Неправильная принцесса

– Вы... вы... у вас троих очень большие проблемы!
КОРОЛЕВСКАЯ АКАДЕМИЯ
Из канцелярии феи-крёстной
Девин,
Мне казалось, что мы с тобой достигли взаимопонимания, но услышав – и увидев своими глазами, – что произошло на уроке профессора Белоснежки, я поняла, что поторопилась с выводами. Ты не только встревала в разговор и вела себя совершенно неприемлемым для принцессы образом, но ещё и сбила с пути истинного Сашу Бриарвудскую и Логана Недерландского. Каждый из них получил выговор – и всё из-за тебя. И это ещё не говоря о прочих учениках на глазах у которых вы всё это вытворяли.
С сожалением вынуждена сообщить, что мне пришлось поставить в известность о допущенных тобой злостных нарушениях школьных правил твоих родителей. Пока обстановка остаётся спокойной, но если хоть слово о твоём недостойном поведении достигнет других королевских семей, твоих родителей ожидает неслыханный позор. Мне чрезвычайно неприятно сознавать, что твои проступки ставят под угрозу шансы твоего отца занять высший командирский пост в Королевской гвардии. Ты получаешь второй выговор, и очень советую не доводить дело до третьего, иначе тебе придётся крепко об этом пожалеть.
Очень надеюсь, что ты всё же сможешь исправить своё положение. Я точно знаю, что когда по-настоящему чего-то хочешь, то можешь добиться всего!
С наилучшими пожеланиями, Оливина, директор Королевской Академии
  
Глава 14
 
СКАЗКИ И МИФЫ
 
Второй выговор.
Руки у меня дрожали, коленки превратились в студень. Колокол звонил, заставляя нас поторапливаться на следующий урок, но я даже дышать не могла. Если я допущу ещё хоть одно нарушение, меня не просто выгонят – жизнь отца и матушки будет полностью разрушена. Карьера отца в Королевской гвардии рухнет. Этого я никак не могла допустить. Колокол зазвенел снова, и только тут я наконец заставила себя поднять глаза – чтобы увидеть перед собой совершенно взбешённую Сашу.
В трясущейся руке она держала точно такой же свиток. Я почувствовала, что бледнею.
– Мало того что я получила предупреждение, так ещё фея-крёстная запретила мне издавать следующий номер «Посвящённого»! – В её глазах стояли злые слёзы. – Говорит, она знает, что я его автор и что я полностью исказила то, что произошло на первом балу. Всё, что происходит в Королевской Академии, не подлежит ни обсуждению, ни разглашению. Но это же нарушение свободы слова!
– Саша, мне так жаль... – начала я, но она меня перебила.
– Оливина сказала, что если я буду дальше водить с тобой дружбу и идти у тебя на поводу, то она меня вышвырнет и расскажет всему миру, что достойной принцессы из меня не выйдет. – Её лицо ожесточилось. – Этого я не допущу. Моя семья просто не перенесёт подобного скандала. После того как моя сестра...
Я ошеломлённо заморгала:
– Что, Оливина правда так сказала?! – Но это же просто... гарпии знают что! Вот уж не думала, что феи-крёстные могут говорить что- то подобное. – Но мы же живём в одной комнате.
– Тогда держись от меня подальше, ясно? – Саша, резко попятившись, натолкнулась на Клариссу и её подружек. – Как можно дальше!
Я была настолько поглощена свалившимися на нас неприятностями, что совсем забыла о толпящихся вокруг зрителях. Кларисса издевательски фыркнула, кое-кто из принцесс начал перешёптываться, глядя на нас. Я же просто не знала, куда девать глаза. Мне казалось, будто стены замка смыкаются, наваливаются на меня, и единственное, чего мне хотелось, – это бежать, бежать отсюда прочь. И когда колокол грянул снова, я так и сделала. И не останавливалась, пока не оказалась в классе профессора Пирса.
Я шмыгнула за первую попавшуюся парту и осталась сидеть, опустив голову и изо всех сил стараясь не заплакать. Сашин свиток под запретом. Карьера отца висит на волоске. Матушка никогда больше не сможет показаться на благотворительном чароландском безумном чаепитии. Что я натворила! Ещё только первая неделя обучения – а я уже испортила всё, что могла.
 
– Приветствую вас, будущее Чароландии!
Я с любопытством подняла глаза. Такой заразительной улыбки, как у профессора Пирса, я, пожалуй, ещё ни у кого не видела. Даже моё сердце постепенно успокоилось и вернулось к нормальному ритму. Ученики вокруг меня, перестав болтать, просто улыбались. Я и сама не понимала, что в нём было такого подкупающего. Одет профессор был, пожалуй, даже слишком аристократично для учителя: в ярко-синий двубортный камзол и золотые панталоны, что само по себе производило неслабое впечатление. Но что-то ещё в его спокойных, добродушных глазах – может быть, их необычный серый оттенок? – вдруг заставляло поверить, что всё обязательно будет хорошо.
– Ну, кто готов менять мир к лучшему? – бодро спросил он, прохаживаясь между нашими партами. Все сели ровнее, приготовившись слушать. – Лично я готов – и уверен, что вы тоже не хотите остаться в стороне. Вы будущие правители, и ваш долг – делать жизнь ваших подданных лучше и радостнее, и я от души надеюсь, что здесь, в этом самом классе, вы научитесь этому. Здесь действует только одно правило: быть честным. Честность – важнейшее качество для правителя, да и для любого человека. И я хочу уведомить вас, что Мило здесь никогда не показывается. Поэтому вы можете говорить совершенно свободно.
– И директор Оливина это допускает?! – Лучшая подружка Клариссы, Мортиция фон Мидер, явно нервничала, даже задавая этот вопрос.
– Совершенно верно! – подтвердил профессор Пирс. – В сущности, это часть договора, который мы заключили с феей-крёстной в обмен на моё согласие преподавать в Королевской Академии. Этот класс – полностью безопасное место. – Я готова поклясться, что при этих словах он посмотрел на меня. – И на этом я предлагаю приступить к нашему сегодняшнему уроку.
Профессор постучал по доске, и по ней как по воде побежала мелкая рябь. Не успела я моргнуть, как из этой ряби проступили слова, выведенные чётким аккуратным почерком:
История Чароландии
– Чтобы понять, как стать хорошим правителем, мы должны прежде всего изучить, что делали те, кто правил нашим и другими королевствами на протяжении десятилетий, рассмотреть все их успехи и промахи. – Профессор Пирс снова постучал по доске, и на ней появилось изображение принцессы Эллы – такое ясное и чёткое, как если бы она сама стояла перед нами. Класс приглушённо ахнул. Затем последовали и другие портреты: Белль из сказки про Красавицу и Чудовище, пленённая в замке принца Себастьяна; Белоснежка, погружённая в беспробудный сон, и такая же безжизненная принцесса Роза. Череда знакомых с детства лиц проплывала перед нами и таяла. – Мы с директором полностью согласны, что не стоит скрывать от вас тёмную сторону королевской власти, – она даже всегда настаивала, чтобы я подробнее рассказывал вам об опасностях, которые поджидают королевских особ на пути к трону. – Он чуть улыбнулся, поджав губы. – Но правление королевством – это не только подвиги, парадные одежды и балы. Быть королём – значит распоряжаться данной вам властью со всей ответственностью и принимать трудные решения во благо ваших подданных. Надеюсь, мои уроки помогут вам усвоить эту непростую науку. – Он ещё раз стукнул по доске, и она снова стала чёрной и гладкой.
Класс притих, все неотрывно смотрели на профессора Пирса.
Кто из вас сможет назвать мне трудности и невзгоды, с которыми приходилось сталкиваться нашим правителям? – задал он вопрос.
Руки взметнулись вверх, и ученики один за другим стали пересказывать всем известные истории: о принцессе Элле и директоре Флоре, в прошлом её Злой Мачехе; о Белоснежке и Злой Королеве, о Русалочке и мадам Клео, морской сирене, о Рапунцель и Готти. Ух, я даже и не задумывалась раньше, как много злодеев строили козни против нашего королевства. Было отчего прийти в подавленное настроение.