается к Ганзуре лишь бы не выходить замуж, – ворчливо ответила Дэйра, но одернув себя, добавила:
– Спасибо за сочувствие, но поверьте, быть женой брата короля не так уж и плохо.
– Ох, конечно, светлый князь – прекрасная партия, он хорош собой и, по слухам, горяч и нежен в постели, – уже все разом загалдели служанки. – Но все-таки если не задобрить Ганзуру, она может испортить брак и даже наслать смерть на одного из супругов. 
– Вот! – подняла палец Дэйра. – Поэтому мне и нужно в храм. Спасибо, девочки!
Служанки довольно заулыбались, но рыженькая все не унималась.
– Князь ничего не говорил о том, что вам нельзя ходить в храм, думаю, он обязательно разрешит посетить его. Но боюсь, это может быть, не скоро. Я имею в виду, даже завтра – уже поздний срок для Ганзуры. Однако есть один способ, как умилостивить богиню вне храма. На половине светлого князя есть чудесный сад. Он расположен на холме, откуда, кстати, виден храм Ганзуры. Найдите в нем самое старое дерево и полейте его корни водой, в которую капните немного своей крови. Говорят, это помогает. Лучше не гневить Ганзуру. Слыхали о Белых Господах? Моя бабка верила, что она была одной из них.
На рыжую зашикали другие служанки, а Дэйра улыбнулась. Теперь понятно, почему хранилище находилось именно в этом храме. Непонятно, почему Ганзура ей не помогла, ведь обычно своим приходят на помощь. Впрочем, что она знала о Белых Господах? Только то, что смерть, похоже, ходила с ними под руку. 
***
Оказавшись снова в покоях Лорна, которые никогда не станут ее домом, Дэйра долго стояла у окна и глядела на корабль, который, раздув белые паруса, уходил вдаль, с каждым мигом становясь все меньше, пока совсем не исчез, растворившись среди морской глади. Его курс лежал к Агоде, а вовсе не к тайной бухте. Представился разговор брата с матерью. Томас искренне любил сестру, что она никогда не могла сказать с уверенностью об Ингаре Кульджитской. Хорошо, что Эруанд его не бросил. Пусть у них все будет хорошо, где бы они не оказались. 
До обеда с князем оставался еще целый час, а Дэйра так и не придумала, как сбежать из своей новой тюрьмы. Все утро она потратила на то, чтобы обойти башню, в которую ее поселил Амрэль и в которой насчитывалось десять ярусов со множеством комнат, галерей и залов. Можно было подняться на самый верх, откуда она наблюдала за кораблем, можно было спуститься вниз и выйти в сад, о котором говорила служанка, но на этом свобода Дэйры кончалась. В другие части замка вел единственный коридор, который охранялся маленькой армией, а потайные ходы найти не удалось из-за верзилы-телохранителя, который ходил по пятам. 
Сад, действительно, расположился на холме, откуда виднелась старая часть Майбрака вместе с храмом Ганзуры, но на город можно было только смотреть, так как садовая территория ограждалась высокой стеной, по которой прогуливалась охрана. Вероятно, в теплое время года сад был очень красив, но сейчас оголенные деревья, укрытые листьями и тканью клумбы, пустые вазы и бурая, мерзлая земля не придавали радости. Каменные дорожки очистили от снега, но было видно, что садовники отдыхали до весны. 
 
Похоже, придется изображать из себя верующую жену и просить Амрэля отпустить ее в храм. Что-то тут же подсказывало, что Лорн ей не поверит.
Забравшись на самую высокую точку сада, Дэйра прислонилась к дереву и задумчиво поглядела на храм, пытаясь почувствовать магию издалека. Ведь помог же цветок, запертый в рабочем кабинете Амрэля, спасти мать! Тогда она находилась ближе, но Дэйра чувствовала, что дело было не в расстоянии. Магия дремала в ней, она слышала, как поднимаются и опадают ее бушующие волны, но ощутить силу не получалось. 
Острое зрение позволило разглядеть тропинку, которая поднималась к вершине среди акаций и багульника, вход в пещеру из резных колон, увитых по-прежнему живыми цветами, и каменную площадку, откуда она любовалась лунным светилом. У подножья храма жрицы продавали какие-то бутылочки первым прихожанкам. Дэйра видела, как некоторые женщины, сделав покупку, прямо там умывались жидкостью из храмовой бутылки. Вероятно, то была вода из озера, которая у местного населения считалась целебной. Все же лучше, чем журавис. Если бы она не побывала внутри, то никогда не догадалась бы, что Седьмой утес Майбрака – это древний храмовый комплекс, уходящий глубоко в землю и, вероятно, под воду. 
Порыв ветра сорвал лист, который чудом продержался на дереве всю зиму и сдался только сейчас. Листок упал к ее ногам, а Дэйра задрала голову и посмотрела на кряжистые, переплетенные временем ветки. Дерево было очень старым, и сразу вспомнилась суеверная болтовня рыжей девушки. Может, Дэйре следовало помолиться? Вдруг это обиженная Ганзура строила козни и чинила препятствия? 
Зачерпнув пригоршню снега, она подержала его в ладонях, пока с рук не закапало, потом укусила себя за палец, смешивая кровь с талой водой. 
– Помоги мне, – прошептала Дэйра, приложив растаявший порозовевший снег к основанию дерева. И почти в то же мгновение ощутила такой мощный всплеск магии, вырвавшийся где-то неподалеку, что удержалась на ногах, лишь благодаря тому, что успела схватиться за дерево.
В следующий миг даже дерево не смогло ее удержать. Порыв ветра огромной силы оторвал Дэйру от корявого ствола и бросил в кусты жимолости, которые затрещали, но выдержали ее вес, не позволив выкатиться на дорогу. В лицо полетели ошметки мерзлого снега, сорванная кора и земляной сор. За первым шквалом последовал второй, кусты жимолости вместе с Дэйрой прибило к земле, и она едва успела закрыть лицо руками, чувствуя, как ветки раздирают в кровь руки. Ей повезло. Огромный кусок стены, когда-то загораживающий сад, рухнул в метре от нее, едва не придавив ноги. При всем желании сама бы она его не сдвинула. Теперь в воздухе летали уже не прошлогодние листья с ветками, а камни и огромные куски вывороченного мерзлого грунта. Оставалось скорчиться под завалом из жимолости и надеяться, что голова останется целой. Несколько камней стукнуло по ноге, но заросли кустов смягчили удар, и кость выдержала. 
Ей казалось, что каменный дождь длился целую вечность, но, когда грянул гром – отовсюду, с неба и даже из-под земли, то поняла, что между тем, когда ее швырнуло в кусты, и когда обрушилась садовая стена, едва ли промелькнуло мгновение. И сразу стало ясно, что настоящий страх только сейчас сжал ее в объятиях, а прежде ей только казалось, что она боится. 
Грохот продолжался долго. Она уже насчитала двести ударов сердца, а мир вокруг продолжал бушевать и разрывать ее голову адским громом – то ритмичным, то полным хаоса. Когда Дэйра осмелилась поднять глаза, то подумала, что это туман, живущий в городских трущобах, поднялся к подножию королевского замка: блеклое зимнее небо Майбрака заволокло гигантскими черными клубами пыли. Ветер тщетно пытался их разогнать, но место прежних тут же занимали новые темные шары, из которых сыпалась земля и каменистая крошка.