Вспоминая голубую Землю (ЛП)
Джеффри мило улыбнулся. - И к чему ты клонишь?
- Линь Вэй и Юнис были лучшими подругами. Вот к чему я клоню.
- О, - сказал он.
- Юнис никогда не была Паном, ни на каком формальном уровне, но эта связь существовала на протяжении всей ее карьеры. Паны были активными сторонниками чего-то под названием Окулар. - Она сделала глоток вина. - Ты слышал об этом?
- Напомни мне.
- Окулар стал первым шагом на пути к колонизации экзопланет. Телескоп, достаточно большой, чтобы запечатлеть особенности поверхности планеты, похожей на Землю, за пределами нашей Солнечной системы. Что ж, они его построили - почти. Проект развалился на полпути, и это стало началом большой размолвки между Линь и Юнис.
Интерес Джеффри, казалось, возрастал. - Что случилось?
- Трудно сказать, кроме того, что это как-то связано с Меркурием. Именно там они собирали детали для телескопа и запускали их в космос. Мы помогали с поставкой материалов и ноу-хау. Правда, обед был не бесплатным: Юнис и Лин, возможно, и были подругами, но это был бизнес. Но Паны не платили нам напрямую. В обмен на наши услуги семья Экинья получила поддержку своего собственного стартапа на Меркурии.
- Какого рода предприятие?
- Вот тут-то все и становится мутным. Я член семьи, и даже я не могу докопаться до сути того, что пошло не так. - Санди не смогла удержаться и понизила голос: это был бессмысленный, но неизбежный ответ. - Мы построили там объект, подключенный к той же солнечной энергосистеме, которую Паны использовали для своей установки по сборке и запуску Окулара. То, что мы делали в этом учреждении... ну, это нелегко выяснить. Прикрытием были исследования в области физики, что в некотором роде имеет смысл: мы занимались проектированием двигательной установки, и потребовалось бы много энергии, чтобы сделать что-либо стоящее в этой области. Но, похоже, это была всего лишь дымовая завеса.
- Хотел бы я, чтобы моя семья была хотя бы вполовину такой интересной, - сказал Джитендра. Он принес с собой пластиковые украшения и складывал их в маленькие загадочные конфигурации вокруг влажного круга, оставленного его кружкой.
- Поверь мне, - сказала Санди, - тебе действительно не нужна такая интересная семья, как наша.
- Дымовая завеса? Для чего? - спросил Джеффри.
- Для плохих машин, - сказала Санди. - Искусственных интеллектов. Как та, что залезла мне в голову, когда я упала в ту дыру. Ничего не доказано, но похоже, что мы использовали наши средства и ресурсы для переправки контрабандных изделий на Меркурий, под носом у властей, в целях повторного проектирования и дублирования. Убедившись, что мы будем впереди планеты всей, если и когда умные головы ослабят ограничения на исследования искусственного интеллекта.
Ее брат погладил пальцем свой подбородок. - Сколько из этого - догадки?
- У Линь Вэй были свои собственные подозрения, поэтому она вела некоторый шпионаж против нас, - сказала Санди. - Внедрила промышленных шпионов в нашу организацию, узнала об исследованиях ИИ. Это было началом плохого предчувствия: мы не только солгали о своих намерениях, но и разрабатывали мыслящие машины. Излишне говорить, что Линь Вэй восприняла это как серьезное личное оскорбление. Она имела право: это было предательством дружбы и доверия всей ее жизни. Тем временем умные головы проводили свое собственное расследование. Они приблизились к Меркурию, намереваясь провести принудительную проверку.
- Что случилось?
- К тому времени, когда они ворвались в здание, оно было разгромлено. Преднамеренная диверсия, чтобы скрыть любые доказательства преступления. В то время сильно воняло; повредило нам и Панам, но и те, и другие пришли в норму. Окулар был единственной реальной жертвой. Из-за разрыва отношений между Экинья и Панами проект остался незавершенным. - Санди кивнула в неопределенном направлении потолка, на лунную породу и вакуум над их головами. - Он все еще там, все еще собирает данные, просто не так широко, как они планировали.
- И какова мораль этой истории? - спросил Джеффри.
- Только то, что мы уже в постели с Панами, брат. Возможно, сейчас никому не нравится говорить о браке, но историю не изменишь.
- Что бы ни задумала Юнис, это не имеет никакого отношения ни ко мне, ни к моим слонам.
- Нет, но это может иметь какое-то отношение ко мне, - сказала Санди. - Может быть, они знают о Юнис что-то такое, чего я не могу узнать ни от кого другого.
Что-то промелькнуло в глазах Джеффри. - Так вот почему мы должны обедать с Чамой и Глебом.
Санди сдержала свое раздражение. Она так мало требовала от Джеффри: почему, хотя бы раз в жизни, он не мог представить себе картину в целом? - Они всего лишь второстепенные игроки, брат. У них нет ключей ко всем секретам Панов. Но если мы поможем им, возможно, они смогут найти кого-то еще, кто поможет нам. Это взаимность.
- Тот визит в зоопарк произошел не просто так, под влиянием момента, не так ли?
Санди заметила, как Чаму и Глеба подвели к столу, и они наклонились под низко свисающими поручнями и шкафчиками с оборудованием, прикрученными болтами к тому, что теперь было потолком, но когда-то было просто еще одной пригодной для использования поверхностью МКС. Санди и Джитендра подвинулись, чтобы освободить место для работников зоопарка.
Чама наклонился и взял Джеффри за руку. - Рад снова тебя видеть! - сказал он, широко улыбаясь.
Джеффри ответил на рукопожатие, но его ответ был суровым. - Я тоже рад тебя видеть.
На Глебе больше не было лабораторного халата, а Чама избавил карманы своего жилета от кое-чего из их более объемистого содержимого. В остальном они не сильно изменились со времени встречи в зоопарке.
- Итак, Джитендра, - весело сказала Санди, в то время как Чама и Глеб уткнулись в меню напитков, - есть новости о Юнис?
- Санди... - сказал Джеффри.
На ее лице застыло озадаченное выражение. - Что?
- Я не уверен, что это то, что нам действительно следует обсуждать на публике.
- Чама и Глеб уже рассказали нам о своей собственной работе, - сказала Санди. - Самое меньшее, что мы можем сделать, это отплатить вам тем же, не так ли?
- Верно, - сказал Джеффри, бросив на нее взгляд, который дал ей понять, что именно он думает по этому поводу.
Чама поднял голову. - Мы не хотим создавать никакой неловкости.
- Мой брат имеет в виду какой-то семейный бизнес, а не государственную тайну, - сказала Санди. - И я не думаю, что будет какой-то вред от того, что ты узнаешь об этом.
Джитендра неловко улыбнулся. - Может быть, у меня что-нибудь есть. Возможно. Пока тебя не было, я решил разнюхать о Пифагоре, посмотреть, что смогу найти. Разрешение изображения не идеальное - на этой части Луны недостаточно публичных глаз, чтобы обеспечить беспрепятственный охват. Что является небольшой проблемой, если пытаться провести какое-нибудь любительское расследование...
- Чего мы не делаем, - твердо сказал Джеффри.
- Но это обнадеживает в другом смысле, - продолжил Джитендра, - поскольку подтверждает то, что мы подозревали с самого начала: любые следы, оставленные Юнис в 2059 году, за это время не были потревожены. - Он просиял, восхитительно довольный собственной сообразительностью. - Ну, они были и остались.
Он отодвинул в сторону приправы, собрал цветные самоцветы в кучку и выложил на стол прямоугольное изображение. Оно было заполнено серебристо-серой, песчаной, глубоко затененной местностью высокоширотного лунного ландшафта. Пересеченное и снабженное координатами изображение, должно быть, было снято с какого-нибудь высоколетящего спутника.
- Крупный план внутренней части кратера Пифагор, с отметкой времени около восьми недель назад, - сказал Джитендра. - Достаточно недавний для наших целей.
- Ты нашел место крушения? - спросила Санди.
- Это и многое другое. - Он переплел пальцы и хрустнул костяшками. - Позвольте мне увеличить изображение для вас.
- Точка крушения чего? - спросил Глеб.