Снежная сага (СИ)
Набег Огненных. Причём не на какие-нибудь отдалённые селения, до которых Ледяному Замку и дела-то особого нет, а - нежданно-негаданно - на саму твердыню севера! А казалось, что вроде замирились когда-то, ещё до рождения Хремгира...
Осознание промелькнуло в голове и уступило место острейшему сейчас вопросу: что делать? Как спастись, если Замок не удержат? А его, скорее всего, не удержат...
Кроме самого себя, Хремгиру больше никого спасать пока было не нужно. Жил и присматривал за каремней он в одиночку: работка, что ни говори, грязная, но кто-то же должен её выполнять. А сам он ничего больше-то, почитай, и не умеет... И семьи, само собой, тоже нет: кто ж пойдёт за него такого?..
Да и Властелину он не настолько предан, чтобы идти умирать вместе с другими. Но и сдаваться на милость Огненных он тоже не готов: не пощадят.
Значит, выход один - бежать. Куда-нибудь подальше, чтобы враги и дотуда быстро не добрались...
Очередной горшок разбился неподалёку о стену Замка, и горящая жидкость потекла по льду, заставляя его зловеще блестеть влагой. Хремгир сглотнул, прикрыл дверь и оглядел каремню в напряжённом раздумье.
Во внешней стене наверняка при нападении проплавили и пробили бреши, и через одну из них можно выскочить наружу. Но двигаться к проходам придётся сквозь всю ту сечу, а верхом это будет не так уж просто: заметят и зарубят. Или догонят - и итог тот же самый... А пешком далеко не уйдёшь...
Выбирая между двумя рискованными вариантами, Хремгир быстро завернул в узелок свою еду, припасённую на завтра, набросил на голову капюшон и выскользнул наружу. Шмыгнул за угол и снова окинул взглядом поле боя, в которое в одночасье превратился его родной Замок.
Теперь всё выглядело ещё страшнее. Огненные латники врывались в не тронутые огнём - к счастью или к сожалению - дома, влезали, выбив решётки, в окна Замка. А у тех врагов, что выходили обратно, мечи были сплошь в чём-то красном. Оно капало на снег, словно сок каких-то ягод... но Хремгир догадывался, что на вкус это было бы не сладко. Ох как не сладко...
Вдруг прямо перед Хремгиром упал толстый кусок стены Замка - ледяная круглая блямба, с которой от удара о землю во все стороны посыпались каменные обломки.
А рядом с выбитой частью строения упало тело - в кольчуге, шлеме и с мечом в руке. И Хремгир заметил на груди воина посеребрённый квадрат - знак Ледяного Замка.
Этот человек был своим. Но, что важнее, он лежал на снегу совсем близко, в трёх шагах, - лежал и не мог подняться. И уйти, убежать, даже не попытавшись ему помочь, Хремгир не мог. Не для того он сам жил здесь столько лет, чтобы свалить отсюда не просто трусом, но ещё и отчасти предателем.
И Хремгир двинулся к упавшему, что продолжал сжимать в руке меч.
Особый оттенок отблесков на лезвии кое-что напоминал. Кое-что хорошо известное...
Но что именно, Хремгир понял, лишь подойдя вплотную к воину Ледяных и опустившись на снег около него.
Тот держал не что-то там, а сам Ледяной Меч - регалию Властелина! Клинок длиной почти в рост человека будто бы серебряно светился изнутри, показывая свою магическую природу. Но ледяная и каменная пыль и брызги крови на лезвии смазывали впечатление величия. Ведь, как с содроганием подумал в этот миг Хремгир, того, чьё величие должен был отражать меч, могло уже и не быть в живых...
Каремник, наконец, перевёл взгляд на воина. Тот явно умирал: зияла ранами в нескольких местах пробитая кольчуга, да и воздух с трудом выходил изо рта. Глаза в прорезях шлема были закрыты: наверное, бойцу хотелось поскорее забыться и откинуть прочь ту страшную боль, что сейчас его терзала. "Эх, и почему я не родился у какого-нибудь лекаря?.." - подумал Хремгир.
Тем временем воин приоткрыл веки и кое-как сфокусировал взгляд на Хремгире.
- Ты наш? - прошептал Ледяной и закашлялся.
По его подбородку потекла тёмно-красная струйка. Капли крови попали Хремгиру на лицо, но тот не обратил на это внимания и так же тихо ответил:
- Да! Как... там?
- Властелин мёртв... Я, как видишь, уже почти... Бери меч и вали из Замка. Спаси сам хоть что-то... - воин из последних сил сморщился, - ...челядь вонючая.
Пальцы на рукояти разжались, и Хремгир несмело прикоснулся к мечу, вновь ощутив благоговение перед реликвией.
В голове возник вопрос, и каремник сказал:
- Но как? Меня же схватят сразу же, как заметят...
- Меня же не схватили... - Боец выкашлял новую порцию крови. - Меч прорубает любую стену... волшебный же... Беги, чего расселся!
Негромкий окрик словно привёл Хремгира в чувство. Он решительно взялся за рукоять и взял оружие у раненого воина. Произнёс ритуальные фразы:
- Пусть снег под тобой будет мягок. Мира тебе в Вечном Льду, - а затем поискал взглядом ножны под клинок.
Но у бойца были ножны только под обычный меч - и пустые: видно, потерял где-то собственный. "Не получится, значит, разжиться ещё чем-нибудь для самозащиты..." - подумал Хремгир, пряча реликвию под плащ и заскакивая назад в каремню.
Там он схватил свободные вожжи, чтобы потом крест-накрест привязать меч себе на спину, удивился поначалу лёгкости оружия, но тут же вспомнил, что сталь весит намного больше, чем замёрзшая вода. Вывел из стойла одного из каремов, а выйдя наружу, направился к ближайшему участку внешней стены. Теперь-то он знал, где сможет выйти.
Уже находясь под заделанным в лёд переходом Замка, Хремгир кинул последний взгляд на павшего воина. Тот всё лежал на снегу - и не двигался. Должно быть, успел отойти в Вечный Лёд.
Хремгир постоял ещё пару мгновений - а потом повернулся и пошёл прочь.
Толщина стены явно превышала длину меча, поэтому просто прорезать в ней дырку было нельзя. Каремник отпустил поводья следовавшего за ним животного, подошёл к стоймя стоящей ледяной глади, вонзил в неё клинок почти что самым кончиком и провертел небольшое углубление. Оттуда выпал кусок мёрзлой воды, что покрывала стену.