Запутанное озлобленное сердце (ЛП)
Когда мы спустились вниз, я написал Джули, что сижу с ребенком, но мы можем встретиться завтра вечером. Проходя мимо журнального столика, я увидел раскрытый блокнот для эскизов и остановился, чтобы посмотреть. Я повернул блокнот за уголок, чтобы не размазать рисунок. Это был набросок лица Скай. Она смотрела вдаль с задумчивым выражением лица и перебирала пальцами прядь волос. Джейн нарисовала портрет.
Подбородок Скай лег мне на плечо.
— Мне нравится, как этот ребенок видит меня.
Я улыбнулся.
— Она так чертовски талантлива, это просто нереально. — Скай отодвинулась. — Этот набросок — только верхушка айсберга. — Она повернулась ко мне и сунула свой телефон мне в лицо. — Ее художественный проект для школы.
Я удивленно моргнул, увидев 3D структуру деревянных коробок разного размера. Они составляли нечто, что казалось городским пейзажем. На каждой коробке был набросок лица. Знакомые лица. С самыми разными выражениями они передавали множество эмоций.
— Это городской пейзаж комиков и комедийных актеров, а затем актеров и писателей, известных более серьезными ролями. Она нарисовала их с выражениями, противоположными тем, которыми они известны. Комики грустны и задумчивы. Писатели смеются или влюблены. Предполагается, что это художественная дискуссия о том, как лица теряются в городе, и из-за этого мы не знаем, кто такие люди на самом деле, пока не найдем время посмотреть на них по-настоящему.
Мои брови коснулись линии роста волос, и Скай широко улыбнулась.
— Ей четырнадцать, — напомнила она мне.
Иногда я не мог разобраться в дружбе Лорны и Джейн. Джейн выглядела зрелой и склонной к самоанализу, нехарактерному для своего возраста. Лорна, конечно, была амбициозной и умной, но одновременно, более чем поверхностна.
Мой телефон зажужжал, отвлекая внимание от рисунка Джейн. Я плюхнулся на большой диван в гостиной-кухне открытой планировки и открыл текст.
Это так мило))
Я вздохнул. Значит, это отказ от завтрашней встречи?
Мой телефон снова звякнул.
Не могу завтра. Ужин с друзьями родителей, фу-у. Встретимся в школе на 1 час раньше понедельника? Я сделаю так, чтобы это того сто
яило ;)Жар опалил мой пах от ее намека.
Ты понял.
Я бросил свой телефон на диван, чувствуя себя немного лучше из-за того, что пропустил сегодняшний секс. Судя по всему, Джули стоила того, чтобы подождать.
Интересно, свободна ли завтра вечером Бетани? Я потянулся за своим телефоном, чтобы написать ей.
— Переписываешься со всеми своими дамами? — поддразнила Скай, натягивая легкий свитер.
Я пожал плечами.
Она вздохнула.
— Только не разбивай никому сердца, Джейми. Поверь мне, ты не хочешь быть таким парнем.
Раздраженный намеком, я нахмурился.
— Они знают условия. Я никогда не даю никаких обещаний.
Взяв свою сумочку и ключи с кофейного столика, Скай уставилась на меня своим фирменным взглядом старшей сестры.
— Я знаю, тебе всего шестнадцать, и не хочу, чтобы у тебя были слишком серьезные отношения с кем-либо, когда ты так молод... но могу я спросить, есть ли причина, по которой ты не заинтересован встречаться только с одной девушкой?
Я не хотел заводить этот разговор.
Не сестры, а душегубы.
— Скай, — простонал я.
— Это просто вопрос.
— Да, такой вопрос задают друг другу сестры... не… Парни так не разговаривают. — Я раздраженно махнул рукой между нами.
Она рассмеялась.
— Некоторые парни так и делают. Наличие чувств не делает тебя менее мужественным. Или ты просто набираешь случайные слова на своем ноутбуке по ночам?
Я поежился от ее допроса.
Так что, ладно, у меня было много гребаных чувств, и их я вкладывал в свои истории. Это было совсем другое дело. Надеясь, что если я отвечу, Скай уйдет, я выдавил из себя слова:
— Дело не в том, что мне не интересно встречаться с одной девушкой.
— Серьезно?
— О, Господи, — фыркнул я. — Разве этого недостаточно?
— Нет.
— Мне шестнадцать. — Я снова взмахнул рукой, книга в мягкой обложке в моей руке чуть не выпала. — Я еще не встречался с ней. Конец истории.
— А кем уже познакомился?
Сестроубийство тоже является преступлением, верно?
— С девушкой, которая заставляет меня хотеть перестать валять дурака с другими девушками. А теперь, пожалуйста, не могли бы мы закончить этот разговор?
Сестра выглядела самодовольной.
— Я знаю, что писатель должен быть тайным романтиком. Но помни, нет необходимости связывать свою жизнь с чьей-то другой слишком рано. Играй на поле так долго, как можешь, но делай это безопасно. Предохраняйся и не будь мудаком. — На этой раздражающей ноте она неторопливо направилась к двери. — Закажи еду на вынос. Не забудь сначала спросить девочек, чего они хотят.
— Да, конечно.
— И, спасибо тебе.
— Ты у меня в долгу.
— Я знаю.
Я оторвал взгляд от своей книги.
— И удачи с сегодняшней встречей.
Моя старшая сестра широко улыбнулась, слегка помахала мне рукой и вылетела за дверь.
Иногда было трудно иметь старшую сестру, с которой все твои друзья хотели бы заняться сексом, старшую сестру, которая всегда вмешивалась в мои дела, и старшую сестру, которая не знала, когда оставить меня в покое.
Но я бы не променял Скай ни на какую другую сестру в мире.
Фыркая и качая головой, я раскрыл свою книгу и попытался забыть, что Скай заблокировала мне член сегодня вечером.
Некоторое время спустя у меня заурчало в животе. Было так заманчиво просто заказать пиццу и не спрашивать Лорну и Джейн, чего они хотят, но тогда Лорна будет гундеть весь вечер. Поэтому, стоило приложить усилия, чтобы подняться по лестнице и спросить, просто чтобы избежать ее нытья.
Я уже не слышал музыку, пока почти не добрался до двери спальни Лорны. Они уменьшили громкость, чтобы поговорить. Знание того, как много болтали Лорна и Джейн, было одной из причин, по которой я не хотел заводить подружку. Я не был уверен, что отношусь к тому типу парней, которые мирятся с бесконечной женской болтовней.
— Это правило номер два, — услышал я, как огрызнулась Лорна.
Ее стервозный тон заставил меня остановиться. Я не хотел разговаривать с ней, когда она была в подобном настроении. Я любил свою младшую сестру, но большую часть времени она мне не нравилась. И по барабану, если это делало меня мудаком. Скай неоднократно говорила мне, что Лорна вырастет из своего дерьмового дерьма и превратится в классного человека, которого я однажды смогу назвать другом. Ага, как же!
— Это не правило номер два, — ответила Джейн своим тихим голосом, но со сталью в словах. Ее тон удивил меня.
— Нет, это так, — возразила Лорна. — Мы должны поддерживать то, что нравится подруге, и прикрывать друг друга.
— Мы также не должны поддерживать то, что не нравится другим. Мне не нравится Грета. Она задира. У меня нет времени на драчунов. — Джейн не повысила голос, но в нем снова зазвучала сталь.
Собираясь постучать я замер, когда Лорна заорала:
— Это просто вечеринка. И меня тошнит от того, что меня не включают ни в какой движ, потому что ты ребенок!
Я нахмурился. Господи, моя младшая сестра была занудой.
— Я не ребенок. — Я услышал дрожь в голосе Джейн. — Мне просто не хочется дружить с людьми, которые ругают друг друга за спиной и не знают, что означает слово «верность», даже если Гуччи выпустит сумку с напечатанным на ней словом. Мне не нужно быть популярной, чтобы быть счастливой. Я не овца.
Мои брови поползли вверх. Кто этот ребенок?
— Ты называешь меня овцой?
— Если обувь подойдет.
Я захотел дать пять Джейн Доу немедленно!
— По крайней мере, я не сиротка-аутсайдер! Никто, кроме меня, не хочет общаться с тобой, Джейн. Подумай об этом, прежде чем скажешь что-нибудь еще, о чем можешь пожалеть.