Хозяйка хрустального замка (СИ)
— А вы ничего не забыли? Например, спросить меня о том, хочу ли я замуж… — развела руками девушка. — Что за бред вообще?
— Решение члена королевского дома не ставят под сомнение! — заявил принц и грозно взглянул на Энни. — А я решил — ты будешь моей женой.
— Серьёзно? И, как же вы меня заставите? — приподняв брови, спросила девушка.
— Есть один верный способ. — загадочно улыбнулся Дарэн и сдул с ладони прямо ей в лицо блестящий желтый порошок. — Вот так! — уверенно заключил он, наблюдая, как чародейка медленно оседает на пол пещеры. — Сонная пыльца всегда выручает!
Последнее, что увидела Энни то, как красивый смуглый эльф, легко подняв её, прижал к своей груди, и нашёптывая что-то на своём непонятном языке, шагнул в кромешную темноту.
— Не думал, что это будет так просто… — раздался ещё один голос, когда принц достиг следующей пещеры.
— Ты прав, девчонка оказалась на редкость доверчивой и глупой. — ответил довольный парень, ещё крепче стискивая ношу в руках. — Никогда не понимал красоты этого странного народа, но посмотри на неё, Дагад, кажется, это самое милое существо, которое мне доводилось видеть.
— Хм… Если бы не её маленькие, совершенно невыразительные уши, можно было бы сказать, что она красотка. Хотя, ваше высочество предпочитает куда более утончённую красоту, на сколько мне известно. — ответил вооружённый до зубов эльф.
— Не вздумай ляпнуть этого при ней! — косо взглянул на собеседника принц. — Теперь эта белокожая чародейка — часть моей жизни, и я даже тебе не позволю хотя бы одним словом, обидеть её. Ты мой напарник и друг, Дагад, поэтому до сих пор не носишь тору раба, как того требует твоё происхождение, но всё равно, при ней лучше веди себя, как подобает.
— Конечно, ваше высочество, как вам будет угодно! — чуть заметно поклонился, облачённый в чёрный кожаный плащ эльф, и первым шагнул на крутую лестницу, ведущую вниз.
Медленно продвигаясь по узкому проходу, мужчины были настолько осторожны, что ни одна крыса, поселившаяся в скальных коридорах, не слышала, как они ступали. Не потревожили эльфы и летучих мышей, которые указали путникам вход в пещеру, которая, подобно большому червю, рассекала тайными ходами всю скалистую стену вдоль и поперёк. Но, так, как стена была когда-то возведена сильнейшими магами, вход её был зачарован и каждый день появлялся в другом месте. А если учесть громадные размеры скал, как в длину, так и в высоту, отыскать вход самостоятельно было практически нереально.
— Странное место… — пробурчал Дагад. — Надеюсь, выйдем мы там же, где и вошли, в противном случае потеряем ещё пару-тройку дней на поиски своих коней. Если их, конечно, за это время никто к рукам не приберёт, ну или не сожрёт.
— Хватит ныть. — упрекнул эльфа друг. — Ты мне напоминаешь вечно недовольного отца…
— Думаешь, он будет рад, если ты привезёшь в долину Стареха ещё одну чародейку? — скосил глаза парень, и они едва заметно сверкнули в темноте коридора холодным голубоватым огоньком.
— Ему придётся смириться и отдать всю власть в мои руки. — не задумываясь ответил принц. — Он знает, что стал слаб. А эта малышка поделится со своим мужем частью силы, и это позволит мне одолеть упрямого предка.
— Это ты здорово продумал, но что дальше? Куда направимся, когда покинем эти гостеприимные каменные стены? Сразу в Старех?
— Нет, рано. Думаю, к гномам тоже пока лучше не соваться, да и демоны вряд ли будут рады видеть двух дроу, а вот наивные самулеки наверняка начнут расспрашивать двух уставших путников о дальних землях и кровавых боях, чудесах магии и любовных приключениях. — чуть задумавшись, выдал Дарэн. — Вряд ли они обратят внимание на мою вечно сонную невесту. Пару дней потешим их баснями о её побеге из-под венца со мной, а на третий они сами предложат связать наши с ней судьбы — слишком уж любят эти чудики устраивать торжества.
— Да уж, они ещё и праздник непременно закатят! — хохотнул Дагад. — Причём, даже не подозревая, что тем самым подписали себе смертный приговор.
Глава 21
Скалистая стена — граница Белой лагуны.
— Так ему, Глюк, ты просто супер-дракон! — подбадривал друга пушистый комок, опасаясь всё же подлетать близко к двум разъярённым хищникам.
Ну, как хищники? Глюк, например, во всех отношениях белый и пушистый — питается исключительно растительной пищей. А что жрёт этот страшила цвета сгоревшей земли, грох не знает, но подозревает самое худшее. Он вообще впервые увидел это чудовище, и теперь очень переживал за друга.
— Чародейка моя! — ревел чёрный, стараясь расцарапать Глюку брюхо. Но, как и у чешуйчатого дракона, у того под оперением находятся прочные костяные пластины, поэтому, кроме выдранных перьев, защитник не пострадал.
— Ошибаешься! Я защитник и не отдам её никому! — прорычал белый дракон и с новой силой кинулся на соперника, пытаясь оттеснить того к пропасти.
Но чёрный ничем не уступал защитнику, а по размерам и кровожадности, скорее, даже превосходил. Только внешний вид незнакомого зверя никак не мог испугать воинственно настроенного Глюка.
— Тианделу не одолеть демонов, глупец! — прорычал незнакомец и, поняв, что белый не отступится, взмахнул кожаными крыльями и взмыл в воздух.
Как и полагается настоящему стражу, Глюк последовал за ретировавшимся драконом, провожая незваного гостя до самой дальней границы. Туда, где Тиандел встречается с Чёрными горами, щедро испещрёнными Чёрными пещерами — обителью демонов.
— Так значит в Чёрных пещерах всё ещё есть драконы?! — изумлённо выдал, оседлавший Глюка грох, увидев, скрывшегося в том направлении зверя. — Странно…
— Да, странно то, что за долгие столетия никто никогда не видел его. По крайней мере за пределами Чёрных пещер. — согласился с ним Глюк, поворачивая назад. — Теперь нужно более тщательно оберегать чародейку, желающих заполучить её будет всё больше и больше.
— Глюк… Чародейка! Мы ведь совсем забыли о ней. — закричал грох, распушившись до небывалых размеров.
— Что? Где ты спрятал её от этого монстра? — ускоряясь, спросил Глюк. — Не чувствую, чтобы ей угрожала смертельная опасность…
— Ты думаешь, он, — малыш повернулся в сторону удаляющегося дракона, — хотел убить хозяйку? Вот уж сомневаюсь…
— Ты прав, мой маленький пушистый друг, её наверняка хотят использовать в собственных интересах. Она — самое верное оружие, как против врагов, так и для защиты от них. А значит, её захотят украсть.
— О-о… Надеюсь, на отвесной скале, где я видел её в последний раз, нет ни одного вражеского лазутчика… — протараторил грох, затаив дыхание.
— Кхе… Где? — поперхнулся дракон.
— Святое рыльце, а ты знаешь, какая она смелая?! — воодушевлённо восклицая, сменил тему грох. — Она, ведь, как только увидела чёрного дракона, так сразу и сиганула со скалы.
Глюк вытаращил глаза и вовсе закашлялся. Ему представился полёт чародейки со скалы и её неминуемая гибель.
— Она что, разбилась? — завизжал Глюк, с испугу выпустив перед собой большое облако пара. — Да что же я за защитник-то такой? Не успел спасти маленькую бедную девчонку. Что же я теперь скажу правителю Тиандела и оракулу? Всё, жизнь моя окончена… — причитания дракона разносились над округой, создавая в скалистых просторах громкое, раскатистое эхо. — Не будет мне жизни, после смерти чародейки!
— Да хватит тебе реветь, живая она! — пытаясь перекричать завывания Глюка, сообщил фамильяр, и когда дракон услышал и удивлённо икнул, продолжил. — Она же не хуже мартышки по скалам лазает. Представляешь, вцепилась в камни и ну, карабкаться вниз. Я сначала испугался было, но, услышал, как она сама себя успокаивает, понял — наша девочка — самая сильная! Да она, она знаешь какая!
— Жива? — обрадовался Глюк. — Да я, да я больше никогда от неё на расстояние двух взмахов крыльев не отлечу! Да я знаешь каким защитником стану!.. Да обо мне ещё легенды слагать станут!
— Ишь ты, как раздухарился-то, пернатый. — хохотнул белый комочек. — Вот она тебе сейчас задаст за то, что ты нас одних оставил!