Возвращение

Трудно было усомниться в правдивости этих слов, глядя на его мужественное лицо, широкие плечи, сильные руки и тяжелый делайский меч у бедра. Рядом с этим могучим воином стояли всем хорошо знакомый жрец Амиры Миран и кузнец Кораф, которого все в Пеленаре уважали больше, чем кого-либо другого. Из толпы вышел Арслан, проживший в Пеленаре почти восемь десятков лет и обладавший, как считали жители, большой мудростью.
– Я долго живу на этом свете, – скрипучим старческим голосом проговорил он, – и видел много разных людей, и хороших, и плохих. Твое прошлое ужасно, а настоящее не ясно, однако судить тебя будут не люди, а Великие боги. Сейчас же я вижу перед собой могучего, уверенного в себе воина, которому можно доверить свою жизнь, поэтому я принимаю твою помощь. Более того, я прошу тебя помочь нам и защитить нас в этот трудный для всех жителей Пеленара час. Но я не вправе говорить за всех.
В толпе кто-то крякнул и, растолкав окружающих, встал рядом с говорившим.
– Я согласен с почтенным Арсланом.
Один за другим крестьяне становились рядом со стариком, с надеждой глядя на молодого воина. Миран тронул брата за руку.
– Они верят в тебя, Кир, – тихо произнес он. – И мы верим в тебя.
Кир взглянул на брата и увидел в его глазах любовь и веру. Плечи воина стиснули могучие руки отца, который так скучал по своему старшему сыну. Неунывающая физиономия Маркуса, выскочившего из-за спины Корафа, расплылась в широченной улыбке.
– Покажи им, что значит настоящий воин, дружище! – сказал он.
– Всенепременно, – кивнул головой Кир, и пеленарцы разразились радостными воплями.
– Только будь осторожен, – шепнула Лила, коснувшись его рукава кончиками пальцев.
Спустя полчаса город превратился в настоящий муравейник. Жители сновали туда-сюда, устанавливая неподалеку немногочисленные шатры и телеги, груженные едой, тканями и тюками с разным хламом, женщины поспешно шили большой алый флаг с изображением символа Черной Армии – силуэта черной пантеры, а мужчины разыскивали дедовские и прадедовские оружие и доспехи. Лила отстегнула свой кинжал и тоже засела за рукоделье – она хотела быть хоть чем-нибудь полезной. Кир, Кораф и три его подмастерья наспех ковали некие подобия мечей и наконечники для копий, а Маркус носился по всему Пеленару, собирая всех способных держать в руках оружие мужчин. Необходимо было создать видимость того, что в городе находится стоянка небольшого отряда Черной Армии. Местный художник Карим особой черной краской рисовал каждому из «воинов» на груди силуэт пантеры, а портной Уфар вместе с двумя десятками девушек тратил трехлетний запас кожи на доспехи вроде тех, что носил Кир. Очень кстати пришлась тележка старьевщика, в которой нашлась ношеная, но все еще крепкая кожаная амуниция.
К закату над воротами в Пеленар полоскался на ветру стяг Черной Армии, а возле шатров горели костры, вокруг которых сидели взрослые мужчины от восемнадцати до сорока пяти лет. Таких набралось тридцать пять человек. Кир собрал пеленарцев у ворот.
– Запомните, никакой показной смелости и воинственности, – говорил он. – Мои воины всегда спокойны и сдержанны, никогда не бросаются на врага без моего приказа. Оружие, разумеется, должно быть при вас, но не обнажайте мечи без надобности, вы все равно не умеете с ними обращаться. С утра можете упражняться в метании копий, бороться на руках, играть в кости: именно так обычно развлекаются мои солдаты. И никаких криков вроде: «Мы вас на куски порвем». Говорить будем только я и Кертор. Вопросов нет? Тогда отбой.
«Солдаты» начали расходиться по шатрам. Кир отыскал Маркуса и отошел с ним подальше от лагеря.
– Слушай, а если Кертор догадается, что мы его дурачим? – спросил парень.
– Не думаю, что такое случится, – ответил Кир. – Все выглядит достаточно правдоподобно. Разведчики еще не вернулись?
– Вернулись, – кивнул Маркус. – Они нашли трупы воинов Кертора и как следует натоптали вокруг. Если враги наткнутся на них, то обязательно подумают, что там была долгая схватка.
 
Возникла пауза. Маркус почесал в затылке и, прочистив горло, спросил:
– Дружище, я давно хотел узнать… Ну… Как можно научиться побеждать врага, будучи заведомо слабее его?
– У любого противника есть слабые места, Маркус, – ответил Кир. – Обычно их нельзя заметить сразу, но почти всегда они находятся на самом виду.
– Легко тебе говорить… А если я не смогу их увидеть?
– Хм… Бей в горло. Даже у драконов это – самое уязвимое место.
Маркус понимающе промычал что-то неразборчивое, хлопнул друга по плечу и отправился спать. Кир остался один. Взглянув на шатры, темневшие неподалеку от ворот, воин почувствовал в груди ноющую боль. Он словно вернулся на четыре месяца назад, когда две с половиной сотни солдат точно так же устраивались на ночлег после очередного удачного рейда. Разница была лишь в том, что теперь эти освещенные кострами шатры, как и сонно повисший на длинном древке флаг Черной Армии, призваны были защитить невиновных, а не уничтожить их, как это было всегда.
Кто-то подошел к замершему воину сзади.
– Как ты? – спросил Кораф.
Кир обернулся и посмотрел ему в глаза.
– Отец… я хотел, чтобы ты знал кое-что, – решительно сказал он. – Все вы вправе ненавидеть меня, и я, честно сказать, удивлен, что вы так сразу приняли мою помощь. Но… В общем, знай, что я ничуть не жалею о том, что сотворил. У каждого человека своя судьба и свое предназначение, как говорили когда-то жрецы Края. Так вот, мое предназначение – быть воином. В этом вся моя жизнь.
Кораф молчал, не зная, что ответить и что думать. Кивнул и, хлопнув сына по плечу, пошел в кузницу.
 
Глава 6
– Нашли этих идиотов?
Дозорный кивнул.
– Нашли, командир. Они мертвы. Видимо, наткнулись на каких-то всадников: там повсюду следы копыт.
Кертор, высокий широкоплечий мужчина лет сорока пяти, мрачно сплюнул себе под ноги. Карие глаза угрюмо посмотрели на замерших в ожидании солдат.
– Зорг с ними со всеми, потом разберемся, – тряхнул головой джарктиец. – Вперед!!!
Земля задрожала от перестука копыт. Знамя Кертора – желтый скорпион на черном фоне – заполоскалось на ветру, когда почти сотенный отряд воинов устремился из рощи к холму, за которым располагался Пеленар – городок, который Кертор выбрал для очередного рейда.
Солдаты с трудом сдерживали себя, чтобы раньше времени не разразиться свирепыми воплями, вгонявшими противника в панику. Кертор лупил коня каблуками по бокам, чтобы первым оказаться на вершине холма и дать своим воинам сигнал к началу битвы. Но его ждал неприятный сюрприз. Оказавшись наверху, Кертор подавился собственными словами, которые уже почти сорвались с его губ, и рывком остановил коня: возле Пеленара стояли лагерем какие-то воины. Заслонив глаза от солнца ладонью, джарктиец всмотрелся в знамя, плескавшееся над воротами в город, и громко выругался.
– В чем дело, командир?! – спросил Кертора один из солдат. – Почему ты остановился?
– Флаг… – процедил предводитель сквозь зубы. – Флаг Черной Армии над воротами!
– А, вот и гости! – сообщил Маркус, увидев на вершине холма воинов.
Кир кивнул.
– Все помните, что я вчера говорил? – спросил он, оглянувшись на пеленарцев. Те закивали. – Отлично. Отправьте к ним двоих парламентеров.
Двое мужчин, одетые в черную кожу и вооруженные мечами, неспешно направили коней к скоплению воинов на вершине холма. У одного из них был белый флаг. Внутри у мирных землепашцев все так и тряслось, но, к их чести, они ничем не выдали своего волнения.
– Кир, наш предводитель, приветствует командира Кертора и предлагает ему спуститься к городу, чтобы вступить в переговоры, – спокойно сообщил один из «послов». – Доблестный Кертор может взять с собой десять воинов в качестве охраны.
Кертор стиснул зубы так, что затрещали челюсти, но все же согласно кивнул.
Кир вышел вперед. Лицо его было абсолютно спокойно; молодой воин неторопливо жевал сушеные финики из кулька, который держал в правой руке. Когда Кертор и десяток охранников подъехали достаточно близко, Кир выплюнул косточку и приветственно поднял руку.