Факультет Чар. ЧарФак (СИ)

— Да, слышу. И я тоже плачу, — честно ответила я, — но тогда откуда тут столько Босых? За кого они болеют?
— Да ни за кого и за всех сразу! — отмахнулся Дин, опасно высовываясь из-за камней и наклоняясь, словно пытаясь разглядеть кого-то знакомого в толпе внизу. Затем он быстро вскинул голову вверх и внимательно посмотрел на яркие звезды, принюхался и без труда определил время. — Сейчас закончилась первая пара и прошел большой обеденный перерыв. Босые наелись до отвала в тавернах гномов и пришли сюда поглазеть, поорать и сделать ставки. Слишком много нас полегло в этих пещерах, достаточно для того, чтобы ни одна босая лапа туда больше не ступала. Вон, видишь, сколько имен выцарапано на Стене памяти? Ни одного свободного клочка нет!
Ну у Дина и зоркий глаз — как у орла! Я же, естественно, с такой высоты ничего не видела — даже саму Стену памяти, и потому решила, что имена без вести пропавших были выцарапаны где-то у входа в пещеру Драконьей горы, рядом с исполинскими каменными клыками.
Наконец, мои расшатанные нервы сдали — невозможно было на голодный желудок долго слушать смачное причмокивание Дина и аппетитный, похожий на звук ломающегося крекера, хруст темных голов гусениц.
— Тут где-нибудь можно нормально поесть? — тихо спросила я, и быстрее, чем он смог снова предложить мне свою закуску из сушеных насекомых, добавила, — фу! Но не гусениц и не мышей. А овощей и фруктов: я, кажется, травоядный тролль.
Дин осмотрел меня с ног до головы, словно я подцепила опасную болезнь, признаки которой вот-вот появятся.
— Это что за травоядный недотролль такой? — пробормотал мой пушистый друг. — В любом случае, весь факультет Босых давно поел в Соломенной Хижине — это самая недорогая и вкусно-кормящая таверна у гномов. Смотри, некоторые из наших до сих пор жуют пирожки с лесным медом и корицей, а также копченые колбаски из рябчиков.
Я с голодной тоской в глазах заметила, что факультет босых, шерстяных и усатых сейчас выглядел самым сытым и довольным. Многие действительно жевали булочки, конфеты, печенье, а некоторые, особо клыкастые и когтистые — копченые колбаски и ветчину. Кроме того, щедрые гномы подарили почти каждому из них разноцветные колпаки, шерстяные варежки, носки и блестящие сувениры.
— И почему этот дурацкий портал закинул нас не в ту пещеру… — разочарованно пробормотала я, замерзшая и голодная, готовая отдать все даже за покусанную холодную колбаску. Дин вместо ответа захрустел очередным сушеным жуком.
— А что за дама такая внизу в черном платье? — поинтересовалась я, пользуясь тишиной минуты молчания, которая, кажется, длилась гораздо дольше, чем одна минута.
— Что? Какая еще дама!? — ничего не понял Дин, но затем быстро сообразил. — А! Это не дама — это Мастер Калистор! Он — темный вампир, организатор и судья этого турнира. Видишь ли, Драконья гора находится на нейтральной территории ровно на границе между нашими Королевствами. В ее бесконечные пещеры есть два главных входа, один со стороны светлой Академии, другой — с противоположной темной Академии. Кстати, есть и третий, самый безопасный и забытый вход — со стороны смертных. Говорят, что его вообще никто не охраняет и потому его так усиленно все ищут, даже сами смертные. Вообще, вся Драконья гора будто создана из живого камня, стены ее бесконечных лабиринтов постоянно движутся сами по себе, открывая новые проходы и закрывая старые. Поэтому здесь так легко заблудиться.
— Мастер Калистор — Темный? Как такое возможно? — удивленно спросила я. — В вашей светлой Академии есть темные учителя? И вы не боитесь, что он тут кого-нибудь съест? Вампир же!
— Например, кого? Великим Кодексом между нашими Королевствами запрещено есть друг друга! — опроверг все мои домыслы Дин. — У нас много Темных, и не только мастеров, но и учеников. Так же, как и в темной Академии есть Светлые. Правда, они должны обязательно сообщить о своем присутствии ректору Академии Мастеру Протею. Видишь ли, это не только залог хрупкого мира. Есть знания и магия, которой обладают лишь Темные или же только Светлые. Так, например, только у Мастера Калистора есть полная карта всех лабиринтов Драконьей Горы. Так же, только у него одного есть ключи от входа. А еще у него есть настоящий дракон! Сейчас покажу! Блин, и где же он? — Дин навострил уши и принялся рассматривать выступы, подобные нашему, на противоположной стене. — А, вон, нашел! Вот там! Видишь его? Греется на камнях в лунном свете! Красавец, не правда ли?
 
Я вытаращила глаза и изо всех сил уставилась туда, куда указывал длинный острый коготь Дина на кончике его указательного пальца. На большом выступе, что находился гораздо ниже нашего, лежал, свернувшись клубочком и грациозно вытянув шею, настоящий дракон. Огромный красивый ящер с умными ярко-желтыми глазами и змеиными вертикальными зрачками. Он был весь покрыт блестящей зелено-сине-серой чешуей, довольно крупный — около шести метров от кончика огнедышащего носа до кончика длинного острого хвоста.
— И ректор вашей светлой Академии, как его там, Мастер Пропей, ну тот, который постоянно меняет формы, позволяет настоящему вампиру быть у вас преподавателем? — начала я, пытаясь разглядеть лицо этого Калистора. Да, его кожа была несомненно бледнее остальных, и выглядел он словно черно-белая иллюстрация на выцветшей странице древней книги. Черный длинный плащ, благородное бледное лицо и руки, черные глаза и волосы с белой сединой. Но вот интересно, есть ли у него клыки? Красив ли он, как все бессмертные вампиры в саге «Сумерки»?
С такой высоты я, естественно, ничего не увидела, но зато стала свидетелем весьма странного действа. Мастер Калистор быстренько вынул из-за пазухи своего черного кожаного плаща, который еще недавно я приняла за старомодное платье, небольшую серебряную флягу и сделал несколько быстрых глотков. По блестящей красной капле, медленно стекающей с его тонких бледных губ, я поняла, что в емкости, должно быть, была налита свежая кровь. Далее произошло нечто необъяснимое — Мастер Калистор стал молодеть буквально «на глазах», его седые волосы стали угольно-черными, кожа приобрела свежий румянец, а морщины на лбу разгладились. В течении нескольких вздохов он превратился в статного мужчину, а затем и вовсе — в цветущего юношу.
— Круто! — только и выдохнула я.
— Да, для вампира кровь — эликсир молодости. Так Мастер Калистор контролирует свой возраст, чтобы легче находить жертв среди смертных, — с умным видом пояснил Дин, — видишь ли, его родной дядя — властелин подземного царства умерших. Ну, Аид, по-вашему. Он заключил со своим племянником выгодную сделку. Мастер Калистор не просто губит смертных и пьет их кровь, он отправляет их души напрямую к Аиду, за что тот отдает вампиру все годы, которые его смертная жертва могла бы еще прожить на земле. Ты когда-нибудь слышал про «поцелуй смерти» или легенду об «ангеле смерти»? Нет…? Ну, значит, и сейчас не помрешь, если не услышишь! Просто запомни — не броди ночами один по городу, иначе сам того не заметишь, как подаришь душу Аиду, а остаток своей жизни — Калистору. Таким образом, хитрый вампир копит чужие непрожитые года и сам живет вечно!
— Что? Этот вурдалак просто так разгуливает по городам смертных и спокойно их ест? — в ужасе воскликнула я. — И ваша распрекрасная светлая чистая добрая справедливая сторона ничего с этим не делает?
Дин посмотрел на меня так, словно я покрылась чешуей и отрастила перья.
— Нет, конечно! Во-первых, Мастер Калистор как-то еще давно проговорился нам, что почти всегда выбирает своими жертвами убийц или злостных преступников, тем самым осуществляя правосудие. Иногда — просто тяжелобольных, которые мучаются, балансируя на грани жизни и смерти… А во-вторых, смертных очень и очень много. Ты посмотри, что они сделали с планетой? Во что превратили нашу землю!
Я молча кусала нижнюю губу, припоминая, когда я последний раз кинула обертку от мороженого мимо урны. В общем, я даже не смогла вспомнить, когда я вообще последний раз ела мороженое…