Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 Компиляция (СИ)

Это была небольшая, человек на шесть, лодочка, остроносая и быстрая, которая неслась по тёмной воде, удаляясь от замка, к тому берегу, где находился мост и где стояли Лотар с Сухметом. Она была бы совсем неразличима в темноте, но блеклое световое пятно, как гигантский зайчик от невидимого, тусклого солнца, играло на воде, на блестящих шлемах и доспехах воинов, на мокрых вёслах.
— Они убегают, — сказал Сухмет.
Гребцы налегали на вёсла так, что те, казалось, гнутся при каждом ударе о воду. Лодка летела, как птица.
Снова послышался тяжёлый щелчок, потом свист перешёл в гудение толстой струны, потом камень ударил в воду. Человека, сидящего на корме, обдало брызгами.
— А ведь могут прорваться.
Внезапно на башне появился Атольф. Сухмет узнал его по медлительным движениям, в чём-то похожим на движения Чунду. Та же внешняя неторопливость, та же неостановимая сила и сокрушительная мощь.
Между лодкой и берегом оставалось уже не более полусотни ярдов, когда катапульта ударила снова.
— Это их последний выстрел. Промажут, значит…
Камень вдруг изменил направление. Это было почти незаметно, но Лотар не сомневался, что теперь его ведёт так называемый Поводок, что-то вроде управляющего стержня, помогающего при стрельбе большими снарядами даже в самых безнадёжных случаях. Это было даже не очень сложно, но Лотар не ожидал такого от Атольфа.
Камень ударил в лодку, строго в середину, сразу изувечив или убив двоих гребцов, сидевших на самой широкой банке. Лодка переломилась, словно была сделана из картона. Все беглецы оказались в воде, и теперь шансов у них не было — течение неумолимо несло их к краю водопада, к смерти.
Да они и не пытались сопротивляться. Кто-то просто вцепился в деревянный нос лодки и вглядывался в приближающуюся смерть, кто-то принялся ругаться высоким, сорванным голосом… Но нет, от этой мешанины людей и щепок отделилась чья-то тёмная фигура, которая становилась с каждой минутой всё заметнее.
Кто-то не потерял присутствия духа и продолжал бороться. Человек был умел и силён. Он грёб так, что Лотар даже недоверчиво оглянулся на Сухмета. Тот тоже подался вперёд, считая частоту гребков неизвестного пловца.
— У него есть шанс, — сказал наконец старик.
Снова ударила катапульта, камень просвистел в воздухе и поменял направление целых два раза. На это уже решился бы далеко не каждый колдун, даже специализировавшийся в воинской магии. Атольф превзошёл сам себя.
Но он всё равно промахнулся на пару футов. Брызги взлетели в воздух и опали, а пловец даже не обратил на них внимания.
За его спиной обломки лодки и остальные люди унеслись к водопаду и с чьим-то отчаянным криком исчезли в тёмном провале пропасти. Крик смолк сразу, как отсечённый острым клинком.
Но этот удивительный человек, который старался выбраться на берег, всё-таки справился. Он попал в последние водовороты почти на том самом месте, где вчера Сухмет выловил Лотара. Сухмет сбежал по склону и вошёл в воду, чтобы помочь ему. Лотар поспешил за ним.
На последних ярдах силы оставили пловца, и помощь Сухмета была очень кстати. Он поймал его за волосы и втащил в заводь. Потом подхватил под мышки, вынес на берег.
Теперь Лотар узнал его. Это был Завад, замковый шут. Тренированный сторож и метатель сурикенов, который чуть не убил Лотара в спальне колдуна. Он был почти без сознания, глаза его закатились под веки, дыхание было таким судорожным, что хотелось дать ему одну из тех ароматических жидкостей, которые расширяют лёгкие.
Сухмет осторожно положил его на траву и расстегнул ремень, пережимающий грудь. На ремне была сумка.
— Удивительный человек, — сказал Лотар. — Ему это удалось, он проплыл стремнину и не свалился в пропасть.
— Да, он прекрасно тренирован, — согласился Сухмет. — Не хуже тебя, если бы ты был просто человеком.
Луч света, которым Атольф высвечивал лодку на воде, теперь погас или ушёл куда-то в сторону. Лотар наклонился ближе, чтобы рассмотреть лицо шута. Внезапно он увидел чёткие, как нарисованные, и свежие, ещё кровоточащие, рубцы через весь лоб. Это был след хлыста, барского, ленивого и не очень сильного, но болезненного и, безусловно, унизительного даже для раба.
 
Внезапно Завад очнулся. Он схватил Сухмета за руку и приподнялся.
— Кто вы?
— Не беспокойся, ты жив, ты доплыл, — ответил старик.
— Но вы не выдадите меня?..
— Мы враги твоего господина.
— Прежнего господина… — прошептал шут.
— Ты расскажешь, что произошло? — спросил Лотар.
— Конечно, только не прогоняйте меня.
Как-то мы уж очень сухо разговариваем с человеком, который только что сумел избежать верной смерти, подумал Лотар. Что-то во всём этом было неправильное.
Завад попытался встать на ноги.
— Что угодно, только не отдавайте меня ему… — Взглядом шут указал на замок.
— Теперь всё будет хорошо, — заверил Сухмет.
Но хорошо не стало. В трёх десятках шагов прозвенела тетива лука, и прежде чем Лотар и Сухмет успели коснуться земли, тонкая трёхфутовая стрела впилась шуту в шею, пробив горло.
Сжав древко стрелы так, словно это могло удержать его жизнь, Завад упал на землю. Судорога исказила его лицо, теперь оно не было просительно-испуганным. Это было лицо холодного убийцы и лицедея, жестокая маска лгуна и преступника.
— Зелёный Лучник… — прошептал он мертвеющими губами, изогнулся в агонии и затих.
На фоне тёмных кустов стоял, широко, как на стрельбище, расставив ноги, человек, одетый в балахон, разрисованный тёмно-зелёными разводами. Заметить его было нелегко, даже Лотару приходилось напрягать зрение.
Его лук в левой руке опустился. Больше он не делал попытки достать стрелу.
— Следующим будет Гильом, — произнёс незнакомец и убрал лук в чехол на бедре.
Лотар поднялся на ноги, сунул кинжал в ножны и шагнул вперёд.
— Вот и пришла пора узнать тебя покороче, таинственный наблюдатель.
Человек в пятнистой зелёной одежде подошёл к телу шута, холодно усмехнулся и посмотрел на Лотара.
— Да, я следил за вами. И действительно, пришла пора познакомиться.
  
Глава 18
 
Утренние звёзды засыпали небосклон тонким жемчугом, исчезающим в поднимающейся заре, а Лотар, Сухмет и Зелёный Лучник, напившись свежего чая и поужинав так плотно, как бывает, когда разговор не клеится, чего-то ждали.
— Значит, это ты, господии, следил за нами? — спрашивал Сухмет, улыбаясь. Никто, кроме Лотара, не прочитал бы в этой улыбке и следа настороженности.
— Да, я заметил вас, когда вы ещё только собирались разделаться с чудовищем на перевале. Кто вам заплатил?
Голос Зелёного Лучника звучал глуховато и неловко, словно он и сам удивлялся тому, как его язык и губы выговаривают слова. Вероятно, он очень давно ни с кем не разговаривал. Впрочем, одет он был чисто и для лесного жителя, пожалуй, щеголевато. А на шее носил даже чёрный шнурок, на который были нанизаны огромной величины когти местных горных медведей.
Лотар никак не мог решиться исследовать сознание этого человека магическими методами. Такую неловкость перед простым человеком он испытал только однажды, много лет назад, когда, став драконьим оборотнем, встретил Рубоса. Но Рубос был друг, а кто этот? Так или иначе, но всё определённо свидетельствовало — это был сильный человек, не слабее Рубоса.
Сухмет довольно монотонно, убаюкивая настороженность Зелёного Лучника, стал пересказывать, как их нанял Покует, потом, ещё скучнее, об их договорённости с князем. Когда он перешёл к их путешествию на перевал, Зелёный Лучник прервал его:
— Дальше я всё видел сам. Вы не скрывались. Лучше ответь мне, как вы оказались здесь?
Сухмет вяло и так же тоскливо рассказал про бегство Атольфа, Батенкура и их наёмников. Он старательно избегал упоминаний про магический занавес, но гость об этом и сам догадался.
— Значит, вы — колдуны. Потому что они ушли невидимками.
Сухмет посмотрел на Лотара. Драконий оборотень неподвижными глазами глядел в огонь. Сколько же лет этот человек не разговаривал с людьми, если ничего не слышал о Желтоголовом, охотнике на демонов, слава о котором гремела по всему Западному континенту?