Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 Компиляция (СИ)

С таким посохом Возрождённый мог бы не только пройти мимо оставшихся двоих наёмников, но и самого мастера Приама как следует проучить за тот выстрел из трубки… Почему-то Трол решил, что он имеет на это право, ведь бойцы такого класса, каким книжник в действительности был, не стреляют, чтобы взять на испуг — они бьют только на поражение. Но тогда возникал вопрос: что было бы, случись ему попасть? Игла с любым, даже самым безобидным зельем вызывала мышечное сокращение и как следствие — временную потерю координации… А ведь он уже прыгнул; уже находился в воздухе. Если бы Приам попал, Трол, как мешок с трухой, валялся бы под деревьями, и никто, кроме Учителя, не мог бы с уверенностью сказать, каким был этот труп при жизни.
Игра игрой, но безопасность должна соблюдаться. Возрождённый ведь тоже мог запросто поломать этих наёмных дураков, да и Приама несложно разделать так, что по возвращении в город ему, пожалуй, придётся дорого и старательно лечиться…
Подумывая, как расквитаться с Приамом, Трол неожиданно вспомнил, что сбоку от площадки есть выступающий вперёд, нависший над елями карниз, который на первый взгляд казался неприступным. Но путь на него Возрождённый знал с детства и мог подняться с завязанными глазами, что не единожды и проделывал, когда Учитель обучал его преодолевать крепостную стену в темноте или в магическом тумане. Теперь пришла пора воспользоваться этим знанием.
Подъём занял немало времени, но солнце лишь коснулось края западной горы, когда Возрождённый высунул голову и взглянул на площадку перед пещерой не внутренним зрением, а глазами. Сразу стало ясно, что проблема проще, чем казалась. Наёмники стояли у дальнего обрыва площадки, перед тропой, здраво, как им казалось, полагая, что Возрождённый мог спрыгнуть с площадки вниз, но уж взлететь на неё не способен. К тому же они нервничали. Драка с Тролом теперь казалась им делом не просто трудным, но и опасным. На мгновение мальчику даже стало их жаль.
А вот мастер Приам не был уверен, что Трол не найдёт крылья по дороге, и расхаживал по всей площадке, стараясь контролировать всю округу. Учитель расположился на своём любимом валуне, напоминающем причудливое, но удобное кресло. Напитавшийся солнцем камень, наверное, приятно прогревал спину. Он дожидался конца представления со всем доступным комфортом.
Потом, скорее из озорства, чем из опасения подвоха, Трол стал искать молодого наёмника Приама и обнаружил его… на своей кровати. Как ни странно, в самом скверном состоянии у него оказалась нога. Если Трол на таком расстоянии не ошибался, у паренька было растянуто подколенное сухожилие, теперь ему придётся лежать не меньше недели… Дистантное прощупывание вызвало у юноши болевой приступ, и он громко застонал.
Приам ещё раз внимательно осмотрел всю площадку, прислонил шест к камню, на котором Трол родился, и зашёл в пещеру… Лучшую возможность придумать было сложно. Трол резко издал беззвучный вой волка, пугая лошадей, привязанных перед входом на тропу, и они дико забились у коновязи. Оба воина, поджидающие не только Трола, но и стерегущие свои тюки, перегнулись через край площадки и попытались успокоить лошадей. Учитель был вне игры, поэтому Возрождённый и не пытался с ним совладать…
Он попросту подтянулся, прокатился, выпрямился и через пару бесшумных прыжков забрал посох Приама. Потом быстро отыскал в куче разного тренировочного добра, которое было разложено в ближнем к нему углу площадки, верёвку, закрепил её одним движением на вбитом в каменную стену стальном крюке и спустился вниз… Разумеется, он почувствовал досаду Учителя, потому что не закончил игру сразу, положив колечко на условное место, но у него ещё было время.
Очутившись на земле, Трол зашёл за один из выступов горы и, оказавшись в мёртвой для наблюдения зоне, несколько минут разминался, приучая руки к шесту.
Он нравился ему всё больше. Это было оружие той самой категории, которую он любил, — не явное, но мощное, простое, но совершенное. И требующее такого же совершенства от бойца. Убедившись в своей готовности, он скользнул к тропинке и стал по ней подниматься, уже не стараясь оставаться незамеченным.
 
Но у него осталась инерция быть замаскированным, заданная ещё в деревне, и телохранители Приама увидели его, лишь когда до них оставалось ярдов двадцать. При желании он мог преодолеть это расстояние в три прыжка, но такого желания у Возрождённого не было.
Воины закричали, Приам вылетел из пещеры, как камень из пращи. Увидел Трола с шестом в руке, повернулся к месту, где оставил посох… Потом посмотрел на Учителя, тот едва заметно усмехнулся и отрицательно качнул головой. Тогда Приам достал свою трубку и с довольно растерянным видом пошёл к воякам, которые так ничего и не поняли.
Зато они напали на Трола с воодушевлением, которое ему пришлось бы подавить откровенно жестокими средствами, если бы он был без оружия. Но сейчас всё было по-другому… Кроме того, они были ему нужны — он больше не хотел давать Приаму возможность выстрелить.
Несколько раз книжник пытался зайти сбоку, но Возрождённый снова и снова прятался за его же людей… И шаг за шагом теснил всех троих к камню. А когда они упёрлись в его край, Приам почувствовал, что отступать уже некуда, и шагнул вперёд, быстрым движением приставив трубку к губам… Собственно, этого момента Трол и ждал. Он ушёл от мечей его слуг, выбросил дополнительные колена из шеста, упёрся одним его концом в землю и прыгнул.
Полёт получился высоким и совсем не по той траектории, которую Приам ожидал, оценивая толчок Трола. Он выстрелил, но игла прошла ниже…
Когда Приам оказался под ним, Трол распрямился и ударил ногой по трубке, она улетела за край площадки. Если бы он захотел, то мог бы услышать, как она зашуршала на хвое елей и как стукнулась о землю.
Приам зажал рассечённый рот. Губы у него могли остаться невредимыми, но, если он зажимал трубку по-бойцовому, зубами, они должны были улететь с трубкой в сторону…
Трол приземлился, выпрямился и положил кольцо на шершавую плоскость камня. Затем повернулся к Учителю и медленно, церемонно поклонился в манере победителя, а затем демонстративно посмотрел на западную гору. Солнце на четверть выступало над её вершиной.
Приам подошёл к своим воинам и положил им руки на плечи. В обоих ещё кипел боевой гнев. А Возрождённый мельком подумал, насколько же прав был Учитель, когда требовал, чтобы он всегда бился без эмоций — чувства неминуемо приводили к поражению.
— Трол, подойди сюда. — Он подошёл к Учителю. — Зачем ты устроил это представление?
Приам тоже подошёл, но это было его дело. И тогда Возрождённый честно рассказал, что думал о выстреле книжника и что, устроив «представление», хотел ему всего лишь отомстить.
— Тебе это удалось, молодой мастер, — сказал Приам. Как доказательство он открыл рот и приложил палец к кровоточащим дёснам, на которых не было резцов.
— Да, плохо получилось, — сказал Учитель огорчённо и потёр подбородок.
Тролу стало не по себе, потому что таким расстроенным он видел его очень редко.
— Что я сделал не так, Учитель? Вместо ответа Приам достал кожаный футляр с иглами, высыпал их на ладонь, взял одну и точным движением вогнал себе под кожу. Потом протянул иглы Возрождённому.
— Можешь попробовать сам. Если найдёшь хоть одну с зельем, считай, что не зря выбил мне четыре зуба.
Неожиданно Приам обнял Трола за плечи и прижал к своей мягкой старческой груди.
— И всё-таки ты прав: если бы мне удалось насадить тебя на стрелку, я бы не считал, что ты достоин внимания Ордена. А сейчас…
— Тем не менее придётся объяснять отсутствие четырёх зубов, не так ли?
Учитель встал, он готов был церемонно обозначить раскаяние и просьбу о прощении, только пока не знал, как именно это сделать.
— Да уж, кое-что объяснять придётся… — взглянув на Трола в упор, Приам вдруг улыбнулся так, что стало ясно — он не сердится. — Не расстраивайся, молодой мастер. Почему-то начинает казаться, что я и мои люди ещё легко отделались.