Собрание сочинений в 15 томах. Том 1.

Вдруг раздался сильный удар в дверь гостиной, оттуда донесся пронзительный крик, потом все смолкло.
– Эй! – воскликнул Тедди Хенфри.
– Эй! – раздалось в распивочной.
Мистер Холл усваивал происходящее медленно, но верно.
– Там что-то неладно, – сказал он, выходя из-за стойки и направляясь к двери гостиной.
Он и Тедди вместе подошли к двери с напряженным вниманием на лицах. Взгляд у них был задумчивый.
– Что-то неладно, – сказал Холл, и Хенфри кивнул головой в знак согласия.
На них пахнуло тяжелым запахом химикалиев, а из комнаты послышался приглушенный разговор, очень быстрый и тихий.
– Что у вас там? – быстро спросил Холл, постучав в дверь.
Приглушенный разговор круто оборвался, на минуту наступило полное молчание, потом снова послышался громкий шепот, после чего раздался крик: «Нет, нет, не надо!» Затем поднялась возня, послышался стук падающего стула и шум короткой борьбы. И снова тишина.
– Что за черт! – воскликнул Хенфри вполголоса.
– Что у вас там? – снова поспешно спросил мистер Холл.
Викарий ответил каким-то странным, прерывающимся голосом:
– Все в порядке. Пожалуйста, не мешайте.
– Странно! – сказал Хенфри.
– Странно! – сказал Холл.
– Просят не мешать, – сказал Хенфри.
– Слышал, – сказал Холл.
– И кто-то фыркнул, – добавил Хенфри.
Они продолжали стоять у дверей, прислушиваясь. Разговор в гостиной возобновился, такой же приглушенный и быстрый.
– Я не могу, – раздался голос мистера Бантинга. – Говорю вам, я не хочу.
– Что такое? – спросил Хенфри.
– Говорит, что не хочет, – сказал Холл. – Кому это он – нам, что ли?
– Возмутительно! – послышался голос мистера Бантинга.
– Возмутительно, – повторил мистер Хенфри. – Я ясно это слышал.
– А кто сейчас говорит?
– Вероятно, мистер Касс, – сказал Холл. – Вы что-нибудь разбираете?
Они помолчали. Разговор за дверью становился все невнятней и загадочней.
– Кажется, скатерть сдирают со стола, – сказал Холл.
За стойкой появилась хозяйка. Холл стал знаками внушать ей, чтобы она не шумела и подошла к ним. Это сейчас же пробудило в его супруге дух противоречия.
– Чего это ты там стоишь и слушаешь? – спросила она. – Другого дела у тебя нет, да еще в праздничный день?
Холл пытался объясниться жестами и мимикой, но миссис Холл не желала понимать. Она упорно повышала голос. Тогда Холл и Хенфри, сильно смущенные, на цыпочках подошли к стойке и объяснили ей, в чем дело.
Сначала она вообще отказалась признать что-либо необыкновенное в том, что услышала. Потом потребовала, чтобы Холл замолчал и говорил один Хенфри. Она была склонна считать все это пустяками, – может, они просто передвигали мебель.
– Я слышал, как он сказал «возмутительно», ясно слышал, – твердил Холл.
– И я слышал, миссис Холл, – сказал Хенфри.
– Так это или нет… – начала миссис Холл.
– Тсс! – прервал ее Хенфри. – Слышите – окно?
– Какое окно? – спросила миссис Холл.
– В гостиной, – ответил Хенфри.
Все замолчали, напряженно прислушиваясь. Невидящий взор миссис Холл был устремлен на светлый прямоугольник трактирной двери, на белую дорогу и фасад лавки Хакстерса, залитый июньским солнцем. Вдруг дверь лавки распахнулась и появился сам Хакстерс, размахивая руками, с вытаращенными от волнения глазами.
– Держи вора! – крикнул он и бросился бежать наискось к воротам трактира, где и исчез.
В ту же секунду из гостиной донесся громкий шум и хлопанье затворяемого окна.
Холл, Хенфри и все бывшие в распивочной гурьбой выбежали на улицу. Они увидели, как кто-то быстро кинулся за угол по направлению к проселочной дороге и как мистер Хакстерс совершил в воздухе сложный прыжок, закончившийся падением. Толпа гуляющих застыла в изумлении, несколько человек подбежали к нему.
Мистер Хакстерс был без сознания, как определил склонившийся над ним Хенфри. А Холл с двумя работниками из трактира добежал до угла, выкрикивая что-то нечленораздельное, и они увидели, как Марвел исчез за углом церковной ограды. Они, должно быть, решили, что это и есть Невидимка, внезапно сделавшийся видимым, и пустились вдогонку. Но не успел Холл пробежать и десяти шагов, как, громко вскрикнув от изумления, отлетел в сторону и, ухватившись за одного из работников, грохнулся вместе с ним наземь. Он был сбит с ног, совсем как на футбольном поле сбивают игрока. Второй работник обернулся и, решив, что Холл просто оступился, продолжал преследование один; но тут и он свалился так же, как Хакстерс. В это время первый работник, успевший встать на ноги, получил сбоку такой удар, которым можно было бы свалить быка.
 
Он упал, и в эту минуту из-за угла показались люди, прибежавшие с лужайки, где происходило гулянье. Впереди всех бежал владелец тира, рослый мужчина в синей фуфайке. Он очень удивился, увидев, что на дороге нет никого, кроме трех человек, нелепо барахтающихся на земле. В ту же секунду с его ногой что-то случилось, он растянулся во всю длину и откатился в сторону, прямо под ноги следовавшего за ним брата и компаньона, отчего и тот распластался на земле. Все бежавшие следом спотыкались о них, падали кучей, валясь друг на друга, и осыпали их отборной руганью.
Когда Холл, Хенфри и работники выбежали из трактира, миссис Холл, наученная долголетним опытом, осталась сидеть за кассой. Вдруг дверь гостиной распахнулась, оттуда выскочил мистер Касс и, даже не взглянув на нее, сбежал с крыльца и понесся за угол дома.
– Держите его! – кричал он. – Не давайте ему выпустить из рук узел! Пока он держит этот узел, его можно видеть!
О существовании Марвела никто не подозревал, так как Невидимка передал тому книги и узел во дворе. Вид у мистера Касса был сердитый и решительный, но в костюме его кое-чего не хватало; по правде говоря, все одеяние его состояло из чего-то вроде легкой белой юбочки, которая могла бы сойти за одежду разве только в Греции.
– Держите его! – вопил он. – Он унес мои брюки! И всю одежду викария!
– Я сейчас доберусь до него! – крикнул он Хенфри, пробегая мимо распростертого на земле Хакстерса и огибая угол, чтобы присоединиться к толпе, гнавшейся за Невидимкой, но тут же был сшиблен с ног и шлепнулся на дорогу в самом неприглядном виде. Кто-то тяжело наступил ему на руку. Он взвыл от боли, попытался встать на ноги, снова был сшиблен, упал на четвереньки и наконец убедился, что участвует не в погоне, а в бегстве. Все бежали обратно. Он снова поднялся, но получил здоровый удар по уху. Шатаясь, он повернул к трактиру, перескочив через забытого всеми Хакстерса, который к тому времени уже очнулся и сидел посреди дороги.
Поднимаясь на крыльцо трактира, мистер Касс вдруг услышал позади себя звук громкой оплеухи и яростный крик боли, покрывший разноголосый гам. Он узнал голос Невидимки. Тот кричал так, словно его привела в бешенство неожиданная острая боль.
Мистер Касс кинулся в гостиную.
– Бантинг, он возвращается! – крикнул он, врываясь в комнату. – Спасайтесь! Он сошел с ума!
Мистер Бантинг стоял у окна и мастерил себе костюм из каминного коврика и листа «Западно-сэрейской газеты».
– Кто возвращается? – спросил он и так вздрогнул, что чуть не растерял весь свой костюм.
– Невидимка! – ответил Касс и подбежал к окну. – Надо убираться отсюда. Он дерется как безумный! Прямо как безумный!
Через секунду он был уже на дворе.
– Господи помилуй! – в ужасе воскликнул Бантинг, не зная, на что решиться.
Но тут из коридора трактира донесся шум борьбы, и это положило конец его колебаниям. Он вылез в окно, наскоро приладил свой костюм и пустился бежать по улице со всей скоростью, на которую только были способны его толстые, короткие ножки.
Начиная с той минуты, как послышался разъяренный крик Невидимки и мистер Бантинг пустился бежать, уже невозможно установить последовательность в ходе айпингских событий. Быть может, первоначально Невидимка хотел только прикрыть отступление Марвела с платьем и книгами. Но так как он вообще не отличался кротким нравом, да еще случайно угодивший в него удар окончательно вывел его из себя, он стал сыпать ударами направо и налево, колотить всех, кто попадался под руку.