Мне важно этой ночью (СИ)
- А я кажется уже немножечко в тебя влюблена, но это не точно. Так что не зазнавайся.
- Главное что всего немножечко, а то зачем нам такие неприятности, - таким же глупым доверительным тоном отвечаю, и начинаю ржать как олень. Нервы таки сдают. А ещё смех отдается болью в избитом теле.
- Телефон, егоза, - напоминаю девчонке, которая окончательно превратилась из суровой медсестры в кошечку.
Звоню другу, обрисовавыю ситуацию и молча слушаю его наставления. Всё плохо, но не критично. Хорошо, что остались дома, Борзый крышует несколько больниц и здоровается за руку с парой майоров и одним генералом. На кого попали бы неизвестно. А кумовство, которого никогда не было в США, здесь играет слишком уж важную роль.
Обговорив все стратегии и нюансы, я прижал к себе свою кошечку и провалился в беспокойный сон.
53 глава
Слава Богу уснул. Зато мне не спится. Нервно кусаю губы, которые припухли от его поцелуев и выть хочется от безысходности. Я полная сирота. Нет у меня отца. Как не прискорбно понимать. Ему собственная шкура дороже дочери и её чести.
Изредка прислушиваюсь к дыханию Димы и успокаиваюсь. А вот уснуть не могу. Боюсь, что ему может внезапно стать плохо. Он весь в гематомах. Он слишком слаб. А я долго размышляю над тем, как и когда мне выбраться в очень важное место и забрать флешку с документами.
Сон меня сморил только ближе к четырем и то я просыпалась несколько раз. Крутила головой по сторонам, смотрела на тревожно спящего Диму и падала на подушку.
Проснулась рано. Мне нужно приготовить ему завтрак, а потом проверить состояние его мошонки. Только бы обошлось. Мне больно осознавать, что я стала причиной его неприятностей.
От недосыпа всё валилось из рук. Но я уперто готовила суп, жарила блины. И к восьми я уже всё сделала. Вымыла руки и отправилась будить своего героя.
- Дим, просыпайся, я хочу видеть твоего друга.
Кусаю губы и тяну медленно на себя его покрывало. Я столько всего повидала, но видеть изувеченным собственного мужа просто страшно. У меня каждая клеточка скулит от боли. Словно считываю с него всю боль.
- Не отказывай себе в удовольствии, малышка, - сонно бурчит Дима, который непривычно долго спит сегодня. Не врал, когда сказал, что поднимается обычно в шесть, как бабушка, а сегодня уже почти восемь, а он ещё непривычно в кровати.
- Полезай сверху, - рекомендует, откинувшись на спину, и тут же морщится от боли, ведь я вижу, что утренний стояк после моих слов не заставил себя ждать.
- Суууука, - воет, согнувшись, и присаживается на кровати, открывает налившиеся кровью глаза и смотрит на меня. - А начинался сон чудесно...
- Понятно всё. Нужно обезболивающее. Сейчас же принесу. Дыши глубже.
Меня словно ветром сдувает в края кровати. Бегу за водой, таблетки уже давно лежат на тумбочке под рукой.
- Пей, а я посмотрю.
Шумно выдыхаю, когда рассматриваю ушиб. Мне всё это не нравится!
- Дим, нам нужно к доктору. Давай поедем в другой город, в платную клинику. Да вообще на время уедем, пока твой друг пробивает Борзого.
- Уедем, малыш, - соглашается, запив таблетку, - предварительно навестим бабушку и продлим её каникулы в санатории. Сейчас мы все под прицелом и нельзя, чтоб она пострадала. Её жизнь отделяет тебя от больших денег, и я боюсь, что не всех этот расклад может устраивать.
Смысл слов Димы только сейчас доходит мне. Агния Петровна. Квартира. Наследство. Я понимаю, что меня начинает всю трясти. Вырываю у Димы стакан с водой и выпиваю остатки так быстро, что закашлялась.
- Я вам принесла одни неприятности.
Срываюсь с кровати и иду в кухню. Мне нужна доза кофеина. Да мне вообще в психушку уже надо! Моя искалеченная за последние годы психика уже все… превратилась в истрепанные тряпки. Пока работает кофе машина, я рыдаю, уронив голову на руки, сложенные на столе.
Дима появляется на кухне следом, чувствую его руки, которые накрыли мои плечи.
- Дина, посмотри не меня, - слышу его нежный голос, как только затихает кофемашина.
- Смотрю, - поднимаю голову, и слёзы ещё больше льются градом.
Мой красивый мужчина сейчас превратился в сплошной кровоподтёк. Соскакиваю со стула, обнимаю его за шею, очень и очень осторожно.
- Дим, я решила, и точно уверена, что люблю тебя. И не хочу терять. Давай что-то делать. Пожалуйста. Я детей потом от тебя хочу, я тебя хочу, и боюсь всё это потерять. Понимаешь.
Меня опять заливает слезами. Выгляжу ужасно. Своим раскисшим видом делаю ему больно. Но вот не могу прервать потом слёз. Это просто нереально.
- Мне нужно успокоительное, так дело не пойдёт.
- Нужно, - соглашается он с болью глядя на меня. Проводит рукой по моей щеке, стирая слёзы. - Хватит плакать, нужно действовать, киска. У нас очень много работы, и начать нужно с доктора, потому что я тоже хочу быть отцом твоих детей.
54 глава
Дальше день полетел в сумасшедшем ритме. Дима сказал не собирать вещи, что всё купим там, где обоснуемся, и только уже в коридоре грязно выругался.
- Они же обобрали меня, все кредитки, наличка и apple pay, все средства к существованию у этих тварей.
- Тогда тебе срочно надо в банк. У меня есть на карте немного сбережений. Ильнар расчетные перечислил. И Агния Петровна сбросила последний расчет за работу.
- Точно, банк, - хлопает себя по лбу и морщится, - башку видать повредили, совсем не варит. Со счёта же деньги можно снять. Моего, жена. Свои на косметику трать, и слышать ничего больше про это не хочу.
- Как скажешь, мой князь, - улыбаюсь Диме, всё-таки таблеточки нервишки расшалившиеся немного присадили, даже дышать легче стало.
Мне вообще стало легче от осознания того, что он рядом. С ним не страшно. Хотя, если честно, безумно боюсь, что ему ещё может прилететь. Поэтому сделаю всё, чтобы утащить его из этого города.
- Такси нас ждёт, вызывай лифт, а я ещё раз проверю всё.
Мы заехали в банк и в магазин техники и сотовой связи, где Дима купил новый телефон и временную сим карту. Дышать стало легче лишь когда выехали из города.
Уролог порадовал консультацией, услышав про род травмы и похвалив наши отлаженные действия вчера. Порекомендовал отлежаться с недельку и полный половой покой до последующей консультации. Циркуляция крови там вроде не была нарушена и когда отёк и синяк спадет все должно прийти в норму, до этого обезболивающие и полный покой. Да вот нам покой только снился.
К Агнии Петровне Дима отправил меня, справедливо заметив, что она не переживет, если увидит, какой он красавец. Легенда была такова, что мы уезжаем к Диминым друзьям, а в своей комнате затеяли небольшой ремонт, поэтому бабушке не стоит пока возвращаться и торопиться домой.
- По личику вижу, что без меня не скучаете, - улыбнулась пожилая леди, хитро глядя нам меня.
- Я в него влюбилась как кошка, - лепечу бабушке в лицо без стеснения, хотя понимаю, что щеки залились румянцем.
Агния Петровна смеется, берет мои ладони в свои и весело говорит:
- Совет да любовь, девочка! Я же вижу, что он тебя любит. И не сомневайся ни минуты. Этот мальчишка всю жизнь мне заявлял, что не женится никогда. После того, что видел в браке родителей. Что скорее руку себе даст отсечь. И что я вижу, мадам Князева, и маленького князенка успел заделать даже, - тут она осекается, улыбка тут же меркнет. - Прости старуху, зря напомнила.
- Я ему вчера сказала, что хочу родить от него детей. Он тоже этого хочет.
Прижимаю ладошки к лицу и улыбаюсь. Я давно так счастлива не была. От переизбытка чувств обнимаю Агнию Петровну и говорю:
- Я так рада, что вы оказались его бабушкой. Я вас люблю так, словно вы мне родная. И обещаю, что вы не будете больше грустить. И как только Димка созреет, мы родим здорового и крепкого бутуза.
Я это всё говорила с таким воодушевлением, что даже сама поверила в придуманный в моей голове сценарий. А как ещё успокоить бабулю? Могу с уверенностью утверждать, что уже не раз возвращалась мыслями к тому злополучному дню и плакала. Я невольно прижала ладони к животу. Ведь здесь и правда мог уже расти его сын.