Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 Компиляция (СИ)

Если телега сейчас застрянет, у Ибраила не будет ни одного шанса, с необыкновенной ясностью подумал Трол. Но повозка Ублы не застряла, наоборот, она перевалила через обломки стены и всё вернее стала набирать ход. Легко и отчётливо, хотя и мельком, как бывает только во сне, Трол пожалел лошадей, которые с трудом проскакивали магическое сгущение, обрушившее стену, всё ещё колеблющееся в проломе, словно полупрозрачный занавес…
А потом над всем войском Империи, оставшимся по эту сторону стены, прозвучала яростная команда:
— Взять их!
И тотчас солдаты, до этого опустившие головы, поднялись и бросились вперёд, вытаскивая на ходу мечи, перехватывая копья для боя, готовясь уме-реть, но подчиниться этому приказу.
А повозка уже катила по неширокой полосе мёртвой, выжженной земли, разделяющей стену и колыхающийся впереди радужными волнами магический занавес, закрывающий замок Керр-Ваб.
Трол, Роват и Крохан, чуть отстав, пропустили Бали и Батара, которые ехали сзади всех, а потом провернулись на месте, перед проломом. Но теперь на них накатывалась масса имперцев, плотная, потная и несущая неотвратимую смерть… Эта волна атакующих могла смять даже Трола, если бы он остался на месте.
Сначала Крохан, потом Трол, а за ними и Роват рванули следом за повозкой. Они летели так широко и легко, что даже нагнали получивших небольшую фору Бали с Батаром, скакавших полусогнувшись, прячась от стрел, мигом наполнивших воздух. Но не стрел Трол опасался теперь больше всего. Он следил за стеной, которая уходила назад с каждым рывком его коня… И дождался.
Отовсюду, из сектора стены длиной в сотни шагов ударили магические копья — светящиеся даже в этом напитанном жаром и солнцем воздухе, как молнии, прямые и жёсткие, словно проклятье всех самых сильных и злобных магов Империи. Они ударили… И вдруг опали. Трол даже не понял, что случилось. Он резко развернул коня, пытаясь сообразить, что же происходило сзади.
А произошла штука удивительная, почти необъяснимая. Магический занавес, окружающий замок и кажущийся таким враждебным, вдруг протянулся вперёд длинным, мягким на вид языком и… накрыл их непроницаемым для магических копий навесом. Магические копья продолжали молотить с механической и неистощимой энергией, пробуя достать беглецов, но с таким же успехом могли бить в склоны высохшего озера.
Впрочем, несколько имперцев, подгоняемые неслышимыми, может быть, ментальными командами, выбежали слишком далеко и тут же пали от ударов этих негромких молний, а два или три человека, оказавшиеся перед самым занавесом и не сумевшие затормозить, влетели в него и… стали в корчах таять, как бывает только в болезненном представлении чудовищной силы магов. Их тела деформировались, кровь их застыла в воздухе отвратительными, мигом почерневшими каплями, сами крики их, казалось, замёрзли, если что-то вообще могло замёрзнуть в этом адском пекле…
Теперь на то, что осталось позади них, смотрели все. И всадники, и Ибраил, мигом утративший свою маскировку, и даже возницы. Один из них делал странный охранный жест. А второй, тот, что вёл переднюю пару лошадей, сполз со своего лёгонького седла и теперь, пошатываясь, стоял около лошади, цепляясь за постромки.
Быстрее всех в себя пришёл, как ни странно, Крохан. Он проговорил чуть прерывающимся от волнения голосом:
— Надо же, Трол… Ты опять оказался прав. Уже в который раз! Ты… э-э… если так можно выразиться… просто удивляешь меня. — Он помолчал и добавил: — А ведь мы должны были погибнуть, просто с неизбежностью должны были…
— Да, — кивнул Ибраил, постаревший, усталый и осунувшийся, как от раны, от своего колдовского преодоления стены вокруг замка. — Он прав, если… Если, разумеется, в самом замке нас не ожидает что-то похуже плена и смерти от рук имперцев.
Все разом, как по команде, повернулись к замку. Теперь он был на удивление близко, всего-то в паре сотен шагов, не больше. И между ним и людьми, пришедшими сюда, не было никаких препятствий. Неожиданно это прокомментировал Роват:
— Ну, — сказал он своим густым, почти как у Арбогаста, голосом, — теперь у нас появилась хотя бы надежда.
 
Медленно, устало, переживая последнюю опасность и возможную гибель, которую каждый всё ещё ощущал в себе, они направились к замку. И Трол с удивлением заметил, как уверенно, словно большой зверь, за ними подтягивается к замку и тот язык спасительного занавеса, который предохранил их от магических копий. По-прежнему обращая в ничто те из них, что всё ещё вырывались из стены, оставшейся позади, целясь им в спины.
  
Глава 16
 
Дворик замка Керр-Ваб был невелик, повозка с длинной упряжью и пятеро верховых коней едва поместились в нём. Но тут царила живительная прохлада. А кое-где даже росла трава, разумеется, не пышная, северная и радостная, а пыльная, сухая и редкая, но всё-таки это была самая настоящая трава. Кони, даже те, что были запряжены в повозку Ублы, потряхивая мордами, чтобы шоры давали им хоть что-то увидеть перед собой, потянулись к ней с недоверчивым и осторожным фырканьем, словно опасались, что это зелёное очарование вот-вот исчезнет.
И главное — из стены главного строения замка, собственно, из донжона, на каменную приступочку не больше нормального таза для умывания, тоненькой струйкой вытекала вода. Она переливалась через край в специально сделанные желобки, которые отводили её в два серебряных корытца, из которых можно было пить и лошадям. Старое серебро потемнело, местами его покрывала какая-то серая корка, но оно сохраняло воду живой, без малейших признаков зелёной слизи или водорослей. Дальше вода растекалась по всему двору, что и позволило тут подняться траве.
Трол ещё раз осмотрел двор, донжон, закрытые тяжёлыми деревянными ставнями окна. Везде царило запустение и тишина. И было ещё что-то, что Трол сначала принял за ощущение веков, может быть, тысячелетий, миновавших с момента, когда был построен этот замок. Но потом он понял, что тут присутствовало не столь отвлечённое понятие, как время, а нечто весьма конкретное и, может быть, скрывающее в себе угрозу. Он спешился и посмотрел на Ибраила, который тоже разминал ноги.
— Чувствуешь? — спросил Трол.
— Я это почувствовал, ещё когда нас закрыл магический занавес, — отозвался маг.
— Что? — спросил Крохан.
Он-то как раз ничего не чувствовал, он блаженствовал, обливая потное лицо пригоршнями воды, не заботясь о том, что её может кому-то не хватить — как дома, на севере. А вот Роват был насторожён, кажется, он тоже что-то ощущал, хотя и не мог выразить это словами.
— Дом магически непроницаем, — пояснил Трол.
— Ну и что? — спросил Крохан.
— Это значит, он что-то таит… в себе, — отозвался Роват. От его голоса по тесному двору, как волны по поверхности застоявшегося пруда, прокатилось слабое эхо.
— Всё равно, пока тут хорошо, — решил Крохан и махнул рукой Бали и Батару, чтобы они присоединялись.
Братья не заставили себя упрашивать, они спешились у самых поилок и стали плескаться, мешая своим лошадям пить. Лошади, осознав, что помимо травы тут есть и вода, что означало, кажется, окончание всех трудностей разом, пока вежливо уступали людям.
Трол тоже поплескал на себя водой, чтобы хоть немного смыть корку пота и пыли с лица, и добрёл до седельных сумок, куда он упрятал Клунг и Син-копор. До этого он тащил на себе тренировочные мечи, чтобы его случайно не опознали по оружию. Вытащил более привычные и сильные клинки, затянул на себе перевязь через плечо. Снятые мечи кинул на повозку и ещё раз огляделся.
Возницы принялись обихаживать лошадей, сначала, конечно, верховых, принадлежащих их новым хозяевам, но Трол не сомневался, что и запряжённым в повозку животным непременно достанется их доля ласки и человеческого внимания. Они не нервничали, они были спокойны и довольны. И это обнадёживало.
Что тревожило — так это одна-разъединственная мысль, которая возникла у Трола как бы сама по себе и не давала ему теперь покоя.