Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 Компиляция (СИ)

Трол повернулся и бесшумно побежал вниз. Когда кинозиты гонялись за ним, на самом краю ставшего видимым для него лабиринта он мельком заметил зал с очень хорошим биополем. Зал этот сразу стал притягивать Возрождённого, и пришлось приложить усилие, чтобы не свернуть туда — кинозиты были способны испортить царящую в нём гармонию безвозвратно. Туда-то он сейчас и направился.
Собственно, назвать это залом было неверно. Это оказалась относительно небольшая камера, лишь раза в полтора больше кельи. Похоже, после вентиляционного канала все помещения, где Возрождённый мог оглянуться, вызывали у него ощущение немыслимой свободы. Эта камера была ему нужна, чтобы узнать, где находится выход из подземелья.
Оружие, принадлежавшее пожилому кинозиту, он сложил за десять ярдов от входа. Потом замедлил дыхание, вошёл в это помещение, тихо, стараясь не нарушить равновесия мудрости и покоя, исходящего от стен, прошёл в центр, сел в позу предвидения и стал читать необходимые мантры.
Как ни печально это было, но сил у него на настоящее предвидение не хватало. Слишком много энергии он истратил, когда пытался через заколдованную скалу посмотреть на площадку перед пещерой. Но у него уже был опыт восстановления энергетического баланса в стерильных условиях кельи, и он использовал его. Если бы его видел Учитель, он был бы доволен.
Лабиринт, который ему следовало изучить, оказался огромным. Собственно, он был бесконечным, он продолжался во всё новых и новых трещинах, проходах, проломах, новых и новых помещениях. Он протянулся на десятки, а может быть, сотни миль под горой, под равниной. У Возрождённого сложилось впечатление, что он уходил даже под море… Но выходов из него не было. Трол обнаруживал только какие-то тупики, которые образовались после того, как естественные выходы кто-то давным-давно заложил стенами в десятки футов толщиной. Причину этого он не знал.
Он сканировал всё новые и новые ответвления лабиринта. Один раз обнаружился выход со сравнительно тонкой стенкой, и кинозиты, пожалуй, могли бы её пробить, но они должны были умереть, и вступать с ними в союз Возрождённый не намеревался.
Пришлось искать снова, начиная практически сначала… Лишь когда он почувствовал, что от истощения едва может бороться с беспамятством, выход нашёлся. Это была какая-то скала со сложными и непонятными механизмами, выстроенными перед ней много веков назад. Но колдовство, которому механизм служил, ещё действовало. Собственно, это и привлекло его внимание — если бы не колдовская защита, он никогда не обнаружил бы этот выход.
Итак, выход располагался сравнительно недалеко, не больше тридцати миль по прямой, что вполне можно было преодолеть по путаным, переплетённым коридорам. Возрождённый даже удивился, что не нашёл его раньше. Именно к нему Трол и должен был стремиться, ни один другой выход больше его не интересовал.
Он стал выходить из транса. Как ни удивительно, транс этот оказался довольно глубоким, ему не удалось очнуться с нескольких попыток. Пришлось приводить в бодрствование каждый орган отдельно. И лишь основательно войдя в своё тело, он понял, почему так получилось — незаметно он отбирал энергию, необходимую для самообогрева, и приморозил не только мышцы, но и все внутренние органы, кроме сердца и лёгких.
Ещё не набрав сил, чтобы по-настоящему проснуться, он почувствовал, что вокруг него что-то изменилось — зал больше не был гармоничным местом безопасности и очищения. Как бы там ни было, спешить он не стал, возвращался к жизни медленно и осторожно.
Когда возврат из транса получается хорошо, восприятие собственного тела появляется легко, и весь внешний мир обрушивается как ураган. Иной воин по тревоге просыпается труднее. Так получилось и на этот раз. Он сбросил пелену мути, открыл глаза и…
Прямо перед Возрождённым сидел лейтенант кинозитов и с любопытством рассматривал его. Другие вояки с непроницаемыми лицами ждали приказов от командира. Лейтенант заговорил. Его голос отражался от потолка тесного помещения и звучал почти по-домашнему:
 
— Ты уже слышишь меня? — Он поспешно добавил: — Можешь не отвечать, я и так вижу. — Он помолчал. — Мы решили, ты не можешь быть далеко. Вернее, не ты, а твоё физическое тело… Поешь, тебе потребуется много сил, не правда ли?
Трол посмотрел на еду, которую он предлагал. Это было грубо приготовленное свиное сало, сухари и несколько зубков чеснока. От голода у него слюни собрались под языком.
— Вот вода, только пей не всё, мне тоже оставь глоток.
Он протянул свою флягу.
— Сколько времени я был в трансе? — спросил Трол. Лейтенант ухмыльнулся:
— Мы ждём уже дня два, пока ты очнёшься. А искали тебя ещё дня три. Так что…
— Как ты определяешь время?
Лейтенант расстегнул левый наплечник у кирасы и выволок из-за пазухи механический хронометр, смахивающий на чуть сплюснутую луковицу. Такими пользуются моряки, чтобы определиться по солнцу. Эти часы стоили целое состояние. Было даже странно, что они есть у простого лейтенанта. Или он был не простым лейтенантом, а принадлежал к обеспеченной знати одной из отдалённых от Зимногорья стран?..
Часам можно было верить. Вряд ли лейтенант перепутал ночь и день по полусуточной двенадцатичасовой шкале. А если даже перепутал, это не было большой ошибкой.
Ошибся как раз, и довольно грубо, он, Возрождённый. Во-первых, отошёл недостаточно далеко от входа, во-вторых, недооценил решимость этих людей выбраться из подземелья, в-третьих, слишком долго провалялся в трансе. И всё-таки, если бы удалось найти выход так быстро, как он рассчитывал, они бы никогда не схватили его. Просто не нужно было начинать поиск выхода дважды в одном и том же месте…
Он начал есть. Чеснок приятно освежил язык, только пить захотелось очень. Он отвинтил крышечку фляги и сделал несколько глотков. Тонкий звон отозвался на его движение.
Странно, что он не заметил сразу — его шея была охвачена концом боевой цепи. Он попробовал крепление — они использовали металлический наконечник от дротика. Он был стальной, и его толщина была чуть не в десятую часть дюйма — едва ли не толще, чем звенья цепи. Незаметно разогнуть его и освободиться было невозможно.
Проследив за цепью взглядом, он увидел, что последнее её звено с другой стороны намертво закреплено на металлической перчатке на левой руке лейтенанта. В такой перчатке можно было остановить удар нетяжелого меча, можно было пробить кирпичную стену… Над пальцами выбрасывались отточенные когти, следовательно, в перчатке можно было повиснуть на дереве или на каменной стене. Отличное оружие и, как часы, довольно дорогое. К руке эта перчатка крепилась толстенными ремнями, и их переплетение доходило почти до локтя кинозита. Сорвать перчатку также было невозможно.
Когда еда кончилась, Трол мог бы съесть ещё десять раз по столько же.
— Ты искал выход, да? — спросил лейтенант. Он так напряжённо ждал Тролова ответа, что крохотные капельки пота выступили у него над бровями.
— У нас есть золото, мы заплатим, если ты выведешь нас. — Это была явная ложь. Он и сам это понял, поэтому добавил: — Ладно, договоримся проще — если ты выведешь нас, мы не тронем тебя.
— Я выведу вас, если ты снимешь эту цепь. Лейтенант ухмыльнулся. У него были очень плохие зубы, и изо рта несло, как из выгребной ямы.
— На это не рассчитывай.
— Тогда я не поведу вас.
Лейтенант прищурился. Его глаза блеснули.
— Выведешь.
Трол отрицательно покачал головой:
— Пока эта цепь на мне, я даже…
Вояка ударил правой изо всей силы. Трол едва успел блокироваться. Но лейтенант оказался очень сильным, и мальчик отлетел в сторону, как будто в него угодил заряд из баллисты. Тогда лейтенант дёрнул цепь, и жуткая, немыслимая боль прожгла Трола от макушки до лопаток.
Следовало менять тактику.
— Ну так что? — Лейтенант был уверен в ответе, но на всякий случай добавил: — Учти, любой из нас знает способы доставить тебе несколько неприятных часов.
Трол подумал и решил: очень хорошо, что у него в келье не было оружия. Лейтенант, как и все остальные эти олухи, видел в нём ученика колдуна, а не воина.