Беременна в расплату (СИ)

— Отлично, мы берем вот это, — наконец заканчивает пытку примерками Фатима.
С облегчением переодеваюсь.
— Невеста какая-то нерадостная, — язвительный комментарий Сони.
Ей явно поперек горла то, что я в центре внимания. Хотя я бы с огромным удовольствием поменялась с ней местами.
Надежда одергивает ее, что-то шепчет на ухо.
Наконец все заканчивается, и мы возвращаемся в особняк.
Ночью лежу в постели, чувствуя абсолютное опустошение. Даже слез не осталось. Пришло четкое осознание проигрыша.
Другого выхода нет.
Утро начинается с суеты. Меня собирают, красят, наряжают. Женщины воркуют надо мной, напевая что-то нежное, говорят о ночи хны.
Я не понимаю этих обычаев. Попала в совершенно другой мир.
Как можно справиться со всем этим?
За завтраком снова удается пересечься с отцом.
— Зачем столько приготовлений, я не понимаю?
— Мне это тоже не понять, дочь. Возможно, жене Ахмада нравится этим заниматься. Если честно, плевать. Отнесись к этому, как к спектаклю.
— И когда он закончится?
— Я сделаю все, чтобы это произошло как можно скорее.
Мне страшно…
Глотаю эти слова. Они ничего не изменят, но причинят боль родному человеку.
**
— Повернитесь пожалуйста, я застегну платье, — просит незнакомая женщина. Долго возится с крючками.
Наконец меня поворачивают к зеркалу.
Смотрю равнодушно на свое отражение.
— Вам не нравится? По-моему, великолепно!
Пожимаю плечами.
Платье сидит идеально. Скроенное мастерской рукой, облегает фигуру. В то же время закрытое, скромный минимальный вырез. Обычно наряды невест куда более откровенны. Подол очень пышный, как облако.
Дальше возятся с прической, что-то плетут, укладывают, добавляют искусственные белые цветы.
Теперь из зеркала на меня смотрит настоящая невеста.
И в то же время насквозь фальшивая.
Горький комок в горле, подкатывают слезы.
— Нет, нет, только не плакать, дорогая невеста, — командует женщина, занимающаяся макияжем. — Не уничтожайте мой труд, умоляю.
**
Вот сама свадьба. Нас с Давидом сажают за длинный стол, накрытый золотой скатертью. Много гостей, звучит восточная музыка. Ни слова не понимаю в том, что нам говорит специальный мужчина, регистрирующий нас. Вроде бы. Может это спектакль?
Но так много гостей. Цветов, убранства. Оркестр. Кто станет тратиться ради фарса?
Мне переводят слова, которые я должна повторить.
Никак не выходит унять дрожь в руках. Когда наконец мы поднимаемся из-за стола, голова начинает кружиться, кажется вот-вот упаду. Рука Давида крепко обхватывает мою талию.
Сразу же нервно дергаюсь в сторону.
— Успокойся, — цедит сквозь зубы. — Скоро все закончится.
Давида отвлекает мужчина, подошедший с поздравлениями. Пользуясь моментом, сбегаю. Нахожу отца. Стараюсь держаться рядом с ним. К сожалению, Соня тоже здесь.
— И снова ты кислая аки лимон. Выходишь замуж за такого красавца, богатый, говорят мэром назначили. Все равно не довольна, посмотрите на нее. Ты не беременна случаем?
— Нет, ничего такого.
— Да? Странно. Это бы объяснило скоропостижную свадьбу.
— Успокойся, Сонь. Хватит твоих издевок, — строго одергивает отец. — Есения за учебу переживает.
— Ой, да зачем ей эта учеба? — отмахивается. — Кажись тебя муж ищет. Эй, Есень, я тебе говорю!
Вздрагиваю. Муж. Такое странное слово, применимое ко мне!
И правда в этот момент вижу в толпе гостей Байратова. Наши взгляды встречаются, и я тут же поспешно отворачиваюсь.
— Сюда идет, — хихикает Соня. — У тебя такой вид, будто сбежать хочешь.
Очень хочу! Всей душой!
Я ведь понятия не имею, что будет дальше. Вдруг Давид из постели не будет выпускать? От этой мысли перед глазами начинает все плыть, а в горле пересыхает.
Ненавижу его! Как можно жить с ненавистью? Сколько придется играть роль? Мне никто не говорит…
— Соня, оставь Есению в покое, — удивительно, за меня вступается мачеха. — А ты поменьше жертву изображай. Давид очень интересный и красивый мужчина.
— Да, ты кстати будешь бросать букет невесты? Постарайся в мою сторону.
 
Я понятия не имею, будет ли тут подобная традиция.
От необходимости отвечать меня избавляет Байратов, который как раз подходит ко мне.
— Идем, надо подойти к хозяину особняка.
— Ой, а я думала тут все вам принадлежит, — не может промолчать сестра.
— Вы ошиблись. Мне далеко до такого богатства.
Я даже благодарна Давиду за такой ответ. Надеюсь, Соне хоть немного полегчает, не будет мучиться завистью.
Хотя завидовать абсолютно нечему. Близость Байратова душит меня. Угнетает.
Он берет меня под руку, ведет к главным организаторам кошмара. Нарядно одетая Фатима вся блестит и переливается. Словно надела все лучшее сразу. Рядом Ахмад в белом смокинге.
— Вот и молодые. Какая у нас красивая невеста. Загляденье.
Смотрит на меня с явным удовольствием. Похоже, ожидая от меня восторгов и благодарностей, а у меня язык прилипает к небу. Ни слова не могу выдавить.
— Все шикарно, Ахмад, — произносит Байратов довольно лаконично.
— Танец с невестой, — неожиданно хозяин дома берет меня за руку.
Смотрю беспомощно на Давида. Тот пожимает плечами и берет руку Фатимы.
Одобрительный гул прокатывается среди гостей, все наблюдают за нами. Медленно кружимся по танцполу. Старик ведет уверенно. Держит крепко. Прижимает к себе слишком плотно, я отклоняюсь насколько могу. Напряжение в спине нестерпимо.
Ищу глазами вторую пару. Давид и Фатима беседуют, улыбаются друг другу.
— Ты должна быть послушной и тихой. Поняла? Никаких сюрпризов. Давиду предстоит серьезная работа. Не мешай ему.
— Лучший способ не мешать — остаться. Пусть один работает, кем угодно.
— Не демонстрируй свою глупость, Есения. Ты будешь при муже. Пока он не решит, что ты больше не нужна. Поняла? Только он это может решить, и никто больше.
Мое лицо пылает, пока слушаю это «напутствие», больше похожее на ультиматум.
Наконец музыка останавливается и Ахмад меня отпускает.
  
Глава 11
 
Не успеваю сбежать, рядом снова оказывается Байратов.
— Ты слишком явно даешь понять, насколько тебе все отвратительно, — произносит, наклонившись ко мне.
— Я должна оправдываться за отсутствие актерских способностей? — парирую грубо.
Наши взгляды скрещиваются. В его глазах вспыхивает темный огонь, который пугает меня. Хочется оказаться как можно дальше, но в следующий момент Давид притягивает меня к себе. Грубо, с напором нападает на мои губы. Практически лишает дыхания. Когда отпускает — у меня с трудом получается удержаться на ногах! Все тело сотрясает мелкая дрожь.
— Ненавижу тебя, — шиплю себе под нос.
— Я всего лишь проявил актерские способности, — произносит холодным тихим тоном. — Раз уж ты вынуждаешь стараться за нас обоих. Да, не стоит противоречить Ахмаду. Человек потратился на нашу свадьбу.
— Я его не просила об этом!
Осекаюсь, увидев, что к нам идет Соня.
— Давид, хотела еще раз поздравить вас. Надеюсь, моя сестра сделает тебя счастливым, — воркует слащавым голосом.
— Обязательно, да, дорогая? — рука Байратова обвивает мою талию.
Теперь это будет постоянно? Маленькая картонная жена, которую будет доставать как только понадобится? Неизменно прилепленная улыбка, покорность? Что за ужасная судьба?
— Не понимаю, как так получилось, что мы только на днях познакомились, — продолжает утолять любопытство Соня.
Наверное, сестра теперь будет ненавидеть меня еще сильнее. У нас с самого начала были непростые отношения. Соня считает себя красоткой, а меня всегда обзывала синим чулком. За то что я равнодушна к косметике и модным шмоткам.
— Извините, кажется меня отец зовет, — высмотрев папу в толпе спешу к нему. Единственному родному человеку. Скоро нас разлучат, и я хочу быть рядом с ним любую свободную минуту.