Вспоминая голубую Землю (ЛП)

- Нам ясно, что эти животные значат для тебя безумно много, - сказал Гектор. - В этом нет ничего такого, чего тебе следовало бы стыдиться.
- А я не стыжусь.
- Тем не менее, - сказал Лукас, - появилась возможность для взаимной деловой сделки. В обмен на выполнение относительно простой задачи, которая не повлечет за собой ни личного риска, ни затрат твоего времени, превышающих несколько дней, мы были бы готовы выделить дополнительные дискреционные средства...
- Значительные средства, - сказал Гектор, прежде чем Джеффри успел заговорить. - В течение следующего года столько же, сколько семья пожертвовала за последние три. Это сильно изменило бы твою работу, не так ли? - Он бросил затененный полями взгляд в сторону "Сессны". - Я не специалист по экономике такого рода операций, но полагаю, что это сделало бы вполне осуществимым наем одного или двух помощников, и еще осталось бы достаточно средств на новое оборудование и ресурсы. И это тоже не было бы разовым повышением. При соблюдении обычных сдержек и противовесов нет причин, по которым его нельзя было бы продлевать в дальнейшем, год за годом.
- Или даже увеличить, - сказал Лукас, - если будет представлено достаточно убедительное обоснование.
Джеффри не мог сразу отклонить предложение об увеличении финансирования, независимо от того, какие условия были к нему привязаны. К черту гордость, он в долгу перед стадом.
- Чего ты хочешь?
- Возник вопрос, представляющий интерес только для семьи и требующий соответствующего тактичного ответа, - сказал Лукас. - Тебе нужно было бы отправиться в космос.
Он уже догадался, что это как-то связано с Юнис. - В Зимний дворец?
- Вообще-то, - сказал Лукас, - на поверхность Луны.
- Почему не можешь пойти ты?
Гектор обменялся улыбкой со своим братом. - В переходный период важно создать впечатление нормальности. Ни у Лукаса, ни у меня нет серьезных дел на Луне.
- Тогда наймите кого-нибудь постороннего.
- Вмешательство третьей стороны сопряжено с неприемлемыми рисками, - сказал Лукас, останавливаясь, чтобы оттянуть воротник рубашки там, где он прилипал к коже. Как и Гектор, он был мускулистым и значительно выше Джеффри. - Вряд ли мне нужно добавлять, что ты Экинья.
- Мой брат имеет в виду, - сказал Гектор, - что ты той же крови, и у тебя есть кровные узы на Луне, особенно в секторе, управляемом Африкой. Если тебе нельзя доверять, то кому можно?
Джеффри задумался на несколько секунд, стараясь выдать как можно меньше. Пусть оба манипулятора немного поварятся, гадая, заглотнет ли он наживку.
- Это дело на Луне - о чем мы говорим?
- Незавершенный проект, - сказал Гектор.
- Какого рода? Я ни на что не соглашусь, пока не узнаю, о чем идет речь.
- Несмотря на сложность состояния Юнис и ее дел, - сказал Лукас, - проведение нашего аудита и юридической экспертизы прошло без неожиданностей. Проверки не выявили ничего, вызывающего беспокойство, и уж точно ничего такого, что могло бы вызвать вопросы за пределами круга ближайших родственников.
- Однако есть коробка, - сказал Гектор.
Джеффри поднял руку, чтобы прикрыть глаза от солнца. - Какого рода?
- Банковская ячейка, - сказал Лукас. - Тебе знакома эта концепция?
- Тебе придется мне это объяснить. Поскольку я всего лишь скромный ученый, все, что связано с деньгами или банковским делом, полностью находится за пределами моего понимания. Да, конечно, я знаю, что такое депозитная ячейка. Где она?
- В банке на Луне, - сказал Гектор, - название и местонахождение которого мы сообщим, как только ты отправишься в путь.
- Тебя беспокоят скелеты.
Уголок рта Лукаса дернулся. Джеффри задавался вопросом, не делает ли шунт эмпатии его необычайно склонным к буквальному мышлению, неспособным видеть дальше метафоры.
- Нам нужно знать, что в этой ячейке, - сказал он.
- Это простая просьба, - сказал Гектор. - Полетишь на Луну за наш счет. Откроешь ячейку. Выяснишь ее содержимое. Доложишь об этом домашним. Ты можешь уехать завтра - в лифте Либревиля есть свободное место. Ты будешь на Луне через три дня, твоя работа будет выполнена через четыре. И тогда ты волен делать все, что тебе заблагорассудится. Поиграй в туриста. Навести Санди. Расширь свои...
 
- Горизонты. Да.
Выражение лица Гектора омрачилось от тона Джеффри. - Я что-то не то сказал?
- Не бери в голову. - Джеффри помолчал. - Знаете, я не могу не восхищаться вами обоими. Год за годом я приползал на четвереньках, прося дополнительного финансирования. Я просил и одалживал, отстаивая свою правоту перед стеной безразличия, не только у своих матери и отца, но и у вас двоих. В лучшем случае я получаю символическую прибавку, как раз достаточную, чтобы заткнуться до следующего раза. Тем временем семья тратит целое состояние на ремонт духовой трубы, даже не ставя меня в известность об этом, и когда тебе действительно нужна услуга, ты внезапно находишь все эти деньги, которые можешь бросить к моим ногам. Ты хоть представляешь, каким ничтожеством я себя чувствую из-за этого?
- Если ты предпочитаешь, чтобы размер поощрений был сокращен, - сказал Лукас, - это можно устроить.
- Я беру с тебя за каждый юань. Если вы достаточно сильно хотите, чтобы это было сделано, я сомневаюсь, что вы начнете со своего самого высокого предложения.
- Не переходи границы дозволенного, - сказал Гектор. - Мы могли бы с таким же успехом обратиться к Санди с той же просьбой.
- Но вы этого не сделаете, потому что считаете Санди анархисткой на грани, которая тайно замышляет крушение всей общесистемной экономики. Нет, я - ваша последняя надежда, иначе вы бы не пришли. - Джеффри собрался с духом. - Итак, давайте обсудим условия. Я хочу пятикратного увеличения финансирования исследований, привязанного к инфляции и гарантированного на следующее десятилетие. Ничто из этого не подлежит обсуждению: либо мы соглашаемся на это здесь и сейчас, либо я ухожу.
- Отклонение предложения сейчас, - сказал Лукас, - может оказаться невыгодным, когда поступит следующий раунд финансирования.
- Нет, - мягко сказал Гектор. - Он высказал свою точку зрения, и он прав, ожидая гарантий. Были бы мы на его месте, повели бы себя по-другому?
Лукаса явно подташнивало, как будто мысль оказаться на месте Джеффри вызывала у него легкую тошноту. Это была первая человеческая эмоция, которой удалось прорваться через шунт эмпатии, - подумал Джеффри.
- Наверное, ты прав, - согласился Лукас.
- Он Экинья - у него все еще есть инстинкт торговца. Согласны ли мы с тем, что условия Джеффри приемлемы?
Кивок Лукаса был настолько неохотным, насколько это было возможно.
- Мы все запечатлели этот разговор в памяти? - спросил Гектор.
- Каждую секунду, - сказал Джеффри.
- Тогда пусть это будет обязательным. - Гектор протянул руку, которую после минутного колебания пожал Джеффри, а затем Лукас. Джеффри моргнул, представив, как они трясутся.
- Не смотри на это как на рутинную работу, - сказал Гектор. - Смотри на это как на перерыв в рутине. Я знаю, тебе это понравится. И тебе будет полезно навестить свою сестру.
- Мы бы, конечно, попросили тебя воздержаться от какого-либо обсуждения этого вопроса с твоей сестрой, - сказал Лукас.
Джеффри ничего не сказал и никаким видимым образом не подтвердил сказанное Лукасом. Он просто повернулся и ушел, оставив кузенов стоять там.
Матилда все еще присматривала за своими подопечными. Она посмотрела на него, издала низкий звук, не совсем угрожающий, но выражающий легкое слоновье недовольство, затем вернулась к осмотру участка земли перед собой, отбрасывая хоботом грязь и камни в сторону в беспорядочной, нерешительной манере человека, который совершенно забыл, зачем они вообще затеяли это принципиально бессмысленное дело.
- Прости, Матилда. Я не просил их приходить сюда.
Конечно, она его не понимала. Но он был уверен, что ее раздражали приход и уход странно пахнущих незнакомцев и их надоедливая, пронзительно воющая машина.