Запутанное озлобленное сердце (ЛП)

Несмотря на крупный штраф, который пришлось заплатить Олдериджу, на его счета по-прежнему капали деньги. По словам Джейми, они обеспечивали ему безопасность, пока он находился за решеткой. Он платил самым крутым сукиным детям в тюрьме, чтобы они прикрывали его спину.
Но Джейми держал ухо востро, и какой-то псих, который пытался угрозами выманить деньги у Олдериджа, решил его подставить. Джейми наблюдал. Ждал. И в итоге получил заточку.
Впервые в жизни мне захотелось закричать на него. Он чуть не умер! И вот тогда-то все и выяснилось. В тюрьме у него были враги. Как бы это ни било по самолюбию и гордости, ему нужна была защита. Защита через заточку в живот или страшная жизнь в камере.
К счастью, Джейми выздоровел, и его риск оправдался.
Оказалось, что Ирвин Олдеридж не из тех, кто оставляет долги неоплаченными. Из рассказов Джейми у меня сложилось впечатление, что Олдеридж искренне симпатизировал ему. У них оказались общие интересы, они были образованными людьми и заядлыми читателями. Они проводили много времени вместе, чтобы поддержать друг друга в здравом уме. Джейми не говорил об этом, но я знала, что в тюрьме он был свидетелем отвратительных вещей.
Здесь была не только изоляция и несправедливость.
Тюрьма – проклятое место.
В тот четверг я нетерпеливо ждала в кабинке в комнате для свиданий, отчаянно желая увидеть Джейми. Он вошел в комнату в сопровождении охранника, и постоянно живущая боль в груди немного отступила.
Сказать, что я скучала по Джейми, было преуменьшением.
Я потеряла всех МакКенна, и хотя Кэсси была хорошим другом, моей семьи больше не было. Иногда мне казалось, что я просто выполняю свои ежедневные функции. Теряю время, пока Джейми не выйдет из тюрьмы.
Он выглядел усталым. Я улыбнулась, его взгляд упал на мою ямочку, и его суровое лицо немного смягчилось.
— Решил сегодня не бриться? – поддразнила я его в трубку.
Он почесал заросшую щетиной челюсть длинными пальцами с большими костяшками. Как же мне не хватало его рук.
— От этого я выгляжу старше, нет?
Я усмехнулась.
— И очень сексуально.
Его глаза слегка блеснули.
— Ты очень сексуальна.
Мои щеки вспыхнули. Я скучала по сексу с Джейми.
Еще я скучала по его смеху. Я скучала по тому, как лежала рядом с ним ночью, пока он спал. Я просыпалась, когда он писал, и на цыпочках выходила из комнаты, чтобы не потревожить его. Я скучала по тому, как он смотрел на меня, как будто это я заставляла мир вращаться. Как будто я была солнцем, волнами и луной.
Я скучала по его шепоту: «Я люблю тебя, Доу».
Я скучала по ощущению его рук. По тому, как объятия Джейми заставляли чувствовать себя в безопасности. Чувствовать себя любимой и нужной.
Но больше всего я скучала по сексу с Джейми.
Я скучала по голоду в его глазах. По тому, как он обнажал зубы, когда трахал меня. По тому, как шептал мое имя на моих губах, когда занимался со мной любовью.
Я скучала по Джейми.
— Как ты? — спросила я, как всегда.
— Хорошо, — как всегда ответил он, — как дела?
Я поведала ему о скучных мелочах своей жизни. По крайней мере, для меня это было скучно, но Джейми, похоже, нравилось слушать мою болтовню. Я рассказала о том, как мой друг Том узнал, что Кэсси встречается с парнем на пятнадцать лет старше. Том оказался чертовски ревнив. За последний год он несколько раз приглашал Кэсси на свидания, но она каждый раз отказывала. И теперь он знал, что это из-за этого возрастного пожарного по имени Кэл.
Я была единственной, кто знал, что она встречалась с Кэлом с первого курса. Учитывая, что когда они только начали встречаться, ей было восемнадцать, а ему тридцать три, они держали эти отношения в секрете. Но чем дольше длились их отношения, тем больше друзей узнавали о них, и теперь это уже не было секретом. В общем, Том был недоволен.
— Я думаю, Кэсси боится, что Том кому-нибудь расскажет. Кэл может потерять работу.
Джейми наморщил лоб.
— Ей девятнадцать.
— Да, но люди могут осуждать такую разницу в возрасте. Он боится, что его выставят чуть ли не педофилом.
 
По правде говоря, Кэсси солгала Кэлу о своем возрасте, когда они впервые встретились. К тому времени, как он понял, что ей всего восемнадцать, он уже был влюблен в нее.
Джейми медленно кивнул, но нахмурился.
— Ты давно не упоминала о Девине.
У меня свело живот. Когда на первом курсе Девин пригласил меня на свидание, Джейми был спокоен. Он никогда не был неуверенным или собственником. Ему и не нужно было быть таким. Я любила его, и он это знал.
Так что мы с Девином просто дружили.
По моему мнению, мы были хорошими друзьями.
Вот почему, когда полтора месяца назад он последовал за мной в туалет на вечеринке, я не ожидала такого поворота событий. Он был пьян. Сказал, что любит меня, и что мне нужно быть с тем, кто не собирается тянуть меня вниз, как Джейми. Я сказала Тому, чтобы он убирался. Что он не знает, о чем говорит.
И он решил поцеловать меня, чтобы доказать, что я не права.
Кэсси уговорила меня пойти на курсы самообороны сразу после вынесения приговора Джейми. И слава богу, что уговорила.
Девин был слишком сильным, слишком крупным, и я поначалу была так занята тем, что пыталась дышать во время поцелуя и справиться с паникой, что только через минуту поняла, что он засунул руку мне под юбку. Меня охватила ярость. Я изо всех сил схватила его за запястье и вывернула его, а затем вывела Девина из строя быстрым ударом по яйцам.
Кэсси хотела убить его и могла бы, если бы я не отговорила ее.
Я просто пошла в полицию и обвинила Девина в нападении.
Ему лишь дали по рукам, так как это было мое слово против его. Он солгал полицейским, что произошло недоразумение. Потом он попытался извиниться передо мной, но ни ужасный момент в ванной, ни то, что он выставил меня лгуньей, уже не забыть.
Я вычеркнула его из своей жизни, и большинство наших друзей сделали то же самое. Стать изгоем в обществе было своего рода наказанием.
Чего я не сделала, так это не рассказала Джейми.
Больше года назад я приняла решение рассказать ему о дневниках Скай. Выбор, который я никогда бы не сделала, если бы могла предвидеть будущее.
Я знала, что Джейми будет противостоять Стедману, но все равно рассказала ему.
Я была частично виноватой, что Джейми оказался за решеткой.
Кэсси пыталась меня образумить, и, конечно, я понимала, что во всем виноват Фостер Стедман, но не могла избавиться от чувства вины.
Джейми нахмурился.
— Ну? Почему ты не упомянула Девина? — Его щеки покраснели, прежде чем я успела ответить. — Между вами что-то произошло? Ты трахалась с ним?
Я быстро моргнула, и от шока трубка выскользнула у меня из рук.
Неужели Джейми, мой Джейми, действительно спросил меня об этом?
— Ты издеваешься надо мной? — Я даже не могла поднять голос выше шепота.
В его взгляде появилась какая-то наглость, так сильно напомнившая мне пятнадцатилетнего Джейми. Он наклонился вперед, опираясь на локти, глаза потемнели от ревности.
— Тебе нравится секс, Джейн. Что я должен думать, что ты делаешь там без меня? Особенно когда ты больше не упоминаешь о Девине? А я знаю, когда ты что-то недоговариваешь. Ты очень странно себя повела, когда я назвал его имя.
— Значит, я трахаюсь с ним? — Слезы ярости заблестели в моих глазах. — Потому что мне нравится секс? — На лице Джейми мелькнула неуверенность, и он тяжело сглотнул. — Ну? — Я посмотрела на него с оскорбленным негодованием. — Мне нравится секс с тобой. Чувствуешь разницу? То, что ты даже предполагаешь обратное, вызывает у меня желание ударить тебя коленом по твоим яйцам. — Его дыхание стало более поверхностным, и он зашевелился от волнения. Но я не могла оставить такое обвинение без внимания. — Что же ты молчишь? Ты думаешь, я бы тебе изменила?
— Разве это измена, если меня не будет рядом ближайшие пять-семь лет?
— Да, — огрызнулась я. — Я твоя. А ты мой. Это никогда не изменится. Какого черта, по-твоему, я там делаю? — Я жестом указала за спину. — Моя жизнь в неопределенности, Джейми. Это даже не жизнь. Это просто потеря времени в ожидании, пока ты выйдешь.