Память, Скорбь и Тёрн

— Я пока не знаю. — Джошуа посмотрел на Деорнота, как будто ожидая от него предложений. — Мой брат сейчас победитель, царящий над всеми землями Великого королевского анклава. Я не знаю, кто осмелится укрыть меня от гнева Элиаса. — Он хлопнул искалеченной рукой по сжатой в кулак другой. — У нас не осталось никаких шансов. Мы проиграли.
— Я ведь задала не праздный вопрос, — сказала Джулой, садясь поудобнее. На ней были мужские сапоги, заметил Деорнот, и здорово поношенные к тому же. — Позволь мне поговорить о важном, и ты лучше оценишь свои возможности. Во-первых, до падения Наглимунда ты зачем-то послал поисковую партию, не так ли?
Джошуа прищурился:
— Откуда ты это знаешь?
Джулой нетерпеливо потрясла головой:
— Я сказала при встрече, что знаю Моргенса и Бинабика из Йиканука. Я также знала Ярнаугу из Танголдира. Мы беседовали с ним, пока он жил в твоем замке, и он мне многое рассказал.
— Бедняга Ярнауга, — сказал Джошуа. — Он смело встретил смерть.
— Многие мудрые умерли: немного их осталось, — ответила она ему. — Отвага — удел не только солдат и рыцарей. Но раз круг мудрецов сужается с каждой утратой, для нас стало необходимым обмениваться знаниями не только между собой, но и с другими. Поэтому Ярнауга сообщил мне обо всем, что он делал с того момента, как добрался до Наглимунда из своего северного дома. А! — Она выпрямилась. — Это мне о чем-то напомнило. Отец Стренгьярд! — позвала она громко.
Священник поднял голову, не уверенный, что зовут именно его. Она позвала его жестом. Он отошел от Сангфугола и приблизился к ним.
— Ярнауга очень высоко ценил вас, — сказала Джулой. Улыбка пробежала по ее лицу. — Он вам что-нибудь дал, прежде чем уйти?
Стренгьярд кивнул и вытащил из-под рясы блестящий медальон.
— Вот, — произнес он тихо.
— Я так и думала. Ну, мы с вами поговорим об этом позже, но как член Ордена Манускрипта вы непременно должны участвовать в нашем совещании.
— Член… — Стренгьярд изумился. — Я? Ордена?
Джулой снова улыбнулась.
— Конечно. Зная Ярнаугу, я уверена, что он сделал тщательный выбор. Но, как я сказала, мы об этом поговорим позже, ты и я. — Она снова повернулась к принцу и Деорноту. — Как видите, я знаю о поисках Великих мечей. Я не знаю, преуспели ли Бинабик и другое в поисках клинка Камариса, но я могу вам точно сказать, что день или два назад и тролль, и юный Саймон были живы.
— Хвала Эйдону, — вырвалось у Джошуа, — это хорошее известие! Хорошие новости как раз в то время, когда нам их так не хватает. У меня на сердце с самого их ухода было неспокойно. Где они?
— Я полагаю, что они в Йикануке среди троллей. Трудно объяснить вкратце, поэтому я вам скажу только вот что: мой контакт с Саймоном был недолгим, и мы не смогли ничего обсудить. Мне также нужно было им передать важное поручение.
— В чем оно состояло? — спросил Деорнот. Хоть он и был рад появлению колдуньи, его раздражало, что она отняла инициативу у Джошуа. Это было глупо и отдавало высокомерием, но он так хотел, чтобы принц показал себя тем руководителем, которым несомненно мог быть.
— Сообщение, которое я передала Саймону, я передам и вам, — сказала Джулой, — но сначала мы должны поговорить о другом. — Она повернулась к Стренгьярду. — Что вы выяснили про другие два меча?
Священник прокашлялся.
— Ну, — начал он, — мы… нам хорошо известно, где находится Скорбь. Его носит король Элиас как дар Короля Бурь, если верно то, что рассказывают, и он с ним не расстается. Тёрн, мы полагаем, находится где-то на севере, и если тролль и другие живы, есть надежда, что они его найдут. Последний, Миннеяр, который когда-то принадлежал королю Фингилу… Боже мой! Конечно, все это вам известно… Так Миннеяр, кажется, так и не покинул пределов Хейхолта. Итак, два… два…
— Два меча в руках моего брата, — закончил Джошуа, — а третий разыскивают в непроходимых местах тролль и юноша. — Он беспокойно улыбнулся, покачав головой. — Как я уже сказал, игра проиграна.
Джулой хлестнула его яростным взглядом своих желтых глаз:
 
— Но это игра, где сдаться — не значит найти выход; игра, в которой мы должны пользоваться теми картами, которые вытянули. Ставки действительно очень высоки.
Принц выпрямился и жестом не дал Деорноту сделать резкого замечания:
— Твои слова сказаны к месту, валада Джулой. Это наша единственная игра, и мы не смеем проиграть. Итак, что еще ты хочешь нам сказать?
— Вы многое уже знаете или можете догадаться. Эрнистир на севере пал, король Ллут мертв, а люди его ушли в горы. Предательство отдало Наббан во власть союзнику Элиаса Бенигарису. Скали из Кальдскрика правит Риммергардом вместо Изримнура. Наглимунд разрушен, и в нем, как привидения, бродят норны. — Рассказывая, она чертила карту в пыли своим посохом. — Альдхортский лес свободен, но это не то место, где можно собраться, чтобы оказать совместное сопротивление. Может быть, он мог бы стать последним прибежищем, если все остальные возможности будут исчерпаны.
— А что это сейчас, если не последнее прибежище? — спросил Джошуа. — Вот все мое королевство, все здесь, как ты видишь, Джулой. Мы можем скрываться, но не можем бросить вызов Элиасу. Нас так мало, а у него в союзниках сам Король Бурь.
— Ну вот мы и подошли к тому, что я приберегала на конец, — сказала Джулой, — к тому, что еще более странно, чем людские войны. — Ее смуглые руки быстро двигались, снова чертя на земле. — Почему мы в безопасности в этой части леса? Потому что он во владении ситхи, а норны не смеют нападать на них. Этот хрупкий мир веками существовал, разделенный между двумя народами. Даже бездушный Король Бурь, думаю, не спешит бросить вызов оставшимся ситхи.
— Это два рода? — спросил Деорнот удивленно.
Джулой направила на него свой грозный взгляд.
— Ты не слушал, что говорил тебе в Наглимунде Ярнауга?! — возмутилась она. — Какой смысл мудрецам отдавать свои жизни, если те, ради кого они это делают, даже не слышат их?
— Ярнауга говорил нам, что Инелуки, Король Бурь, был когда-то принцем ситхи, — поспешно сказал Стренгьярд, взмахивая руками, как бы стараясь разогнать нависшую враждебность. — Мы это знаем.
— Норны и ситхи были одной семьей на протяжении веков, — сказала Джулой. — Когда их пути разошлись, они поделили между собой Светлый Ард и обещали без разрешения не переступать границ.
— Нам-то, простым смертным, что за дело до этого? — спросил Деорнот.
Джулой взмахнула рукой.
— Мы здесь в безопасности, потому что норны не осмеливаются преступать эту границу. Кроме того, существует сила, даже в эти жалкие времена, которая заставляет их считаться с собой. — Она пристально посмотрела на Деорнота. — Ты это почувствовал, не так ли? Но проблема в том, что нас десять или одиннадцать и нам не справиться. Мы должны найти безопасное от норнов место, такое место, где все, кто недоволен правлением твоего брата Элиаса, могли бы соединиться с нами. Если король Элиас ужесточит свое правление в Светлом Арде, если Хейхолт станет неприступной крепостью, тогда нам ни за что не освободить Великий меч из его рук и не найти тот, который, как мы полагаем, тоже находится там. Мы не только боремся с колдовством, но ведем борьбу позиционную, борьбу за место.
— О чем ты говоришь? — спросил Джошуа, пристально глядя в лицо колдуньи.
Джулой указала на карту.
— Вот там, к востоку от леса, лежат луга тритингов. Там, где когда-то располагался город Энки э-Шаосай, на границе леса и лугов есть место, где норны и ситхи расстались навсегда. Это место называется Сесуадра — Скала прощания.
 
— И… там мы будем в безопасности? — спросил обрадованный Стренгьярд.
— На какое-то время, — ответила Джулой. — Это место обладает собственной силой и на время спасет нас от Короля Бурь и его подручных. Нам важно выиграть время — нам нужно время, чтобы собрать всех, кто готов сражаться против короля Элиаса, время, чтобы собрать рассеянных повсюду наших сторонников. Но самое главное — нам нужно время, чтобы разрешить загадку трех Великих мечей и найти способы отвести угрозу Короля Бурь.