Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 Компиляция (СИ)

— Я сумею его использовать. И сделаю так, что за несколько месяцев, которые пройдут тут, там, в том мире… В мире, где я хочу поэкспериментировать с фламинго, пройдёт не один год. Может быть, даже десятилетие.
— Это возможно, если бы у нас была хотя бы копия Дракона Времени, — задумчиво согласился Ибраил. — Но вот ведь незадача, где его найти? Многие пытались, но…
— Согласно тем же хроникам, одна из линз, до которой отряд Желтоголового, правда, не добрался, должна находиться где-то тут, в Верхних землях Новолунгмии, — отозвался Нишапр. Он оглядел всех собравшихся и особенно долго смотрел на Мёду. — Она ещё должна быть тут, иначе мы бы узнали о находке такого древнего… и необычного магического инструмента. — Он помолчал, потом с уверенностью проговорил: — Вы должны мне помочь. Попробуйте сообразить, что произошло тут с вами такого, чего вы почти не заметили, но что всё-таки… произошло?
Трол безо всякого стеснения вчитался в сознание имперского мага и вдруг с удивлением осознал, что Нишапр ничуть не протестует против этого. Он лишь поморщился от неприятных ощущений, какие вызвало это вторжение, но остался спокойным, если не сказать благодушным. И тогда Трол понял, что он имеет в виду.
— Согласно хроникам, Жалын прятал свои линзы в пещерах, — сказал Трол.
— Искать пещеру, которая, может быть, обвалилась много столетий назад… — Крохан покачал головой. — На это уйдёт не один год, а не несколько месяцев, которые, как говорит Трол, имеются в нашем распоряжении.
Он определённо полагал, что возня с фламинго не имеет смысла. Он думал только о том, чтобы вернуться домой, в Зимногорье, и принять участие в войне против Империи. Но Трол стал перечислять:
— Мы уничтожили капище Шаэтана, потом один из наших помощников сжёг кубический храм д'Авола… Помнишь, Роват, там ещё был этот великан по имени Табир?
— Как же я мог его забыть? — буркнул Роват.
— Великан? Охранник, который уничтожал всех, кто приближался к этому храму? — Нишапр пожевал губы. — А что там, собственно, было построено?
— Прямоугольный храм, вечные факелы, жертвенные подношения, — начал перечислять Крохан. — Да, ещё там был алтарь в виде звезды. Пятиконечной, кажется, но я не уверен.
— Пятиконечной? — Нишапр улыбнулся. — Вот в алтаре и следует искать эту линзу. Ни в какой не пещере, ни в каком потайном схроне, а в камне.
— Ты знаешь что-то, чего не знаем мы? — спросил его Ибраил. — Откуда такая уверенность?
— Просто я немного занимался временем, Ибраил, — ответил Нишапр. — И выяснил, что линзы были настроены на передачу очень сильного сигнала. Считается, что сигналом управлял Жалын, и когда он погиб, сигнал должен был прерваться… На самом деле такой мощный артефакт, да ещё за две тысячи лет должен был и сам давать всплески энергии. А ведь его место было приблизительно известно, его искали и… довольно ретиво, причём умелые люди. Но не нашли. — Нишапр снова повернулся к Мёде, словно именно для неё говорил, словно только ей и объяснял свою догадку. — А это значит, что каким-то образом он рассеивал свою энергию до уровня естественного фона. А звезда…
Теперь и сам Ибраил вдруг кивнул, он понял идею имперца. И договорил вместо него:
— Звезда всегда считалась наиболее эффективной формой для рассредоточения любой энергии. В этом её магическая предназначенность.
— Правильно, — выдохнул Нишапр.
— Логично, — согласился Ибраил. — Только одно… Если всё так просто, почему до этого не додумался никто другой? Ведь ты сам признал, что линзу искали, и довольно умело…
— Это легко проверить, — прервал Трол спор магов. — Следует отправиться к этому месту и изучить то, что осталось от алтаря. — Он чуть заметно улыбнулся Нишапру. — Видишь ли, мы взорвали там вечные факелы, и несколько суток там горело пламя, которое сравнимо с огнём звёзд. Там мало что осталось.
— Ну, если алтарь был сделан добросовестно, линза могла и уцелеть, — ответил Нишапр. — Горные минералы весьма устойчивы к огню… На воду, кажется, они реагируют хуже. Тем более что несколько дней — не такой уж большой срок.
 
— Хорошо, — согласился Трол. — Уговорил. Вернее, это действительно нетрудно проверить.
— Точно, — поддержал его Крохан. — Заняться-то всё равно пока нечем.
— Когда отправимся? — спросил Нишапр. И сам же ответил, оглянувшись на конюшню, где стояли фламинго. — Кстати, если это не очень далеко, можно и птиц проветрить, а то они толком и не летали последнее время.
  
Глава 3
 
Остаток дня ушёл на то, что Нишапр обучал Трола управлять фламинго. Дело это оказалось не самым простым.
Трудность заключалась не только в том, что седло было двухместным, но и в том, что стремена, как оказалось, управляли высотой. То есть, если нужно было снизиться, следовало упираться ногами изо всех сил. А для того чтобы подняться, следовало вывести стремена вперёд, отвалиться всем корпусом назад и ослабить на них давление ног. При этом голова птицы немного поднималась, и она начинала взмывать вверх. Но задняя лука седла упиралась в копчик и очень мешала.
Как и в поединке на мечах, очень многое зависело от ощущения равновесия. Правильный удар, не говоря уж о лёгком и эффективном движении, тоже нельзя нанести без хорошей постановки ног, без того почти мистического чувства тела, когда начинало казаться, что даже не тело двигается, выполняя какую-то работу, а мысль, воля и реакция на действия противника сливаются воедино, направляя меч в нужное место в единственно подходящий момент.
Но с этим как раз у Трола всё было в порядке, и ещё до наступления темноты он научился не только поднимать фламинго в воздух, но и в целом довольно правильно выбирать направление полёта. Нишапр, глядя на экзерсисы Трола, довольно скоро перестал покачивать головой, и лишь попытки Ровата с Кроханом вызывали у него сдержанные комментарии. Вечером за столом, уставленным ужином, Нишапр оповестил всех, что, по его мнению, для не очень дальнего путешествия всё готово.
— Чего недоучили сегодня, поймёте позже, когда придётся совершать действительно долгие перелёты.
— А сколько такая птица может находиться в воздухе? — спросила Касла, которая весь день не отходила от Трола и Колы.
— Ну, если нужно лететь на дальнее расстояние, тогда, пожалуй, сотня миль с двумя седоками в полном вооружении для обоих наших фламинго будет подходящей. Только бы, — Нишапр, запихивая кусочки кровяной колбасы в рот, стрельнул глазами в Трола, — седоки выдержали. — Он прожевал. — Если бы птицы были лучше тренированны и если бы их правильно кормили, тогда мы могли бы пролетать за день сотни полторы миль. Для сильных петушков это вполне приемлемо. Равно как и для самок, которые несут одного седока, пусть даже и с небольшим перегрузом.
— А если птиц не щадить? — спросил Роват. Судя по всему, ему тоже очень понравилось летать на фламинго, только он не хотел это демонстрировать.
— Тогда можно будет пролететь миль двести. Даже чуть больше, но на следующий день птица откажется подняться в воздух и будет всё время есть.
— А если попытаться её загнать? — спросил Крохан.
— Я знаю, что птицы падали, пролетев миль триста, но чтобы им удавалось пролететь больше — не слышал. Наверное, это предел. Впрочем, нашим продержаться хотя бы сотню… Тем более в горах, где очень странно ведёт себя ветер. — Нишапр отпил сидра, повернулся к Ибраилу. — Сколько до сожжённого вами капища д'Авола?
— Если по прямой, думаю, миль восемьдесят, — отозвался маг.
— За день не обернёмся, но послезавтра к вечеру, — подсчитал Крохан, — должны вернуться.
— Мы ещё не решили, кто из нас полетит, — ровным голосом сказал Трол. — Думаю, стоит отправиться мне, Нишапру, который утверждает, что справится с камнем, в котором, по его догадке, должна находиться линза, и…
— Я тоже полечу, — сказал Кола. — Я легче всех, кроме Трола, который сегодня научился совершать посадку.
Кстати, с посадкой у принца не всё выходило гладко. То он слишком сильно ударял птицу о землю, то парил над самой поверхностью на протяжении сотни ярдов, тщетно заставляя её выставить ноги и коснуться земли. А один раз даже вовсе перевернулся с ней через голову, Трол даже решил, что оба серьёзно разбились. Но выручил снег, и потому, кроме нескольких синяков, Кола и птица при этой неудаче ничего больше не заработали.