Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 Компиляция (СИ)

— Этот недолго будет оставаться в стороне, — буркнул бывший имперский рыцарь.
Трол посмотрел на Ибраила. Маг был плох, но пока, кажется, можно было обойтись и без него. Стратеги были, собственно, боевыми командирами, магии в них закладывали не слишком много, похоже, Трол мог справиться с Сынгаром и сам. Или имперцы затевали что-то другое? Например, пытались обмануть его, как он перед вторым штурмом обманул Шамрела своей беззащитностью?
Трол посмотрел в глаза Крохану. Тот отвёл взгляд.
— Что ещё?
— Ну, ещё… э-э, можно сказать… — Он решился. — Это нечто не слишком явственное, Трол. Понимаешь, просто… люди боятся.
— Это естественно, Крохан, они и должны бояться. Если бы не боялись…
Нет, он не то говорит. Пожалуй, с этим всё-таки стоило считаться. До сих пор он не считался с настроением защитников замка, а теперь следовало принимать его во внимание.
— Разузнай, почему они боятся?
— Тут и разузнавать нечего. — Роват поднялся из креслица, в котором сидел, одну ногу он определённо растянул, и теперь её следовало бы лечить, но он, очевидно, решил, что это неважно. — Ибраил плох, ты не поднимешь меча.
— А у имперцев всё-таки есть Псы, — объяснил Крохан. Да, эти двое за последние дни неплохо спелись. — И горцев, если предложить им часть нашей казны, будет не удержать.
Ибраил беспокойно заворочался.
— Пойдём-ка отсюда, — решил Трол. — Пусть с ним Чивилем посидит.
Они вышли в коридор, знахарка, словно только этого и ожидала, прошмыгнула в комнату мага. Трое воинов неторопливо пошли по коридору. Жалкое это было шествие: Роват хромал, Крохан едва зубами не стучал от отчаяния, а Трол вообще держался за стенку.
— Как ты сказал? — спросил вдруг Крохан. — Абсолютная война, кажется… Всё-таки ресурсов для неё у нас не хватило.
— Понятно, — ответил Трол. — А что у нас хорошего?
— Что ты имеешь в виду?
— Некоторые из птиц, как мне показалось, приземлялись на замок. Иным даже удалось обойти наши колья, воткнутые, чтобы не дать им это проделать…
— Да, — согласился Крохан. — Семь птиц приземлилось. Три погибли, потому что у них всё-таки взорвались колбы, когда они стали биться, пытаясь освободиться от камней и седоков. Ещё одна умерла, потому что сама при приземлении налетела на какой-то из наших колов.
— Много народу погибло при взрывах?
— Не очень. Лопнуло-то всего-то по паре сосудов… Эти стеклянные шары не так-то просто раз бить, они, пока хранятся в сумке наездников, обернуты соломой. Так что магического тумана было немного. Сами птицы и погибли, людей мы на этом почти не потеряли.
— Это хорошо. — Они дошли до главного зала замка, Трол, не останавливаясь у стола, потащился к выходным дверям. Крохан вынужден был ему помочь, подхватив под локоть. — Что с тремя остальными птицами?
— Три ещё живы. Одна почти не пострадала, её хоть сейчас можно запрячь и попробовать облетать. Одна ранена, потому что крестьяне стали за ней гоняться, но её, возможно, удастся выходить. Так, больше синяков ей наставили, чем серьёзно ранили. Есть третья, но она очень плоха. В неё попал разряд магии. Сибара пытается её вылечить, но делает что-то не то. Помочь может только Ибраил… Если это нужно.
— Ибраил не в том состоянии, чтобы помочь нам с птицами. — Трол оказался всё-таки во дворике замка и с удовольствием втянул в себя воздух.
Видимо, стоял вечер, потому что уже ощущалась ночная прохлада. Над замком, как Трол и ожидал, мутной пеленой висело что-то, похожее на старое, застиранное одеяло. Иногда в нём проблескивали бледные искры.
— Что это такое?
— Это ваша антимагия, смешанная с холодным туманом, — отозвался Роват. — Никак не рассеивается, и почему-то ветер не относит её в сторону. Она не опасна.
— Была бы опасна, если бы осела на землю, — отозвался Трол. — Ну, ладно, ведите меня в стойла к птицам. Кстати, кто догадался, что их следует не убивать, а… успокоить?
— Сибара, — с довольной усмешкой отозвался Роват. — Её коннозаводческие инстинкты не подвели, она и справилась с птицами.
— А погонщики?
 
— Те как раз пытались птиц добить, — отозвался Крохан. — Но фламинго были так возбуждены, что расправились с ними в первую очередь, даже на наших, так сказать, бойцов особого внимания не обращали.
— Интересно, — кивнул Трол. — Значит, у них есть приказ любой ценой не отдавать врагу такой ценный трофей… И птицы, похоже, об этом знают.
— Думаешь, они умеют соображать? — спросил Роват.
В загоне, выделенном теперь для фламинго, стоял сумрак, как в любой конюшне, пахло смесью животного пота, мочи и горящих факелов, но вонь сгущённой магии, которая чувствовалась снаружи, стала слабее. Птицы были похожи на огромных неухоженных лошадей. Перья у них были взъерошены, большие, не меньше лошадиных, головы с уродливыми кривыми клювами оказались выставлены в проход.
— Осторожнее, — сказал Крохан, — они же не вполне приручены.
Трол посмотрел на птицу, которая явно чувствовала себя лучше других. Она даже не затянула глаза матовой плёночкой, а рассматривала людей.
— Их кормили?
Дверь одного из загончиков хлопнула, в коридор между стойлами вышла Сибара. Один рукав её платья был вымазан в крови и какой-то липкой гадости, похожей на птичью отрыжку.
— Пару часов назад, — ответила она. — Только они не очень-то едят, лэрд Трол.
Трол кивнул и подошёл к птице, которая его рассматривала. Он закрыл глаза и сосредоточился. Боли, вызванные магическими ожогами, стали сильнее. Почему-то у него не получалось управлять своими мыслями, должно быть, сознание было обожжено сильнее тела. Но он постарался не обращать на это внимание.
И постепенно мир вокруг стал меняться. Исчезли краски, зато предметы проступили явственней, став более объёмными, словно Трол одновременно мог смотреть на них с разных сторон. Потом изменились запахи. Слизь, которой пахла Сибара, уже не казалась такой отвратительной, и даже кровь скорее возбуждала аппетит, чем вызывала тошноту. Зато нестерпимым показалось присутствие конских попон и упряжи, пропитанных привкусом неволи.
Птица потрясла головой, от чего перья у неё на загривке зашуршали. Она сопротивлялась мягкому ментальному прикосновению Трола, ожидая, что он причинит ей боль. Но он был очень спокойным, очень уверенным и хотел помочь. Поэтому птица позволила ему думать с ней заодно.
Это было печально — слишком чужим казался мир людей этим птицам, слишком много их дрессировали и слишком мало оставляли времени летать и жить, как хочется. Это было так и не ставшее привычным рабство.
— Она боится, что тут не найдёт друзей, — отозвался Трол на свои, вернее, на птичьи ощущения. — И ещё она хотела бы помочь раненой подруге.
— Так это самки? — с непонятной, но довольной ухмылкой спросила Сибара.
— Да, а раненый фламинго их вожак. Один из неглавных, но весьма толковых. Он мог бы понравиться обеим самкам.
— Отлично, — по слогам отозвалась Сибара. — Вожак выживет?
— Ему нужно захотеть выжить, — отозвался Трол. — Попробуйте устроить для них общий загон.
— В замке мало места, — пробурчал Крохан, насупившись. — Даже для скотины крестьян едва нашлось. А тут три таких…
— Красавицы, — проговорила Сибара и непроизвольно придвинулась к птицам. — Я вас…
Щелчок клювом был обращён в пустоту, просто птица показывала, что не хочет, чтобы эта женщина к ней приближалась. При желании она могла бы серьёзно ранить Сибару, но не стала. Коннозаводчица не дрогнула. И птица раздражённо, но вполне послушно повесила голову над ней, не повторяя атаку.
— Кормить, пока они выздоравливают от ран, придётся мясом, — сказал Трол. — Но добавляйте примерно две лошадиные порции разваренного овса. Это снизит их агрессивность. Да, и не забывайте про воду, им нужно немного, но всё-таки… нужно.
— Ты на самом деле сумеешь их приручить? — с удивлением спросил Крохан.
— Они нам пригодятся, — отозвался Роват. — Если не будут такими злобными.
— Мы состояние на них можем сделать, если… — Казалось, Сибара поёт, она раскраснелась, она даже с противником по ту сторону стен готова была примириться, потому что в итоге получила этих птиц. — Если не окажемся дураками… Каким командам они подчиняются? — Деловито, словно она всю жизнь занималась фламинго, Сибара принялась готовить им обед.