Гвардеец (СИ)
— Усёк тащ капитан! — усмехнулся Куницын — мы вам потом экскурсию проведём!
— Это хорошо, экскурсии я люблю — засмеялся я, нравится мне этот ротный, безбашенный как я почти, никакого почтения к начальству — ты это, скажи бойцам, что все бумажки, которые найдёте, если найдёте конечно, нужно сдать тебе, а не себе оставить, чтобы задницу подтирать! А то потом не удобно получится, когда в штаб флотилии будем сдавать.
— Есть задницу не подтирать! — с серьезным лицом громко отвечает Куницын и вся рубка взрывается хохотом. Хорошее настроение перед боем парням не помешает.
Боя не случилось, база оказалась покинутой и абсолютно целой. Во время осмотра острова недалеко от края его восточного ледника были случайно обнаружены несколько блиндажей, метеоплощадка с оборудование и радиомачта. Здесь же были найдены продовольственная кладовая, жилье, вещевой склад и ремонтная мастерская. Все строения были покрашены белой краской, чтобы затруднить обнаружение с воздуха. Не знаю, чего бомбили летуны, но на территории базы не было ни одной воронки. А ничего так тут немцы устроились, солидно. И защищена она была надёжно. По ее периметру было сооружено шесть окопов с пулеметными гнездами, пять блиндажей и три дзота, в дзотах были найдены два ротных миномета. Она явно покидалась в спешке, но с немецкой аккуратностью была законсервирована.
На вещевом складе был полон, чего тут только не было — связка двухсторонних камуфлированных курток на специальной зимней подкладке, десяток кожаных курток на бараньем меху и таких же кожаных рукавиц, меховые шапки, крытые кожей с назатыльником и наушниками, стояло несколько пар финских башмаков из оленьей шкуры. Кроме того, лежало несколько тюков шерстяного белья и суконных шерстяных брюк, пара кожаных лодок-каяков и столько же нарт, валялось несколько банок краски на олифе и запас спичек в жестяных коробках. Неподалеку было складировано несколько канистр с бензином, на которых были отчетливо видны этикетки — Benzin, 1940, Wehrmacht.
В блиндажах лежали прекрасно сохранившиеся служебные бумаги, какие-то дневники, письма и даже несколько фотографий. В самом вместительном из блиндажей была установлена радио-станция, найдена секретная инструкция по проведению метеонаблюдении и журнал с записями погоды. Все бумаги были тщательно собраны и упакованы в водонепроницаемые мешки. Главный жилой бункер имел семь комнат, из которых две явно предназначались для офицерского состава. Кроме общей спальни, рассчитанной примерно на двадцать человек, здесь же имелись столовая, кухня и кладовые, в ремонтной мастерской на территории базы все станки и механизмы были хорошо законсервированы. Неподалеку от мастерской лежала небольшая моторная лодка, готовая к работе. Кладовая была полна продуктов, упакованных в деревянные ящики — норвежские и датские варенья и мармелад, датские пудинги и печенье, американские сушеные фрукты и изюм, чай, кофе и шоколад, несколько банок с венгерским яичным порошком и датской консервированной свининой. Здесь же хранились остатки спиртного — несколько нераспечатанных бутылок Hermann Меуег, Berlin, тут было всего очень много и в богатом ассортименте.
В пяти километрах от основной базы в небольшой избушке находилась еще одна компактная, но мощная радиостанция. Ее антенная стойка была изготовлена в виде колодезного «журавля» и при необходимости легко убиралась.
Неприятным сюрпризом оказалось то, что, пролив, в котором стоят сторожевики и бухта были заминированы. Заминированы оказались и подступы к базе. Двенадцать морских мин и полоса заграждения из пехотных, управлялись дистанционно, централизованная система управления была выведена в главный бункер. Стоило нам застать немцев на базе и как минимум один из кораблей был бы потерян!
Хорошо замаскированная взлётно-посадочная полоса явно намекала на то, что немцы экстренно эвакуировались с помощью авиации. Но главный сюрприз ждал нас впереди. Во время осмотра бывшего немецкого аэродрома бойцы обнаружили грибки вентиляционных шахт подскальной базы, продолжая осмотр, они обнаружили вход в подземелье, куда вела неширокая каменная лестница. Далее по нише, вырубленной прямо в скале, можно было быстро дойти до пары комфортных (с каминами) бревенчатых сооружений-казарм, укрытых маскировочной сетью, а при осмотре самой подскальной базы было обнаружено два пирса: на одном из них стоял подъемный кран «Демаг», предназначенный для погрузки минного и торпедного боезапаса. Другой пирс предназначался для ремонтных работ и зарядки аккумуляторных батарей. Электрокабели этого причала были полностью готовы к использованию. И снова склад продуктов, только куда разнообразнее и богаче верхнего. Было обнаружено огромное разнообразие датских и норвежских мясных консервов, несколько сортов американских супов, датское масло, норвежское сушеное молоко, немецкие сушеные овощи, датский пеммикан, а в бочках — большое количество соленой рыбы и растительного масла. Среди этих запасов даже удалось найти несколько ящиков коньяка, белого и красного вина. Прекрасно организованный склад продовольствия! Лодок не было, немцы ушли, неумелые действия лётчиков спугнули фашистов. А с другой стороны, не уйди немцы с базы, я точно бы потерял как минимум один корабль дивизиона на минах, если не все. Учитывая укрупнённость базы, бой бы вышел тяжёлым.
— Какие будут приказания? — Куницын стоит передо мной уже слегка поддатый, ну это и понятно, морпехи добрались до трофеев первыми.
— Эх Федя, командиру то хоть презент собрали? — вздохнул я, чувство меня охватили противоречивые, с одной стороны и корабли, и людей я сохранил, а с другой просрали такую возможность!
— Обижаете тащ начальник, всё готово! И коньячок с вином и консервы и Вальтер — полный набор! — гордо отчитался хитрожёпый ротный.
— Молодцы, службу знаете! Грузим трофеи и домой!
Глава 6
На бывшей немецкой базе мы оставили взвод морпехов с рацией и средствами усиления. Они станут в засаде, уж больно немцы много ценного оборудования оставили, за которым ни могут не вернутся. Еды им пока хватит, склады забиты, будут жить в немецком бункере и ждать. Что делать с самой базой начальство решит, но я бы её уничтожать не стал, а приспособил бы для нужд флота. Взлётная полоса на острове есть и расположена она очень уж удобно, на возвышенности. Зимой с этого места снег будет сдувать ветром, а весной оно первое на острове просохнет после оттепели — идеальное место для базирования самолётов разведки. Тут, на Земле Франца-Иосифа, есть недалеко флотская метеостанция, мы сюда даже смену и продовольствие возили, буквально на соседнем острове от немецкой базы она расположена, а будет ещё и аэродром, с которого удобно следить за ледовой обстановкой.
Два дня мы провели в бухте возле скальной базы подводных лодок. Минёры сторожевиков снимали установленные немцами мины и устанавливали их на входе в грот, который вёл к причалам подводных лодок. Эти мины так же, как и у немцев будут управляться дистанционно, и будут подорваны морпехами, если какая-то лодка сунется на свою бывшую стоянку. А прибыть немцы за своими нештяками могут только под водой или по воздуху, надводный корабль сразу же будет обнаружен и ему придётся туго.
— Алкашку всю загрузили? — Куницын поднялся на борт корабля последним, все десантники кроме тех, что остаются уже на борту.
— Оставили мужикам малёха для сугреву, не переживайте тащ капитан, не перепьются мужики, они с понятием — Куницын вступился за своих бойцов горой.
— Ну-ну, смотри сам — хмыкнул я — все на месте? Никого не забыли?
— На месте, можем уходить — подтвердил Куницын — а если кто и остался, пусть на себя пеняет, в дезертиры, а потом в штрафники засранца! Но таких нет, мои парни службу знают.
— Тогда уходим. Игорь, командуй! — вся работа на острове сделана, все живы и здоровы, мы даже уходим с прибытком, и не наша вина, что начальство лохонулось.
В порт мы вернулись без происшествий, поход прошёл даже скучно. Слегка штормило, хмурое небо давило тёмными тучами, грозясь вот-вот разродится дождём или снегом. Мрачно, уныло и холодно, одно хорошо, кок у Изотова на корабле своё дело знал, а в рубке было вполне комфортно, да и компания Игоря мне нравилась, есть с ним, о чем поговорить.