Запутанное озлобленное сердце (ЛП)

Радость захлестнула меня такой волной блаженства и облегчения, что слезы затуманили глаза.
— Ты уже там, Джейми. Ты уже давно там.
Покатилась слеза, и Джейми выругался под нос, стерев ее большим пальцем, и обхватил ладонями мое лицо.
— Я такой идиот. — Его голос стал хриплым, он поцеловал меня. И целовал так, словно я была кислородом. — Прости меня, — молил он между поцелуями, — прости меня за то, что я так медленно соображаю.
Я засмеялась ему в губы.
— В конце концов, у тебя получилось. Только это и важно.
Мы целовались до тех пор, пока мои губы не опухли. Джейми сжал меня за бедра и уперся своей эрекцией в мой живот.
— Нам нужно остановиться. — Он отстранился, задыхаясь. — Пока мы не зашли слишком далеко.
— Может быть, я и хочу зайти слишком далеко.
— Нет. — Он покачал головой. — Нет, пока тебе не исполнится восемнадцать.
— Почему?
— Я не хочу торопить тебя. Я хочу, чтобы все было правильно.
Его челюсть упрямо сжалась. Со стоном разочарования он отпустил меня и отошел к двери.
— Выходи первой. — Он жестом указал на свою эрекцию в джинсах. — Мне нужна минутка.
Меня охватила слабость, и я не хотела его покидать.
— У меня здесь твой подарок. — Я протянула его ему. — Может быть, это даст тебе возможность... остыть.
Джейми улыбнулся и взял сверток в руки.
— Это было в груде внизу. Я знаю, потому что положил на него глаз с тех пор, как Лорна забрала его у тебя. — Это взволновало меня и заставило еще больше нервничать в ожидании его реакции. — Почему сейчас он здесь?
— Когда я увидела, как ты целуешь блондинку, вдруг поняла, что если ты откроешь, то наверняка догадаешься, что ты для меня значишь, и тогда тебе станет меня жаль.
— Во-первых, это она поцеловала меня. И если бы ты задержалась подольше, ты бы увидела, как я оттолкнул ее.
Я рассмеялась над его издевкой, и мое беспокойство ослабло.
— Хорошо.
— А во-вторых, — Джейми шагнул в мое личное пространство, впившись глазами в мои глаза, — я никогда не буду сожалеть или переживать о том, что у тебя есть ко мне чувства. Совсем наоборот.
— Теперь я это понимаю, — поддразнила я в ответ.
Кивнув, Джейми опустил глаза на подарок. Затем с изнурительной медлительностью открыл его. Достал немного потрепанную книгу «Я — легенда» и поднял бровь.
— Открывай.
Когда он открыл, то напрягся при виде подписи автора.
— Это первое издание с автографом?
— Да.
Он перевел на меня взгляд, и мое дыхание перехватило от выражения голода на его лице.
— Тебе нравится? —прошептала я.
— Это лучший подарок, который я когда-либо получал. — Он аккуратно положил книгу на раковину, а затем бросил на меня игривый взгляд. — А теперь я снова твердый.
Мой смех оборвался, когда Джейми внезапно опустился на колени.
— Что ты делаешь?
— Я хочу сказать тебе спасибо.
Я ахнула, когда он задрал мое платье до талии, а затем пальцами зацепил мои трусики.
— Может, нам лучше вернуться на вечеринку? Люди заметят.
— Да пошли они.
Джейми стянул мои трусики, и я вышла из них. Он смотрел на меня, наблюдая, как я дрожу от ощущения его рук, ласкающих мои бедра, прежде чем ненавязчиво раздвинул их. Я расставила шире ноги, делая неглубокие вдохи.
Глаза Джейми опустились на ложбинку между моими бедрами. Он застонал, а затем его рот оказался на мне, и я забыла обо всем на свете.
Был момент, когда елозя по его рту и отдаваясь наслаждению, я подумала, не является ли это началом чего-то, что мы не сможем контролировать.
И должно ли это меня пугать?
Возможно.
Но Джейми МакКенна казался мне слишком чертовски хорошим и слишком чертовски правильным, чтобы я могла беспокоиться о чем-то еще.
  
ГЛАВА 6
 
ДЖЕЙМИ
Девятнадцать лет
Простое движение карандаша Джейн по бумаге сводило с ума. Кто бы мог подумать, что позирование для портрета может оказаться таким сексуальным?
Джейн сидела на стуле у моего стола, ее взгляд метался по моему телу и опускался к блокноту в ее руке. Она карандашом выводила линии моего тела. В ее взгляде пылал азарт, от которого мне стало жарко.
 
— Разве это не объективизм? — поддразнил я.
— Это искусство, — ответила Джейн, ее губы подергивались от удовольствия.
— Я не уверен, что мне нужно оставаться в одних боксерах, чтобы рисунок получился.
Наши глаза встретились, и кровь, заставлявшая мое сердце колотиться, быстро хлынула на юг. Я хотел предложить Джейн перебраться ко мне на кровать, но мы встречались всего шесть недель, и отсутствие секса уже стало для меня испытанием.
— Ты прекрасен, — прошептала Джейн, и я понял, что она говорила серьезно. — Линии твоего тела прекрасны. Я хочу смотреть на них бесконечно.
Она хотела видеть их полностью.
Это я настоял на том, чтобы не снимать боксеры. Нам нужны были какие-то границы, иначе я бы потерялся. А это было именно то, чего хотела моя застенчивая со всеми (но не такая уж и застенчивая наедине со мной) сексуальная девушка.
— Будет лучше, если ты снимешь боксеры, — сказала Джейн.
Видите?
Я усмехнулся и покачал головой.
— А если Лорна вернется домой? Будет трудно объяснить, почему я позволяю тебе рисовать меня голым.
— Будет трудно объяснить, почему ты позволяешь мне рисовать тебя полуголым, — возразила она.
Ради мира и для того, чтобы мы узнали друг друга как парень и девушка до начала семейной третьей мировой войны, мы держали наши отношения в секрете от всех. Правда заключалась в том, что мы не хотели иметь дело с Лорной. Однако я не знал, как долго еще смогу выносить этот секрет. Прошел всего месяц, и тех небольших моментов времени, которые мы выкрадывали, когда у меня не было тренировок, а у Лорны были, очень быстро стало недостаточным.
— Хм. — Джейн прикусила конец карандаша, ее взгляд метался между мной и рисунком.
— В чем дело?
— Не могу правильно изобразить твой левый сосок.
— Проблемы с сосками, да? — усмехнулся я.
Джейн послала мне улыбку, от которой у меня затрепетало в животе. Чертов трепет. За последние несколько недель я открыл для себя Джейн с новой стороны. Она была тихой, сдержанной, немного застенчивой, да... но не в сексе. Со мной она становилась раскованной. Джейн было достаточно только взглянуть на меня, как смотрела сейчас, и мой член становился твердым.
Мы не занимались фактически сексом. Я твердо решил подождать, пока Джейн не исполнится восемнадцать. Но мы занимались другой ерундой, и Джейн была такой страстной и возбуждающей, что я сходил с ума.
Продержаться еще восемь месяцев... ну, с таким же успехом можно планировать продержаться десять лет.
Джейн положила блокнот на стол, затем встала, пересекла комнату и подошла ко мне. Мой взгляд гулял по ее телу. На ней были джинсовые шорты и футболка, и это возбуждало меня не меньше, чем сексуальное белье.
— Джейн... — прохрипел я. — Что ты делаешь?
— Мне нужно посмотреть поближе. — Она поставила колено на кровать и поползла ко мне на четвереньках.
Блядь.
Ее цитрусовый аромат будоражил меня. Джейн прижала руку к моей груди и слегка толкнула.
В ответ я лег на спину с уже твердым членом.
Затем она устроилась на мне, упираясь задницей прямо в мою эрекцию.
Я с шипением вдохнул, а Джейн опустила веки и издала легкий стон.
— Джейн. — Я обхватил ее бедра, наполовину желая оттолкнуть, а наполовину прижать ее к себе.
— Давай посмотрим, — пробормотала она, наклонив голову к моему соску. Провела большим пальцем по нему, и я дернулся. Затем поцеловала его, проведя языком по соску.
— Блядь. — Мои пальцы впились в ее бедра, и я толкнул ее на себя.
Дыхание Джейн прерывалось, она принялась извиваться и тереться об меня.
— Блядь, блядь. — Я схватил ее за бедра и попытался поднять, но Джейн не сдвинулась с места. Я посмотрел на нее снизу вверх. — Тебе нужно слезть с меня.