Сага о халруджи. Компиляция. Книги 1-8 (СИ)

Сегодня в «Черном Святом» было на редкость пусто. Привыкнув к новому окружению, Арлинг вскоре догадался о причине. В полукруглой зале не было нарзидов, которые являлись завсегдатаями кормы. Хозяин Джаль уважал традиции и, когда унаследовал закусочную от отца, сохранил для них дешевую выпивку. Мелкие торговцы, ремесленники, наемники и случайные люди, типа Арлинга, составляли остальных посетителей кормы, которые при всех достоинствах и недостатках заведения ценили его за один важный для всех обычай – здесь никогда не задавали вопросов.
Познакомившись с кормой через имана, который любил сладости и часто заходил полакомиться знаменитым ореховым рулетом Джаля, Арлинг впервые в жизни почувствовал себя «своим», с тех пор как покинул Согдарию. Редкие кучеяры-завсегдатаи называли его просто Слепым, и никогда не интересовались его происхождением и причиной, почему он стал халруджи. К тому же, в корме всегда можно было узнать последние новости и слухи. Достаточно было выбрать удачное место и внимательно слушать.
На толстых подушках за низкими столиками сидело всего несколько торговцев и пара ремесленников. Какой-то старик спал на диване у входа. По обычаям кучеяров, после трапезы рекомендовалось немного полежать на спине, чтобы не злить духов. На заднем дворе жарили барашка и кур на вертеле. Почувствовав дразнящий аромат мяса, Арлинг сглотнул слюну и опустился на свободную подушку. Рядом кто-то ел чечевицу с рисом, обильно сдобренную чесноком и лимоном. Смесь долгое время казалась халруджи несъедобной, но, поняв, что другие блюда местной кухни отличались еще более несовместимыми ингредиентами, он смирился. С другой стороны зала пахло кофе и разбрызганными благовониями – мускусом и гвоздикой, чьи запахи служили символом гостеприимства. Редкие посетители неспешно переговаривались о торговле, жаре, долгах, родственниках – обо всем, что входило в повседневную жизнь обычного балидетца, ни словом не упоминая о таинственном Маргаджане.
Арлинг улыбнулся и раскинул руки в приветствии. К нему навстречу спешил Джаль, хозяин кормы. Когда-то кучеяр пролил себе на ноги раскаленное масло, и с тех пор хромал. Халруджи не стоило большого труда узнать его особую походку.
Горячо обняв Регарди, Джаль подтянул еще одну подушку и уселся рядом, тем самым, оказывая гостю большую честь. Хозяин кормы садился за один стол не с каждым посетителем. От кучеяра пахло ореховой пастой, фисташками и мукой. Наверное, приход Арлинга оторвал его от приготовления излюбленного лакомства балидетцев – хабов, крошечных пирожных, вкуснее которых Регарди еще ничего не пробовал.
Год назад Арлинг спас его младшую дочь, которая упала в колодец, и с тех пор Джаль искал случая отблагодарить халруджи, порой чрезмерно опекая его заботой. Впрочем, у всех были свои причуды, а бесплатная чашка чая всегда была приятна.
К ним тут же подбежала служанка в шароварах и подоткнутой юбке, которая принесла таз, кувшин с узким горлышком и мыло. Регарди не собирался есть, но с удовольствием окунул пальцы в прохладную воду. Ощутив плавающие на поверхности лепестки жасмина, Арлинг улыбнулся и кивнул хозяину, показывая, что оценил его внимание.
После обмена любезностями и традиционного расспроса о здоровье родственников и путешествии Арлинга, оба расслабились, наслаждаясь прохладой и чудесными ароматами благовоний.
– Ты должен отведать моего вина из инжира и анисовой настойки, – гордо произнес Джаль. – Я приготовил его по рецепту одного заезжего купца полгода назад. Оно пришлось по вкусу всей Гильдии. Подумываю о том, чтобы поставлять его в Фардос, а может даже в Самрию.
Тут Джаль осекся.
– В лучшие времена, конечно.
– Спасибо, дружище, – Арлинг похлопал его по руке, прислушиваясь к шуму на улице. – Твое вино всегда прекрасно, но сегодня ограничусь чашкой аракоса.
Джаль развел руки в стороны, показывая, что желание гостя для него закон, и крикнул, чтобы принесли самого холодного аракоса, какой есть в погребе. Терпкий напиток из солодового корня и сыворотки давно пришелся Регарди по вкусу, к тому же, он не оставлял сильного послевкусия, что было для него важно.
 
– Надеюсь, что не отвлекаю тебя от важных дел. Первый раз в Мерве за десять месяцев, не мог пройти мимо.
– Не смей так говорить! – замахал руками Джаль. – У меня есть помощник Наджиб, вот пусть и работает. А то он только спать умеет, да с мужчинами заигрывать.
Аракос принесли быстро, и кучеяр плеснул несколько капель в свою чашку, показывая, что напиток не отравлен – еще один жест гостеприимного хозяина.
– Ты устало выглядишь, халруджи. Да и бледен, словно год провел в темнице, а не в пустыне. Уж не подцепил ли какую болезнь в Хорасоне? Тамошние девицы славятся своими подарками.
Арлинг засмеялся и поднял чашку за здоровье хозяина.
– Благодарю за заботу, Джаль, но разве ты не знаешь, что нам, калекам, жрицы любви недоступны? Не хотелось бы мне быть поротым публично на городской площади.
– Брось, меня не проведешь. Во-первых, ты не калека, а во-вторых, если бы захотел, то свое получил, я тебя знаю. Тут дело в другом, верно? Признайся, какая-нибудь черноглазая красотка уже заняла твое сердце? Я давно подумываю о том, чтобы сосватать за тебя мою младшую дочь. К тому времени как она подрастет, твое служение, наверняка, закончится. Сколько лет ты уже у Сейфуллаха?
– Три, – ответил Арлинг, мечтая сменить тему.
– Как быстро летит время, – покачал головой Джаль. – Я говорил тебе, что брат моего деда был халруджи?
– Нет. А кому он служил?
– Одному купцу из Шибана. Его освободили от службы поздно, лет через тридцать, но он по-прежнему сопровождал караваны своего бывшего хозяина. Так оба и сгинули в Карах-Антаре, все искали сказочное царство на востоке, о котором деды рассказывают. Кстати, молодежь думает, что Маргаджан оттуда.
– А ты, Джаль, так не считаешь, верно?
Хозяин кормы рассмеялся и щелкнул себя по правому плечу – жест иронии, который обожали все кучеяры.
– Маргаджан – хитрый черт. Он хорошо знает нас, наши обычаи и веру. Этим и пользуется. И еще он знает, что Империя сейчас слишком слаба, чтобы попытаться отбить Балидет. Я не сомневаюсь, что он легко завоюет Сикелию. Но, прежде всего, он драган, Арлинг, как и ты. А драганов на востоке нет, это точно. Гильдия считает, что он мятежный принц Дваро, но я слышал, что младший отпрыск Гедеонов слишком слаб здоровьем, чтобы возглавить такой поход. Ты ведь, кажется, раньше жил в Согдиане? Может, встречал этого принца?
– Нет, – улыбнулся Арлинг, стараясь расслабиться. – Но даже если бы и встречал, сейчас вряд ли бы вспомнил. А что говорят о нарзидах? Как-то странно с ними получилось. Кто-нибудь видел, куда их увели?
– Раньше у меня работало двадцать нарзидов, – тяжело вздохнул Джаль. – Сейчас приходится нанимать кучеяров, а они просят не по одной монете в день, а по десять. Но знаешь, кому я сейчас не завидую? Отцу твоего господина. Владельцы шелковичных полей скоро потерпят серьезные убытки, ведь сезон сбора не за горами. Хотя… Сегодня вечером Маргаджан собирает балидетскую знать, думаю, у него есть, что им предложить. Он старается понравиться городу, это видно. Вчера объявил о неделе праздников в честь освобождения от согдарийского гнета. А толпе ведь только и надо – сытно поесть да повеселиться. Он хорошо подготовился, этот Маргаджан. Куда и зачем он уводит нарзидов, никто не знает. Выводит за городские ворота – и все.
– А следить не пробовали? Может быть, с охотничьих башен видно?
– Что ты! Головы разведчиков, которых посылала Гильдия, давно гниют на площади. А от башен толку никакого. Уже несколько дней в оазисах Мианэ бушует самум. Бури никогда не подходили к Балидету так близко. Ничего не видать – ни Мианэ, ни полей, ни войска Маргаджана, хотя оно точно никуда не девалось. Его люди – или демоны, которые могут дышать песком, или хитрецы, которые знают о самумах больше, чем мы, а этого не может быть. Но правда в том, что каждый день они уходят в бурю вместе с нарзидами, а возвращаются одни. Знаю, о чем ты думаешь. Да, ходят слухи, что они поклоняются черным богам, а нарзидов скармливают самуму в обмен на услуги демона-бога. Ведь, когда они подошли к городу, разыгралась такая буря, что наши лучшие стрелки чувствовали себя, как беспомощные младенцы. Но вот что я скажу. Не вериться мне во всю эту чертовщину. И чем больше думаю над этим, тем больше уважаю этого Маргаджана. Если разобраться, вот что получается. Балидет хоть и построен в таком месте, где самумов не бывает, но раз в тысячелетие и на пальмах розы цветут. Сильные бури еще старуха Зерге год назад предсказывала, да ей тогда никто не поверил. Маргаджан тоже мог о них знать и хорошо подготовиться. Он использовал наши страхи и победил. А нарзиды… Здесь причина любая может быть. Скорее всего, правда проста до смешного. К примеру, кровная месть. Я слышал, вы, драганы, злопамятны. Какой-нибудь нарзид оскорбил его женщину, вот он и режет теперь всех без разбору. Если керх убил твою жену, пойди в ближайшее племя и вырежи всех от стариков до младенцев. Так учил меня отец.