Ушедшие. Родовые земли. Книга третья (СИ)

— Как тебя зовут? — спросил я.
— Три-ку-най-и или, по-вашему, Утренний ветер, — ответил он.
— А как зовут твою спутницу?
— Нироми, — ответил пленный, но при этом я сразу понял, что он врёт.
— Ты лжёшь, почему я должен в таком случае верить тебе. Всё, что ты рассказал, может быль ложью. Похоже, толку от вас никакого, надо сбросить вас со скалы, чтобы избавиться от обузы в вашем лице.
— Не нужно нас скидывать. Её зовут Таяна, и она восьмая дочь Великого Кларка. За неё дадут хороший выкуп, если вы вернёте её живой.
— Нам не нужна её жизнь, вы первые напали на нас, и мы вынуждены были защищаться. Нам нужно на ту сторону каньона. Если проводите нас туда, то мы вас отпустим, — сказал я.
— Вы нас в любом случае убьёте, вам верить нельзя, поэтому мы не будем вам помогать, — ответил Утренний ветер.
— Во-первых, если вы нас доведёте до нужного нам места, то мы отпустим вас. Во-вторых, нам не нужна ваша жизнь, и смысла убивать вас я не вижу, ну а, в-третьих, ваши враги, скорее всего, являются и нашими врагами. Это сбежавшие преступники, которых разыскивают в нашем мире, за грабежи и убийства. Даже если это их потомки, то, скорее всего, они захотят нас убить. Когда мы выясним, что происходит на этой планете, мы улетим отсюда и, возможно, что вернёмся с армией, способной уничтожить ваших врагов или заставить их вернуть захваченные территории, но для этого я должен буду понять ваше устройство общества. У нас строгие законы, и запрещено рабство, а как у вас с этим обстоит дело? — спросил я.
— У нас тоже нет рабства, так как каждый человек рождается свободным, но Мику-цу так не считают. Они называют себя Высшими и поработили несколько независимых поселений на Западе нашей страны, после чего ввели строжайшие правила, они собирают с каждого поселения ежегодно воинов и рабов, которых используют по своему усмотрению. Во время войны с ними они захватили очень много пленных, и всех они обратили в рабов. Если бы наш правитель не обратился к помощи Древних, то мы бы проиграли войну, так как у нападавших было оружие, похожее на ваше, способное бесшумно убивать на большом расстоянии, только стреляло оно раскалёнными молниями.
— Тогда тем более, вы должны проводить нас туда, если мы найдём подтверждение, что это потомки бежавших преступников и у них рабство, мы вернёмся на эту планету и поможем вам победить в войне против ваших захватчиков, — сказал я.
— Тогда развяжите меня, — вмешалась в разговор девушка.
— Хорошо, — сказал я и, подойдя, развязал ей руки и ноги, освободив от специальных наручников.
Она поднялась и внезапно врезала мне коленкой между ног, и если бы я не был к этому готов и не подставил бедро ноги, то мог бы лишиться своего мужского достоинства. Пока я соображал, девушка разбежалась и прыгнула со стены вниз, расставив руки. На что она рассчитывала, я не знаю, но, развязывая, я чувствовал её эманации и презрение к нам всем. Я моментально присел и отстрелил небольшую катушку к каменной поверхности козырька, на котором мы располагались. Когда я развязывал Таяну, то незаметно прикрепил тонкий, альпинистский шнур, к её поясу и сейчас он разматывался из специальной катушки, а мне оставалось только нажать одну из кнопок сбоку. Тут же снизу раздались вскрик и ругань, а тросик стал очень быстро сматываться. В устройстве не было никакой электроники, и работало оно от инерции, поэтому уже через две минуты мои гвардейцы вытаскивали брыкающуюся и ругающуюся девушку. Свесившись с козырька и выглянув наружу, я внимательно осмотрел стену и увидел длинные, тонкие стволы растений, похожие на лианы, за которую и зацепилась девушка. Прыжок не был самоубийственным, она планировала с их помощью задержать своё падение.
Когда её опять связали и усадили передо мной, я спросил:
— И как мне теперь доверять тебе? Тащить тебя через джунгли не имеет смысла, поэтому проще убить здесь вместе с твоим спутником.
— Тогда вас выследят и убьют, — проговорил воин.
— К тому времени, мы всё выясним и покинем эту планету. Поэтому ничего личного, но вы для нас обуза, — сказал я, доставая свой десантный нож.
 
Тут пожилой воин упал на колени и сказал.
— Умаляю вас, не убивайте Таяну, я проведу вас через каньон и покажу секретную тропу наверх, чтобы вы смогли подняться. Там есть секретный ход, который вы сами не найдёте.
— Но вам нельзя верить, и, мне кажется, вас проще убить сейчас, чем тащить через джунгли, ну а подняться мы и так сможем. У нас есть специальное снаряжение, и мы сможем подняться наверх, пусть это и займёт почти сутки, так что я не вижу причин, сохранять вам жизнь.
— Даже если вы сможете подняться, вы не пройдёте мимо секретных ловушек, которые устроили Мику-цу. Мы изредка, но отправляем к ним своих разведчиков, чтобы знать, не готовят ли они новое нападение на нас. Я бываю там каждые два месяца и поверьте, ваши ловушки ничто перед тем, что выдумывают наши враги. Там около пяти километров сплошных ловушек, затем территорию охраняют дикие шими, а пройти мимо них незамеченными вообще невозможно. Но даже если вам это удастся, то дальше границу охраняют одомашненные шими, которые способны выслеживать любую добычу.
— Но как тогда вы проходите к вашим врагам? — спросил я.
Он посмотрел на девушку, после чего сказал,
— Одиночка ещё может пройти, для этого мы убиваем местного хищника и одеваем на себя его шкуру, а уже в ней шансы пройти незамеченным очень высоки, но эти хищники не охотятся стаей, и даже два человека будут сразу вычисленный и пойманы.
— Допустим, я поверю тебе, но где гарантия, что ты выполнишь свои обещания? — спросил я.
— Я поклянусь тебе на крови, — ответил он.
— Этого мало, но я знаю, что сделать, — сказал я и достал приготовленный заранее, тонкий ошейник. Таких у меня было три штуки, и я одел такой на шею девушки, которую поставил на колени Грег.
— Это ошейник со взрывчаткой. Его невозможно снять, отключить или вывести из строя. Никто, кроме меня, это не сможет сделать, но чтобы вы понимали, что это такое, я вам продемонстрирую, как он работает, — сказал я и надел его на небольшой каменный выступ. Такие используют для перевозки заключённых, и в них нет электроники, поэтому вывести их из строя очень проблематично. Затем я незаметно для пленников нажал на скрытую кнопку, которую спрятал на поясе и ошейник мгновенно озарился яркой вспышкой, после чего на землю упал идеально срезанный камень.
— Помимо принудительной активации он сработает через три дня, если его не снять. Даже сбежав, вы не спасётесь, а гарантированно себя убьёте, — сказал я, смотря на напряжённые лица пленников. Второй ошейник одели на пожилого мужчину.
— Ну а теперь вам обработают раны, чтобы вы могли быстро передвигаться, — дал я знак медику, и тот принялся заливать биогелем раны от маленьких пуль, оставленных в теле пленников.
Когда медик завершил процедуру, я кивнул удерживающему девушку гвардейцу, и он снял с неё наручники.
— Можешь бежать, но, тогда через три дня ты умрёшь, и ни один человек, кроме меня, не поможет тебе выжить. Теперь моя и твоя жизнь связаны между собой. Умру я, и вы оба умрёте, так как снять ошейник никто, кроме меня, уже не сможет, — сказал я и махнул рукой в сторону канона.
Второй пленник обратился к девушке и что-то проговорил ей на незнакомом языке, а в ответ она разразилась длинной тирадой.
— Ещё двадцать минут, и сворачиваемся, — отдал распоряжение Грег.
К счастью, пленники не делали попыток сбежать. Собрались мы быстро и продолжили свой спуск на следующий ярус выступающих камней. Вторая площадка была уже, и долго задерживаться на ней не стали, да и пока одни спускались, вторые номера отдыхали. Перед последним спуском пожилой воин подошёл ко мне и сказал:
— Здесь спускаться нельзя, там внизу опасность. Нужно спускаться правее, на самом краю.
— Трикунайи, чего нам следует опасаться, — спросил я, обратившись по имени.
Он, молча, подошёл к стене и оторвал от неё старый кусок лианы, после чего кинул вниз в том месте, где мы собирались спускаться. Когда кусок лианы коснулся зелёных и фиолетовых листьев, они внезапно ожили и мгновенно утащили её внутрь растительного покрова.